УКР РУС  


 Главная > Публикации > Точка зрения  
Опросы



Наш баннер

 Посмотреть варианты
 баннеров и получить код

Электронная почта редакции: info@orthodoxy.org.ua



Сейчас на сайте 212 посетителей

Теги
Церква і влада конфлікти церква та політика постать у Церкві комуністи та Церква милосердя молодь Доброчинність краєзнавство Патріарх Алексій II Приїзд Патріарха Кирила в Україну Ющенко Католицька Церква забобони педагогіка діаспора УГКЦ вибори Голодомор розкол в Україні Вселенський Патріархат 1020-річчя Хрещення Русі іконопис УПЦ КП Церква і політика церковна журналістика шляхи єднання Предстоятелі Помісних Церков Мазепа Києво-Печерська Лавра Митрополит Володимир (Сабодан) секти Президент Віктор Ющенко церква і суспільство Священний Синод УПЦ Церква і медицина автокефалія українська християнська культура монастирі та храми України Археологія та реставрація






Рейтинг@Mail.ru






Конец мира

  25 марта 2008


Архимандрит Аввакум, г. Кременчуг, Полтавская область

- О чем ты думаешь?
- О грядущем.

Размышления в неделю о Страшном Суде

К хору многих голосов нынешнего пишущего люда я решил добавить свой и поразмыслить над таким важным явлением в Церкви, как учение о конце этих видимых времен, что земля и все дела на ней не вечны, что придет такое время, когда часы вселенной станут в неподвижности. Церковный термин обозначен греческим словом - эсхатология.

С этим никто из мыслящих людей, я думаю, спорить не будет, видя как все вокруг, повинуясь закону жесткой логики, имеет свое начало и неумолимый конец. Таков нынешний мир создан, замышлен Творцом, и никто не в силах его изменить, даже генетики. Если бы земная наша жизнь имела законченную вечную форму творения, на земле жило бы определенное количество людей, животного и растительного мира и ничто не подвержено было изменению, исчезновению, и паки рождению. Но, диалектика бытия показывает нам, что мир сей не есть законченная фаза Божественного домостроительства, Бог замыслил о нас нечто лучшее, совершеннее, чем мы можем себе даже вообразить, и посему чрез всю историю человечества - от самых примитивных цивилизаций до высокоразвитых - проходит мысль об окончании царства насилия, вражды, несправедливости и установления Царства Божией Правды, которое вечно будет стоять и не разрушится. Об этом дружно свидетельствуют священные книги всех народов мира.

Эсхатология - учение о конечной судьбе мира и человека - искони занимало человеческую мысль

Представления о загробном существовании - томлениях в подземном царстве мертвых, мучениях, странствованиях в запредельном мире или упокоении и блаженстве в стране богов и героев - распространены повсеместно и имеют глубокие психологические корни. По мере проникновения религий нравственными идеями появляются и откровения о загробном суде - возмездии, хотя религия стремится обеспечить верующему загробное блаженство помимо его нравственных заслуг - посредством заклинаний, молений, или других религиозных действий. Слово Бога остается незыблемым: «Верующий в Меня и исполняющий заповеди Моя, имеет жизнь вечную и на суд не приходит, но переходит от смерти в жизнь...» (Ин. 5,24).

Христианское учение о конце мира проистекло, развилось из иудейского. Во времена греческого засилья, где-то за 140 лет до Рождества Христова, греческий властитель Антиох Епифан задумал сделать на земле один народ и одну веру. Для этого он жестоко искоренял иудейские традиции, вера отцов в Израиле была запрещена, а храм превращен в капище. Казалось, все кончено, у иудаизма нет будущего, все отеческое пресечено, закрыто, перекрыто: предуготовано неумолимому забвению.

Но «дух дышит где хочет» и «огнь убо орошаше, ярости же смеяшеся». Среди евреев начало распространяться нечто живее, чем отобранный храм, и упраздненный культ. По рукам читающих и слушающих стала распространяться дивная книга, которую можно назвать первым апокалипсисом. Это - Пророчества Даниила. По малым городам, селам так, чтобы не увидело пылкое око гонителей язычников чужих, да и своих тоже, люди собирались и слушали читающих. В потухших глазах появлялась жизнь, сердца начинали учащенно биться. Какие дивные слова: «Царство гонителя не устоит вечно, но разрушится... И окончательная и предопределенная погибель постигнет опустошителя» (Дан. 9,27). Значит, не «сухи наши кости», «не погибла наша надежда», но «в день оный возведу вас от гробов ваших людие мои...» (Езекииль, 37). В глазах появлялась искра жизни, надежда, радость духа. Книга будила дух, давала надежду. Именно в таких условиях возможна жизнь, когда есть искра Божиьего откровения.

Ценность книги пророка Даниила для христианства более чем значительна. Кроме того, что она по духовному целеустремлению является первым апокалипсисом, сам термин «Царство Божие» впервые читается у Даниила, хотя вера в него господствует во всех пророческих писаниях. И еще «Сын Человеческий» впервые звучит там же: «Видел я в ночных видениях: шел со облаками небесными подобный Сыну Человеческому. Он приблизился к Ветхому днями и был подведен к нему, и дана была ему Власть и Слава и Царство. И люди всех народов, племен и языков стали служителями Его. Владычество Его - владычество вечное, и Царство Его не разрушится никогда» (Дан. 7, 13-17). Мессия Господь наш Иисус Христос во время своей земной проповеди из многих мессианских титулов предпочитал себе смиренное Даниилово - Сын Человеческий.

Собрания у бабы Александры

Дела давно минувших дней, преданья старины глубокой... Но история полна параллелей, повторяется. Эксперимент по искоренению религии в Советском Союзе был во многом схож на тот древний Антиохов: храмы закрыть, а религию упразднить! Но, не тут то было. Дух народа, всегда противится бездуховности.

Село Андрияшевка Роменского района Сумской области. Зимние вечера в селах долгие-предолгие, на Пiдгай (улица села под вечно шумящими соснами) в хату к бабе Олександре (умышленно сохраняю фонетическое звучание имени), моей далекой родственнице, под таинственно шумящим хвойным лесом, хоженными, протоптанными в снегу тропками собираются под сумерки бабушки да и женщины помоложе. Участвовал в этих сходках и я, 16-летним хлопцем. Сколько буду жить, буду помнить благодатный мир той хаты. Баба Олександра с торжественно строгим видом кадит из глиняной кадильницы ладаном в комнате. Эта кадильница, как память, до сих пор у меня сохранилась. В горнице, накрыта склеенной в конус газетой, приглушено горит лампа, и так же в темном углу перед иконой Святой Животворящей Троицы теплится стеклянная, на проволочках лампада. Мы вдохновенно поем популярный среди верующих того времени псалом о Страшном Суде Христовом.

Я приведу его здесь целиком, он полон возвышенной духовной поэзии. Думаю, что люди, которые пели его во многих городах и селах в годы советской богоборческой власти, хранили его, переписывали от руки в обычные ученические тетрадки и считали его важнейшим источником религиозного вдохновения, еще живы. Прочтя его, вспомнят те далекие уже времена гонений, прещений и это воспоминание затронет лучшие струны их души:

Христос с учениками из храма выходил, пред Крестною смертью своей,
И с полными скорби прощальными словами, учил Он любимых друзей.
Скажи нам, Учитель, прощальное слово, пока еще с нами живешь,
Скажи нам, Учитель, когда это будет, когда ты судить нас придешь?
Услышите о войнах и слухах военных, восстанет народ на народ,
И будут болезни и глады, и моры, и братская кровь протечет.
А если увидите мерзость во храме, то знайте, что Суд при дверях,
Готовьтесь, чтоб дверь не закрылась пред вами, держите светильник в руках.
Уменьшится вера, угаснет надежда, в сердцах охладеет любовь,
И многие люди тогда соблазнятся, прольют неповинную кровь.
И сын от отца своего отречется за то, что ведут его в суд,
И многие люди Христа отвергнутся, врагу под начало пойдут.
Велика ненависть настанет на свете, настанет как темная ночь,
Многих потопит в печали слезами, матерь восстанет на дочь.
Разрушатся храмы, престолы святые, все будут меня прогневлять,
Пастырям настанет великое горе, будут все их проклинать.
Великие скорби сошлются на землю, и страшные муки пройдут,
И скажут, падите, покройте нас горы, но, горы на них не падут.
И в эти минуты поищите смерти, но смерть далеко убежит,
А кто же находится в поле, не в доме, пускай он домой не спешит.
И солнце померкнет, и месяц, и звезды с небесного круга спадут,
Воскреснут из мертвых земные народы, пойдут на Божественный Суд.
И явится Крест в небесах лучезарный, и будет как солнце сиять,
Избранные чада восстанут  с начала и радостно будут взирать.
За ними последуют толпы народа, от края до края земли,
И вся содрогнется земная природа пред страшным престолом Судьи.

...Лица оживали, глаза пылали, завязывался оживленный разговор. Церковь закрыта, книги и иконы разобраны по домам, коммунисты сельские детей крестят, некоторые тайно исповедуются и причащаются... Расходимся по домам поздним вечером в радостном приподнятом настроении, просветленные и одухотворенные. Духа не угасить и Слово Божие нельзя связать, запретить.

В первые века

Итак, христианское учение о конце мира, Суде и установлении Царства вечной справедливости было усвоено и продолжено из ветхозаветной церкви иудейской. «Евангелие Царства непосредственно примыкает к проповеди Иоанна Крестителя, в котором видели Илию, предтечу Дня Господня». «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное», - так учил Иоанн, так учил Иисус и апостолы во время своей земной проповеди. И в той, и в другой проповеди Царство Божие есть осуществление воли Божией на земле, сознается как Суд и как спасение. Оно приблизилось, пришло, хотя и без видимой катастрофы, оно уже среди нас в лице Господа Иисуса Христа, Который есть единородный Сын Божий. В нем осуществляется Новый Завет - единение Божественного и человеческого.

«Не успеете обойти городов Израиля, как уже наступит Царствие Божие» (Мф.10,23); «Не прейдет род сей, как все сие сбудется» (Мк.13,30).

В греческом тексте «род» стоит слово γενεα - поколение. «Суть стоящие здесь не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, - и добавил конкретнее, - пришедшее в силе!» (Мк.9,1).

Первое поколение христиан всецело проникнуто мыслью о близости Суда Божия: любимый ученик Иоанн не умрет до пришествия Царства. Падение Иерусалима есть знамение скорого Пришествия (Мк.13,24; Лк.21,27). Во время осады и штурма Иерусалима Титом иудеи до боли в глазах жадно вглядывались в небо, с минуты на минуту ожидая на облаках славного и чудесного явления Мессии. Но напрасно: с неба не было ни гласа, ни знамения. Глухота бытия повергала их в отчаяние. Также и христиане первого века эти чаяния показывают с не меньшей силой. Они, эти чаяния,  являлись им  утешением в скорби и гонениях, и вместе с тем выражением живой веры в непосредственную близость возвращения Христа. Но жизнь продолжалась...

Когда же придет долгожданный конец?

С конца I века зарождаются недоумения, о которых свидетельствуют памятники письменности послеапостольского века, например, послание Климента и позднейшие писания Нового Завета: послание к Евреям и второе послание Петра. Первые христиане и апостолы «умерли, не дождавшись обетования»; Иерусалим разрушен; языческий Рим продолжает царствовать - и это вызывает сомнения. Являются насмешники, спрашивающие, где же обетования о пришествии Христовом? С тех пор как почили отцы, все остается по-прежнему, как было от начала творения. В ответ этим насмешникам второе послание Петра указывает, что как некогда прежний мир погиб от потопа, так нынешнее небо и земля блюдутся огню, сохраняемые на день суда и погибели нечестивых человек. И надобно знать, что «у Господа один день как тысяча лет и тысяча лет как один день» (2Петр.3,8). Отсрочка в исполнении обетования, не медлительность, а долготерпение (2Петр.3,15). Этот текст, в связи с преданием о хилиазме (тысячелетнем царстве Христовом на земле), вызвал многочисленные сумбурные толкования и перетолкования, оказав заметное влияние на позднейшие, уже средневековые времена: вызвав ожидания кончины мира около 1000 года, а затем в 14-м веке, так как «тысячелетнее царство» стали считать наступившим с эпохи Константина.

Эсхатология - учение о конечности всего видимого и о вечности невидимого, духовного, - не придаток, не благочестивое дополнение, размышление к догматам Церкви Христовой, как силятся показать некоторые современные богословы, но - центр, основной винт ее! Его нельзя, невозможно в духе православной антиномии ни отвергнуть, ни принять; ни осудить, ни благословить. Нам остается лишь благоговеть перед Вечной Тайной Божией. Без эсхатологического устремления в процессе истории Церковь будет не церковью, а простым морально-этическим обществом, проповедующим холодный, голый, моральный императив. Бог не замыслил такую Церковь. В замысле Божием Церковь есть победительница в истории над силами зла и тьмы. И мы веруем, мы исповедуем, что так именно и будет.

Первый век был веком расцвета эсхатологии, ожидания исполнения пророчеств и следовательно - близкого конца. Первые христиане день ото дня жили надеждой, верили, что именно им выпала честь быть восхищенным живыми на облаках небесных, в сретение Господу на воздухах. Они не строили земной град, но всецело, пророчествуя о гибели земного, были устремлены в Небесный. Они жили будущим, грядущим и с этой верой выходили на арены амфитеатров навстречу диким зверям.

Отношение к концу мира в Средние века

Последующие века, следует заметить, жили верой скорого конца, но не так уже интенсивно. После Миланского эдикта 313 года, провозгласившего свободу вероисповедания, христиане принялись созидать, обустраивать этот земной град Божий, Церковь Божию на земле, но идея конца никогда не сходила с уст проповедников Царства Божия. Нельзя сказать, чтобы с течением времени ничего в ней не менялось. Отпадали некоторые старинные предания, например: чувственное представление о тысячелетнем царстве, которое играло значительную роль в иудейской апокалиптике и было заимствовано раннехристианской, о чем свидетельствуют фрагменты писаний Папия Иерапольского. Разделяли это воззрение такие видные мужи апостольские как Ириней Лионский и Иустин Философ. Позже Кирилл Иерусалимский, Ефрем Сирин.

Из позднейших дополнений к теме окончания времен и к Священному Писанию отметим представление о мытарствах, некогда игравшее важную роль у гностиков, но усвоенное и Православным Преданием. Эсхатология западной церкви за это время «обогатилась» учением о «чистилище». Средневековая догматика схоластически разработала все частные вопросы о последних временах, как всего человечества, так и отдельного конкретного человека. В «Сумме богословия» Фомы Аквинского можно найти сведения о различных отделах загробного мира, о местопребывании праотцев, умерших до крещения, о лоне Авраама, о судьбе души после смерти, об огне чистилища, о воскресении тел и т.д. Художественное выражение этих воззрений мы находим в «Божественной комедии» Данте, у английского поэта Джона Мильтона «Потерянный и возвращенный рай», у нас на востоке в апокрифической литературе о рае и аде, различных «хождениях по мукам», которая тянется в течение многих веков и начала которой следует искать в древних апокрифических апокалипсисах.

Очень важные сведения о конечном мы черпаем у святителя Дионисия Ареопагита, церковное предание которого относит к 1-му веку, церковные же критики, именуя его Псевдодионисием, утверждают его более позднее происхождение, примерно - 362 г. С именем Дионисия Ареопагита сохранились следующие сочинения: «Об именах Божьих», «О таинственном богословии», «О небесной иерархии». Особенно последнее сочинение проливает свет на то, как смотрели на конечные судьбы мира и какими видели их мистики восточного средневековья.

Ожидания конца мира на Руси

У нас на Руси, сильнее чем у других народов, было поднято знамя веры Христовой. Сонмы преподобных, мучеников, благоверных князей - достойнейшее тому подтверждение. Но вместе с прекрасными плодами духовно-спасительного сеяния, как всегда бывает, на почве фанатизма произрастало и форсированное, нетерпеливое торопление событий, начало и конец которым властен полагать лишь Творец, владеющий последней тайной бытия.

Я не имею материалов, какова была эсхатология на Руси в домонгольский и монгольский периоды. Я думаю, они имеются у более серьезных и фундаментальных исследователей и историков, чем я. Одно, несомненно, нашествие монголо-татар вызывало брожение мысли о конце света у христианской к тому времени уже Руси. Полыхающие пожарища деревень, сокрушаемые большие города, люди, уводимые в плен, давали почву для  таких размышлений. Русичам казалось, что конец света уже наступил.

Старообрядческий раскол 17-18 веков показал, насколько хрупка и немощна человеческая душа, каким немыслимым духовным болезням она подвержена. Богословы, философы, историки, врачи до сих пор ищут лекарство, способное излечить духовные «язвы, раны, пятна, неочищенные, необязанные и несмягченные елеем» Исаия, периодически появляющиеся на духовном теле народов. Но, судя по истории, как прошедшей, так и нынешней, конца этому не предвидится.

Вспышка старообрядческого раскола началась с неприятия и противления реформам патриарха Никона. Проповедь ее лидера протопопа Аввакума - держаться старой веры, древнего благочестия и служить по неисправленным, старым книгам. Против упрямых царь Алексей Михайлович и патриарх Никон подняли прещения, переросшие в самые что ни есть жесточайшие гонения. Свет реформ перерос в мрак насилия. «Хотелось как лучше, а получилось как всегда», - всегда злободневное у нас на Руси.

Были по местам бунты, которые жестоко подавлялись правительственными войсками. Но в массе своей старообрядцы избрали метод пассивного противления нововведениям царя и патриарха, если это противление можно назвать таковым. Объявив Алексея Михайловича и патриарха Никона антихристами, старообрядцы, взяв свое упорство как бегство от реальности, уходили в себя, и этот тихий уход породил тяжелейший по своим последствиям массовый психоз: «Антихрист уже здесь, в этом мире, следовательно, надобно бежать из этого страшного мира в мир иной». Как правило достигалось это посредством самосожжения: «Испечемся яко хлеб на Святую Троицу, вылетим яко искры на небо, что Илия пророк на колеснице огненной. Кто сожжется, тот и спасется, и младенцы сгорят да не согрешат. До пещи той огненной страх, а как в нее вошел, все и забыл». Пафос борьбы воодушевлял к подражанию.

Такими воззваниями фанатичные проповедники старой веры воодушевляли, натаскивали обманутых людей к безумию суицида. Людей, не ведущих света Священного Писания, где Господь наш Иисус Христос сказал: «Дня и часа того никто не знает: ни Сын, ни ангелы, но только Отец Небесный» (Мф.24,36).

Скупые свидетельства энциклопедий Брокгауза и Эфрона передают о поистине всероссийском масштабе «колесниц огненных». Вот только одно из них: Дометиан, священник, расколоучитель в Тюмени - знаменитость в истории самосожжений. Проповедью о наступающем втором пришествии Христовом собрал около себя 1700 человек простого народа, вместе с которыми сжегся. Его, по-видимому, следует признать автором сочинения «Поучения сибирских старообрядцев об антихристе», содержащем в себе фанатичную проповедь о наступившем уже в мире царствовании антихриста в лице царской и патриаршей власти.

Современные массовые самоубийства на почве ожидания конца

Любая утопия - суицидна. В конце 20-го века мы имеем несколько примеров массового суицида на почве лжепропочеств о кончине мира: в 1978 году 914 человек - последователи Джими Джонса в Джонстауне (Мексика); в 1998 году 420 человек в Уганде (Африка); 46 человек в Швейцарии в Альпах, и другие менее массовые, о которых мы не знаем. О них писала пресса, обугленные трупы показывали по телевидению, но, отметим, насколько все это незначительно в сравнении с тем, что происходило в России в 17‑18 веках и в каких огромных масштабах. Кто увидит и опишет?

Многие из нас думают, услыхав об очередном выплеске горя и страдания: как случилось это? Почему человеку не хочется жить законопослушно, мирно, спокойно, «во всяком благочестии и чистоте»? В том-то и дело, что человечество, вопреки мнению, что его природа мирная, но терпящая от внешних врагов, глубоко и разрушительно внутри себя. На определенных периодах бытия, исторических разломах человеку легче сжечься, утонуть, замерзнуть за жажду сомнительного подвига, чем покориться мирному сосуществованию и здравому смыслу. Зверь не внешний, которого предрекают и боятся «провидцы» всех мастей, как прошлого, так и современного, «зверь» есть внутренний, сидящий внутри души и постоянно будоражащий разрушать, а не созидать.

Будучи послушником в Почаевской Лавре, я наблюдал многих чающих близкого конца. Эти люди - странники. Бросившие своих родных, свои дома и странствующие в пути подвига скорого «пришествия», его проповеди. Наблюдал и такое: странница с неспокойным взглядом, вся ушедшая в себя, что-то бормочущая себе под нос, называя окружающих пришедшими антихристами, из-под лоба смотрящая на всех, часто оглядывающаяся вокруг, резкими движениями всех вокруг постоянно крестящая, видимо не желая подпустить к себе антихриста или беса. Отец Палладий, полтавчанин, кстати, с улицы Красина, идет мимо и смеясь говорит: «Что ты оглядываешься, кого ты крестишь? Крести лучше саму себя, проглядела, бес сидит уже давно в тебе, а не в окружающих!»

Этот случай наглядно иллюстрирует мысль, что природа глубинного зла кроется также и в самом человеке. Сатана действительно искушает нас извне злом, но Творец не дал ему совершенной власти над нами, и зло, которое обнаруживается посредством искушения, предлагаемого им, мы выбираем сами и принимаем сами. Так что не надо всю вину перекладывать на искусителя диавола, но вина есть и на принимателе - человеке. Вина обоюдна. Вал современной околоцерковной литературы, пугающей «зверем», страдает отсутствием истинной духовной проницательности. Это надобно помнить, дабы в раскатах грома исторических событий не свалиться в истеричный эсхатологизм, мистикоманию. Святой Афанасий Великий в письме к Драконтию писал: «Знай, что мы должны служить не времени, а Богу». Очень верно сказано. Очень.

Двадцатый век и его страхи

Особенно подлил масла в эсхатологический огонь наш парадоксальный 20-й век, с установившимся в восточной Европе коммунистическим режимом и его агрессивно-вульгарным атеизмом, не терпящим внутри себя никаких духовных проявлений, чуждых его природе. Здесь можно говорить, не погрешая против истины, о попытке коммунистов осуществить, насадить тоталитарный атеизм.

Здесь для верующего мыслящего человека предстали во всей своей остроте небывалые духовные испытания. Ни гонения, ни лагеря и расстрелы, но то, что хотя и это «свобода, равенство и братство» - основополагающие принципы христианства по «Деяниям апостольским» - в 20-м веке были провозглашены с новой силой не теми, от кого это наибольше требовалось и ожидалось, не от людей Церкви, но от безбожников-большевиков. Другое дело, чем эти свобода и братство впоследствии стали, сделались в руках большевиков. Но чтобы увидеть это, потребовалось время и кровь мучеников, а так, сначала, подавляющие массы людей приняли эти христианские по существу лозунги и пошли за большевиками. Для верующих было мучительно слышать: справедливость, коммунизм - Царство Божие, но без Бога. Это уже потом, лет через 15-20 в лагерно-грозовых 30-37-х, 40-х, люди поняли и осознали «благими пожеланиями дорога в ад вымощена» и что «конец неуместной свободы - жестокое рабство», но пока нужно было сквозь сумрак лет, мученически духовно расти, чтобы осознать эту невозможность, ошибочность самой коммунистической идеи - Царства Божия без Бога. Все эти, как я уже говорил, духовные брожения, терзания, тяжелые осмысления происходящего, подкрепляемые воочию массовым закрытием храмов, монастырей, их разрушением, массовыми расстрелами тех людей, с которыми большевикам было не по пути в «светлое будущее», породило в среде верующих, да и не неверующих тоже, тяжелую духовную депрессию. Непревзойденный певец коммунизма Владимир Маяковский написал:  «И жизнь хороша, и жить хорошо...». А потом взял да и застрелился. Ему последовали много коммунистов-большевиков, стоящих у истоков революции. Верующие же, находясь в лагерях, ссылках и тюрьмах, тяжело и мучительно осмысливали происходящее. И это осмысление породило много эсхатологических догадок и прозрений, от примитивно народных до богословски возвышенных. Русский религиозный философ Бердяев исцелился от революции -революцией.

«Бысть на мне рука Господня и изведе меня в духе постави посреде поля и оно было полно костей человеческих. И обведе меня окрест их и около и се многи на лице поля и сухи зело. И сказал мне: сыны человечь оживут ли кости сия? Я сказал: Господи Боже, Ты знаешь сие. И сказал мне: Изреки пророчество на кости сии и скажи им: "кости сухие! Слушайте слово Господне! Так говорит Господь Бог: вот я введу в вас дух жизни и оживете в день оный людие Мои...» (Иезекииль, бессмертная  37-я).

Эсхатологичные «страхи» сейчас - коды и чипы

Наш 21-й век начался периодом религиозных противлений, бунтов и войн. Так есть.

Сейчас времена изменились, Церковь теперь никто не гонит. Государство даже помогает возрождению религии, надеясь найти опору в ней. Бедные заблуждающиеся, государственные институты и деятели в них. Кто пожалеет их? Не верьте религиозным пророкам, пророчествующим ложь! Не заблуждайтесь в их благих намерениях! За фасадом их красивых и половодных словес, различных религиозных организаций: «О мире всего мира, о примирении всех и вся, о успокоении мятущихся, о единении всех и милосердии», сокрыта ядовитая, гремучая закваска не только государственной, но и международной нестабильности, войн, разделений, раздоров, дикой борьбы за зоны влияния, имущественных притязаний и чванства. Не надейтесь и не заблуждайтесь относительно их, помня, что большинство исторических бунтов, войн и ужасов, связанных с ними - религиозные. И следующий вал религиозных смятений, пока еще детски-песочных масштабов, но кто знает, что может вспыхнуть завтра, это - коды, паспорта, карточки и чипы. Ох, какова это опасная закваска нестабильности! В ней человек «благочестиво» реализует свою ядовитость.

Да, несомненно, есть нечто отвратительное, вызывающее протест в человеческой природе на глубинном, психологическом уровне в разговорах, даже на словах, на перспективу, как человека будут номеровать, кодировать, ставить клеймо, вводить в тело микрочип и т.д. Даже природа животных этому противится. Я рос в селе и много раз видел, как колхозным телятам вдевали в уши бирки-ярлыки, в те дни рев на ферме стоял неимоверный, как на бойне. Да, несомненно, там наличествовала боль, не столько духовная, сколько физическая. Но и духовную боль человечества игнорировать тоже нельзя. Пренебрегая ею, государство может наступить на такой мозоль народа, что и само погибнет в день гнева его ярости. Вот почему верующий человеческий дух будет противиться многоразличным новейшим технологиям, грядущим на нас. В связи с этим будут мятежи и бури и, следовательно, религиозные движения с многими писаниями.

Но бытие парадоксально. Помня о наличии сатанизма в природе государства - «зверя», как его именовали первые христиане, необходимо помнить и о сатанизме отдельного, конкретного человека. Из глубинных тайников его души, из бездн его поднимается такой архаичный сатанизм, такой черный дым, что государство, кесарь, «зверь» в сравнении с ним выглядит ангелом света. Начавшийся 21-й век с его новой войной, войной отдельного человека против общества - террором, наглядное тому подтверждение. Здесь, теперь среди грома, взрыва и грохота бомб, все смелее и смелее приходится говорить о пользе и спасительности тотального государственного слежения, кодификации и, осмелюсь употребить новое слово, - «микрочипизации». Сатанизм есть как в государстве, так и индивидууме. Мир, будущее его, в этом смысле бесперспективен и безнадежен. Сие имеем в виду.

Христос в Евангелии сказал: «Князь мира сего - диавол». Чуткий барометр верующего народного духа реагирует на малейшие подвижки зверя. Если закрываются церкви, сжигаются книги и иконы, монахи, священники и стойкие в вере миряне отправляются в лагеря, значит, сатана выпущен из апокалиптической бездны, значит, он орудует в мире. Все его изобретения направлены единственно на отвращение человека от Бога, какими бы благими они не объявлялись или казались. Весь научно-технический прогресс уводит людей от природной естественной жизни, созданной таковой в начале Творцом и заключает их в искусственные, неестественные окружения, вещи и схемы. Истина проста: ближе к природе - ближе к Богу, удаление от природы - удаление и от Творца. Посему верующие противятся новшествам, какими благими бы они не казались. Здесь основа религиозного подвига: противостать зверю, уйти в пустыню реальную или духовную. Когда началась массовая электрификация страны Советов, появилась электролампочка, Советы чуть ли не прописали это изобретение Эдисона себе, назвав этот электрический источник света «лампочка Ильича». Такое наименование давало повод верующим отказываться от электричества, сопротивляться его проведению в свои дома. Некоторые монастыри отказываются от него и по сей день. Пример - Золотоноша. В этом есть труднообъяснимое современными мистиками и богословами, и уж тем более непонятное современному человеку, напряжение духовной жизни - внутреннее, глубинное противление верующего духа диаволу - «Безстудней ярости же и огню, Божественное желание сопротивляшеся, огнь убо орошаше, ярости же смеяшеся...» (7-й ирмос канона Успения Божией Матери. Гл.1-й).

Тайна числа антихриста 666

Пасем с бабушкой Павла Березняка, моего одноклассника, коров. Пригожий летний день, череда малоподвижна, пасется. Неторопливая пастушеская беседа переходит от одной темы к другой: о чем только не переговорят люди, у которых много времени, что в молодости спорт, то в старости дрова, керосин и нитки. Я слушаю беседу старших, мне интересно. Мне почему-то в детстве все, о чем говорили старшие, было интересно. Зашел разговор о Ленине. Вдруг бабушка моего одноклассника подседает ко мне, зная, что я хожу в церковь, и заговорщицки говорит: «Знаешь, я тебе хочу открыть, кто такой Ленин». Берет спички и на простланном мешке из спичек выкладывает «Л Е Н И Н», затем из тех же спичек выкладывает «6 6 6», и в полголоса цитирует слова Апокалипсиса: «Здесь мудрость. Кто имеет ум, тот сочти число зверя, ибо это число человеческое; число его 666» (Откр.13,18). Мне интересно, я чувствую, как бы нахожусь на пороге «последней тайны», слушаю завороженно. Думаю. Как просто! Как ясно! Сколько раз читал в Откровении Иоанновом за это число и не понимал, а вот теперь знаю, кто скрывается за этим числом! В тот день это для меня было большим откровением.

Уже много позже из разных источников я узнал, что под это число подходили: Нерон, Юлиан отступник, у нас на Руси - Петр I, Наполеон. Словом все те, кто, по мнению широких слоев населения, даже маловерующих, несли в себе дух антихристов.

Литература о конце мира в 20-м веке

Странники в монастырях, да и по домам собирающиеся верующие, часто тайно, под покровом ночи распевали кант, отражавший настроение тех дней. Назывался он: «Стих 20 века».

Жизнь унылая настала, лучше б, братья, умереть,
Что вокруг нас происходит, тяжело на все смотреть.
Храмы Божии закрыты, их лишили красоты,
В храмах окна перебиты, с глав позброшены кресты.
Службы Божии забыты, лик священства заключен,
Детский мир среди востока, богохульству научен...
... Будем, братие, молиться мы Небесному Отцу,
Может быть, сей мир стремится жить к последнему концу.

В громе бушующих антирелигиозных вихрей верующие в силу своей духовной зрелости, или наоборот, незрелости, стремились осмыслить происходящее, приоткрыть завесу тайны Промысла Божия о мире. Появились образцы письменности веры, это прекрасные духовные прозрения простых людей, соприкоснувшихся с Огнем Божественного Откровения. В них отражен часто форсированный, волевой поиск Лица и Света Божия. В простых ученических тетрадках в 12 или 48 листов рука не одного, а целого собора верующих, желающих поделиться с другими чудесами и радостями веры. Буква за буквой, строка за строкой, часто красивым полупечатным шрифтом люди переписывали эти бесценные свидетельства и передавали в другие города, селения, там же находились свои добровольцы пера и, копируя, их рассылали все дальше и дальше.

Духовная печать была запрещена, пишущих машинок было мало, да и те требовалось регистрировать в «органах», ксероксов вообще и в помине не было, они появились только в 70-х, но была огромная жажда слышания слов Господних. И если эта жажда была, писания никакими запретами не остановить.

Можно с уверенностью сказать - коммунизм не убил духовную литературу, но своими запретами стимулировал ее рост и тематику.

«Как в селе Покровском хоронили атеизм»

В кругах верующих 70-х и 80-х годов по рукам рукописно ходила прекрасная полемическая повесть «Как в селе Покровском хоронили атеизм», вариант «Яко с нами Бог».

Пасечник Демьян Лукич Кислый спорит с лектором атеизма Матюхиным, приехавшим в его село и читающим лекцию о научном атеизме крестьянам, собравшимся в сельском клубе. На простых и доступных примерах: пчелах, птицах, растениях пасечник доказал несостоятельность атеистической теории самобытности природы и мира. «Если есть закон во Вселенной, есть и Законодатель их - Бог». Таков лейтмотив повести.

Можно с уверенностью сказать, это была лучшая духовная повесть тех лет. Религиозная литература была бы намного бедней, если бы в хоре ее голосов не звучал голос простого пасечника с его ключевым вопросом безбожнику: «Скажи-ка, любезный, откуда появилось все это?» Нужно также сказать, что рассказ «Как в селе Покровском хоронили атеизм» является плодом творения коллективного сознания верующего религиозного духа. Возможно, один какой-то неизвестный автор (мы имеем псевдоним Лавров) положил начало, основание ей; поскольку полемика с атеизмом, также как и жизнь, продолжалась, повесть обростала все новыми и новыми подробностями и дополнениями. Корнями же своими она, я думаю, восходит к тем уже далеким 20-м, когда устраивались подобные диспуты между верующими и неверующими (вершинами этого айсберга были Введенский и Луначарский).

«Стояние Зои Куйбышевской»

«В городе Куйбышеве вся земля да поклонится Тебе, Господи...» - так поэтично начиналась другая широко известная повесть о Зоином стоянии с иконой святителя Николая. Этот чудесный случай произошел в 60-х годах как раз в разгар Хрущевских гонений на церковь.

Молодежь собралась на вечеринку. Когда начались танцы, девушка Зоя взяла икону святителя Николая и пошла с ним танцевать. Наказание Божие и угодника тут же постигло кощунницу: у нее мгновенно деревенеют и отнимаются руки и ноги, тело каменеет, приобретая бело-мраморный оттенок, милиция и врачи не могут ее сдвинуть с места, оторвать от пола. В таком оцепенении она простояла с Филиппова поста до Пасхи (128 дней). На Пасху Зоя приходит в себя, приносит покаяние о содеянном, причащается и уже с миром уходит из жизни.

Случай этот набрал широкой огласки в стране. О нем писала атеистическая пресса областных и районных масштабов, стремясь как можно сильнее завуалировать это событие. Отдал дань случившемуся в Куйбышеве и такой одиозный материалистический журнал тех лет как «Наука и религия».

«Клавдия Барнаульская»

Следующим повествованием, охлаждавшим (атеистический) антирелигиозный угар тех лет, является «Сказание об Устюжаниной Клавдии Барнаульской». Это событие, происшедшее в городе Барнаул, подходит вплотную к центральной теме этой статьи - об «эсхатологии».

Конец света этих видимых времен совершается не где-то или когда-то в отдаленном будущем, но уже сейчас, сию минуту, для отдельного конкретного человека, который предстает со своими добрыми и злыми деяньми перед лицом Бога - грозного и неподкупного Судии. Клавдия - общественная деятельница, активистка, неверующая в Бога и борющаяся с религиозными предрассудками, как часто случается в жизни, тяжело заболевает. Ее госпитализируют, делают операцию, во время которой она умирает. Казалось, все окончено. Но нет. Бог Творец, вначале создавший веки, полон энергий, таинств и замысла о жизни, источником которой Он и является, и для того, чтобы жила религия, вера, главный инструмент Его Откровения миру, Он иногда идет на нарушение материальных законов, «Побеждаются естества уставы...» (9 ирмос канона Ус пения).

Клавдия оказалась в морге. Когда санитары вносили в морг очередного мертвого, они заметили у Клавдии признаки жизни, чуть заметные движения рук, ног. Ее стали отогревать лампами, и через некоторое время она вернулась к жизни. Удивлению врачей не было предела. Они услыхали о доселе неслыханном: Клавдия рассказывала о своих посмертных хождениях. Она рассказывала, что видела новое небо и новую землю, места посмертного пребывания праведных и грешных, какое тем и другим бывает воздаяние.

Я, в свое время, годы моего прихода к вере, отдал дань переписыванию этих замечательных свидетельств веры. У меня до сих пор есть эти тетрадки, переписываемые почти всегда на одном дыхании и с жаром духа. Иногда в дни тягостных раздумий о судьбах веры и Церкви, я достаю их, перелистываю. Пожелтевшие страницы, уже рассохшиеся и рассыпающиеся, но по-прежнему несущие тот отблеск, духовный заряд, согревающий холодеющий дух, и на душе становится теплее, радостнее. В них - сладость веры, испытавший ее блаженство. Настоящее уныло, что прошло, то будет мило.

Подметные «святые» письма

«Так говорит Господь: не слушайте пророков, пророчествующих вам; они обманывают вас, рассказывают мечты сердца своего... Ибо кто стоял в свете Господа и видел и слышал слово Его? Кто внимал слову Его и услышал? Я не посылал пророков сих, а они сами побежали. Я не говорил им, а они пророчествовали. Если бы они стояли в Моем свете, то объявили бы народу Моему слова Мои и отводили бы их от злого пути их и от злых дел их» (Иерем.16-22).

Среди благодатных плодов духовно-спасительного сеяния, следует упомянуть о литературе (одно от другого неотделимо), носящей отпечаток нездорового религиозного мистицизма, а то и вовсе болезненного, если не сказать пагубного. Это апокрифически-подметные «святые» письма-листовки, предания, легенды, не имеющие ничего общего с Божественным Откровением и часто даже противоречащих ему. Через них красной нитью проходит ложный эсхатологизм: предсказание скорого конца света, уже якобы пришедшего в мир антихриста; указываются конкретные сроки печатей и т.д.

Есть люди в этом мире, которым кажется, что современное развитие мира движется сплошь и рядом в катастрофических ритмах. Они сгорают от нетерпеливого ожидания конца. Им интересно наблюдать, как человечество могло бы реагировать на вселенскую катастрофу, сами же в свою очередь панически боятся ее. На каком-то определенном периоде своего духовного развития (хотя, какое уж тут развитие, скорее, омертвение, чем жизнь) им начинает казаться, что мир находится во власти вражьих темных сил, масонов, их заговоров, причем, эти силы по своему могуществу таковы, что могут смело соперничать с Силой Божией. Бог для таковых людей кажется где-то далеко-далеко и вряд ли вмешивается в человеческую драму, а они предоставлены сами себе во вселенской схватке с антихристовыми силами. Жизнь мира в таковом рассмотрении настолько ужасна, что психологически возникает желание как можно скорейшего ее завершения и конца.

В маниакальном круговороте, кипении эсхатологических страстей по скорейшему приближению конца света уместно все: и бумажные стаканчики с ядовитой жидкостью, которую, желая приблизить конец, приняли обитатели Джонстауна; и огонь Уганды, пожегший 420 человек; и газ в Токийском метро, которым потчевала параноидальная секта Аум Синрикье японцев, не ожидавших такого близкого конца света и не могущих понять, что случилось с умами и мозгами предводителя этой секты Сьёко Ассахары и его фанатичных последователей. Эсхатологическая история на Софийской площади так называемого Белого братства в начале 90-х - это детская песочница по сравнению с Джонстауном, Угандой и Токио.

Задается вопрос: с чего все это начинается? И я отвечу без обиняков - с тайной околоцерковной литературы.

Это было где-то в середине 70-х. Я ходил в 6 или 7 класс средней школы, и вот в один из дней мама обнаруживает в почтовом ящике странное письмо без обратного адреса. Вскрыв, начинает читать вслух в присутствии собравшихся всех домашних, кажется, присутствовала и тетя Галя, жившая за несколько дворов от нас: «Святе письмо: дванадцятирiчний хлопчик був на березi моря, вiн пiднiмає очi i бачить на "облаках небесних" стоїть чоловiк, ось вiн спускається, сходить на берег i йде до нього i говорить: послухай, цi слова пророчества цього, що я тобi зараз скажу, передай ближнiм i дальнiм, те, що почуєш зараз з вуст моїх. Передай  всiм дорослим - хто це письмо знає й приймає, той в огні не горить, у воді не тоне, й наглою смертю не вмирає, Господь і Матір Божа його приймає. І так слухайте - скоро, скоро буде кiнець свiту i Страшний Суд, Великий День Гнiву Господнього. Люди, молiться Богу i готуйтесь. Я не простий чоловiк, що сказав тобi це, я - Господь.

Хто прочитає цей лист i перепише 9 разiв i розiшле, той матиме велику нагороду вiд Бога i в цьому годi в нього буде велике i несподiване щастя. Хто ж прочитає i порве, i не перепише 9 разiв, того в цьому году спiткає велика бiда або хвороба. Люди, будьте пильнi в цьому. Аминь».

По окончании последних слов «святого письма» в доме на мгновение воцарилась тишина, только слышно было, как трещат дрова в печке, но вскоре разговор, прервавшийся на мгновение, разгорелся и затрещал с новой силой. Я, наблюдавший с теплой лежанки за взрослыми, учуял, что чтение загадочного письма произвело впечатление на них, простых сельских людей, немалое. Здесь пришлись к слову и шедшие недавно на Советский Союз китайцы, что в народе где-то было говорено: «А як пiде китаєць, буде свiтовi кiнець»; и ядерная война, благодаря советской пропаганде исходящая от американцев с их страшной в те годы нейтронной бомбой, способной сорвать якобы Землю с ее оси и орбиты. Так думали селяне. Словом, говорилось под впечатлением письма многое и страшное, что может ожидать мир в будущем. Разговор затянулся до позднего вечера.

Мало религиозные крестьяне вдруг стали сильно религиозными. Вспомнили и Библию, в которой сокрыта тайна о конце времен, но почитать саму Библию мои родственники и соседи не имели возможность потому, что в селе она редко у кого имелась, так же как и дать правильное видение этой теме было некому, священника в селе не было. В распаленных мысленными воображениями головах крестьян, не знающих Света Священного Писания, из архаичного океана подсознательного и безсознательного всплывали страшные драконические чудовища, образы, то разрушающиеся и исчезающие царства мира сего, то водные или огненные стихии природы, то идущие на людей страшные, доселе неведомые, неизлечимые болезни и моры. Припомнили и широко известный народный апокриф, что перед концом мира, в Библии, мол де, написано, мир будет окован колючей проволокой и будут летать железные птицы и клевать людей: однозначный намек на линии электропередач и самолеты, сбрасывающие бомбы, то есть, «железные птицы», клюющие людей, землю и все, что на ней. Естественно, ничего подобного в Библии нет. Эти мысли родились в апокалиптичном сознании людей, переживших грозные события 20 века: первая и вторая мировые войны, во время которых стали применять неслыханную доселе технику уничтожения.

Взрослые так заговорились, что забыли включить свет, а между тем в хате стало совершенно темно. Мне, обладавшему необычайно впечатлительной натурой школьнику, казалось, что земля, вследствие мировых потрясений, о которых столько говорилось, пророчествовалось здесь, уже давно сошла с орбиты, уже далеко от солнца мчится она в неведомой темноте. Стало жутко.

Устные «предания» о конце и страхе конца

Очень боялись сельские жители болезней, и особенно такой болезни, как рак. В нашей местности от него умирали сравнительно молодые или средних лет люди, перешагнувшие 40 и 50-летний рубеж. В народе складывались легенды о причинах ракового мора. Сознание человека стремилось, да и теперь стремится, ведь проблема не ушла, дать этому не только рациональное, но и иррациональное объяснение. О постах, о здоровом образе жизни по Заповедям Божиим крестьяне что-то отдаленно слыхали, но не могли вспомнить. Пьянство, невоздержность в пище и питье до сих пор не берутся в счет. Причины болезней людям привычнее искать в «виртуальном», когда видения переходят в привидения.

И вот народное предание, дающее ответ, почему умирают от рака люди средних лет. Это произошло в Лохвицком районе, в поселке Червонозаводском, там, где сахарный завод. Шофер, работавший на грузовой машине, перевозивший сахарную свеклу с колхоза на завод, поздно вечером уже «порожняком» возвращается домой. Вдруг видит: из посадки выходит совершенно голый мужчина и умоляюще дает знак, просит его остановиться. Удивленный, ошарашенный и слегка испуганный шофер останавливается с мыслью: «Не разбойник ли?», «Не засада ли?», но неведомое чутье подсказывает ему стать. Нагой стал просить одежды, дабы он мог явиться на люди и добраться домой. Он просит шофера съездить домой и привезти ему старую и рваную одежду. Странность загадки усугубилась повторением просьбы незнакомца: «Только прошу тебя привези обязательно очень ветхую, насколько можно распадающуюся, лишь бы прикрыть наготу».

Шофер приезжает домой, говорит жене: так и так, нужна одежда. Посовещались: «Ну как везти старую, рваную? - говорит жена. - Это будет насмешка над человечеством. Все таки, как ни есть, живем ничего, зажиточно». А это был брежневский период, люди стали действительно лучше жить в сравнении с предыдущим временем. В конце концов, жена дала мужу одежду для незнакомца, какую сама сочла за нужное: не новую, но и не старую. Шофер повез ее на место, где встретил голого. Мужчина вышел как и условились из посадки: «Ну что, привез?» - «Привез. Вот твоя одежда, что приготовила моя жена, не новая и не старая, а так себе, средняя». «Ну зачем же ты привез такую, - сокрушается незнакомец. - Я же просил, умолял привезти мне очень ветхую! Вот смотри теперь, здесь пророчество: какая одежда есть привезенная тобой на мне, таковы будут умирать и люди: не молодые и не старые, а так себе, средний возраст». На этих словах находящийся рядом в кабине незнакомец стал невидим.

Через некоторое время мне пришлось быть в Лохвицкой церкви и беседовать со священником. Отец Иоанн на мой вопрос о письме сказал, что подобные писания не имеют никаких последствий для конца мира, им не следует придавать значения, а уж тем более, переписывать. Самое лучшее, что можно сделать с подобными письмами - это порвать и сжечь. Но все же (вот где психологическая пружина непослушания верующих официальной иерархии) я почему-то сохранил, сберег это письмо. «Может, что то и будет?..»

Уже будучи на служении в Церкви сначала в Почаеве, а затем на Полтавщине, мне попадалось читать много разной эсхатологической литературы, стремящейся открыть главную тайну мира, предсказать скорый конец света. Это и «Письмо Кукши», и «Откровение старцу Каллинику о 92-м годе», и «Великая Дивеевская тайна», и «Сон Иоанна Кронштадтского», и «Бельгийский компьютер по кличке «Зверь»» и многие-многие другие творения по большей части неизвестных авторов, изобильно циркулирующие в нашей церковной среде. «Я не посылал пророков сих, а они сами побежали» (Иерем.17,23). Пророчества, содержащиеся в них с указанием конкретных сроков, годов и дней, естественно, не сбылись, да и не могли сбыться потому, что «дня и часа того никто не знает», но все же и игнорировать их нельзя, так как они являются главнейшим двигателем церковно-религиозной мысли. Это большое поле для исследований.

Здесь диалектика пророчеств: чем точнее пророчество, тем больше риск ошибки. Посему лучше не пророчествовать, но просто жить в процессе истории и полностью доверять все Евангелию, где Господь ясно сказал: «Дня и часа того никто не знает; ни Сын, ни Ангелы, но только Отец Мой, который на небесах» (Мф.24,36).

Я научилась просто, мудро жить,
Смотреть на небо и молиться Богу,
И долго так по вечерам бродить,
Чтоб утолить ненужную тревогу.
(Анна Ахматова).

Да, такой образ жизни - в полнейшем послушании ума и мыслей Евангелию и Церкви - мало интересен, но его главное достоинство в том, что он - спасителен.

Да, несомненно, жить в мире разных знамений, видений, «скитаний», откровений психологически очень интересно, здесь кажется, что духовная жизнь бьет ключом, драма истории разворачивается просто на глазах. Но такая жизнь все же, надо помнить, утопична, мифологична, а утопия зачастую суицидна, самоубийственна. Посему мы из исторических примеров знаем: многие предводители сект и расколов, когда их пророчества о конце света не сбывались, кончали жизнь самоубийством. Но мало того, что сами, еще и последователей своих заставляли убивать себя, дабы хоть таким, искусственным образом приблизить эсхатологическое время. Это не тот путь, который указал Господь, но путь действительно  темных сатанинских сил.

«Последняя» литургия в Дивеево с «воскресением» преподобного Серафима

Рассказывала Татьяна Макропуло из Комсомольска о «последней» литургии в Дивеево, на которой ей удалось побывать. Согласно преданиям, записанным в «Великой Дивеевской тайне», что по прошествии нескольких десятилетий гонений, запустения и разрухи Серафимо-Дивеевского монастыря, мощи преподобного возвратятся, и обитель опять откроется, но только на очень малое время. Да так, что успеет отслужиться одна единственная Литургия, как грянет конец всему сущему. И то, еще Литургия только будет подходить к концу, как начнется воскресение умерших! Кто успеет причаститься, а кто не успеет, тот не причастится. Первым восстанет из своей раки преподобный Серафим, а уже за ним - все прежде умершие праотцы, отцы, братия и сестры.

И вот в 90-х обитель Дивеевская была передана Церкви, мощи преподобного торжественно возвращены и дело шло к первой Литургии, хотя ее трудно было назвать первой, потому, что уже и до возвращения мощей на руинах собора служились определенно Литургии с момента передачи. Но то было не в счет. Вот мощи возвращены и завтра служится первая Литургия во главе с Патриархом, которая мнится быть последней.

Можно себе представить сложившуюся нервозную обстановку среди нахлынувших в обитель верующих с определенным эсхатологичным типом мышления. Некоторые радуются поменявшимся временам и вновь возрождающимся храмам и обителям, а для некоторых это лишь «малое время» с одной единственной, до конца не дослуженной Литургией и потом ужас и мрак великого Дня Гнева Господня или просто - Страшного Суда Божия. Вместо радости - тревожные ожидания, мрачные настроения.

Вот на утро следующего дня верующие собираются в центральный собор. Литургия одна за другой своими составными частями отходит, вот пропели «Херувимскую», вот отошло и «Милость мира». Таким образом, вплотную приблизились к «Отче наш», а затем уже и к запричастному стиху. Тревога и напряжение, связанное с осуществлением чего-то, сейчас значительного, ожиданием конца, витают в напряженной, накаленной до предела атмосфере собора. Людей много, по местам то там, то сям слышатся всхлипы, истеричные возгласы, крики бесноватых. Из-за многолюдства толпа, переполняющая храм, по временам колеблется волнами то в одну, то в другую сторону. И вот пошел слух, слух на слух - от уст к устам. Он молнией прорезал сознание верующих: восстал, воскрес преподобный. Кое-где слышен не то радостный, не то скорбный плачь, переходящий в рыдание. Мало того, что восстал, он уже ходит между верующими богомольцами в соборе! Патриарх, архиереи и вообще, духовенство, его не видят. Видят его только достойные, кому дано, кто будет восхищен сейчас ангелами «на облаки, в стретение Господне на воздусех»... Напрягают слух, дабы слышать с неба грозную трубу Архангела, которая вот-вот должна вострубить. Страшно!

Татьяна далее говорит: «Я собрала все свои силы и стала пробиваться сквозь толпу, дабы увидеть хоть одним глазом восставшего. В конце концов, после длительных поисков мне указали на старичка, внешне очень похожего на преподобного. Я протиснулась к нему и стала с ним беседовать. Но увы. Благообразный и добродушный старичок, к моему великому удивлению, вовсю отрицал свою какую-либо малейшую принадлежность к воскресшему, то, что он святой Серафим. Я была несколько обескуражена и разочарована».

Литургия была благополучно завершена, все причастники, кто задумал в тот день причаститься, причастились. Все закончилось, но реальность не изменилась. Солнце продолжало ясно светить, и конец мира не настал.

Что можно сказать в завершение описания данных событий?

Люди всю жизнь живут мифами и питаются мифами. Они есть источник религиозного вдохновения масс. Еще древнегреческий поэт Гомер писал о воспитательной для юношей, созидательной для правителей и государства силе - мифа. Миф вдохновляет, подвигает на подвиги. В нем искра духовного бытия. Так есть.

Обретение тетрадок рукописей помещика Мотовилова, в которых записаны беседы со старцем Серафимом Саровским, его пророчества, в том числе и «Великая Дивеевская тайна», принадлежит профессору Харьковского университета Сергею Нилусу, автору широко известных в России и за рубежом «Протоколов Сионских мудрецов». Источник один. Сергий Нилус нашел их на одном каком-то ветхом чердаке заброшенного дома, вместе с «Протоколами». Нашел и все. Больше не сообщает никаких подробностей. Ни места обретения, ни города, ни названия улицы, ни номера ветхого дома - ровным счетом ничего! Странно.

Сомнительность печально знаменитых «Протоколов», внесших свой страшный вклад в разжигание межнациональной, религиозной розни, и то кровопролитие и погромы еврейского населения, которое вскоре они вызвали, бросает черную тень и на сами «Записки Мотовилова». И главное - сомнительность, историческая спорность, если не сказать прямо: недостоверность, подложность находки для историка налицо. Но вот загадка? Тайна, в которую не может войти никто ни из великих духовников, ни знаменитых психологов, они - эти рукописи, являются важнейшим источником религиозно-национального вдохновения огромных масс верующих людей конца 19, 20 и вот уже начала 21 веков.

Последнюю Тайну Конца никому, кроме Бога, не дано знать. Но, люди жаждут  знания этой Тайны.

***

Пензенская яма 2007-2008

До сих пор с октября 2007 года в пещере глубоко под землей находятся 29 человек, ожидающих конца света. Четверо из них - дети, не могущие осознать ситуацию.

Отец Андрей Кураев говорит: «Пройдитесь по нашим храмам, по книжным лавкам и вы найдете массу разнообразной истеричной литературы о видениях, откровениях, знамениях, тайнах, загадках, о конце света и очень мало найдете литературы о жизни во Христе».

Я же скажу, что учение о конце мира, апокалиптике, неблагочестивое, такое себе народное предание, дополнение к учению церковному, как бы ни желали сие скрыть ведущие богословы, но - основной винт его! Так есть! Почитайте самого Христа в Евангелии. Особенно Матфея 24 главу. Ого, ничего себе дополнение! Завершение, скорое прекращение видимых времен и наступление Нового Царства Христова - основная идея Евангелия.

Убери, по совету отца Андрея, апокалиптику из Евангельских текстов и останется что? Ничто! Один суть голый, холодный моральный императив, что наименьше всего желали бы видеть верующие. Это неинтересно мятежному человеческому духу. Дух человечь хочет спорить, противостоять, бунтовать. Убери учение о конце света из нашей догматики и церковь превратится в такой себе морально-этический клуб! Людие мыслите! Кто хочет, опровергните меня.

И вот, Пенза! Чем кончится - еще неизвестно?

В психоэмоциональном комплексе людей произошла очередная тяжелая, болезненная вспышка апокалиптического безумия! А сколько их было в истории - не перечесть! Я слышал высказывания по сему поводу разных богословов, политиков, священников - и все они суть сводятся к банальному повторению одного и того же: виновны еще царская власть, потом - советская власть, что людей духовно правильно не довоспитали, не доглядели, прогавили, просмотрели! Ой, Господи, какие мы плохие! Все на нашей совести! Каемся, наверстываем упущенное, извлекаем для себя уроки на будущее... И так далее и тому подобные неумные наши и близорукие «глаголы». Скажите, можно ли вразумить заблудших старушек, мотающихся бодро по судам, чтобы с них сняли пресловутые коды? Нельзя, невозможно, потому что в них от этих мотаний проснулась вторая молодость. Религия - сильнейшее побуждение человека к действию!

А пещера под Пензой и коды - это, учтите, одного поля ягоды.

Я думаю, следует мудро признаться в своем человеческом бессилии перед данными вспышками апокалиптического безумия, перед бунтом духа человека против всего разумного, мудрого, стабильного, созидательного. Это тайно-радостный побег в мир раскрепощенных разнузданных инстинктов, и как ни парадоксально признать - это одна из форм, правда уродливых, стремления к внутренней духовной свободе. Факт - вирус агрессивности, бунта живет в человечестве изначально, и его не искоренить никакими суть благонравными воспитаниями и методично учебными приемами.

Как в мире природы бывают разрушительные ураганы, бури, смерчи, точно также и в духе человеческом были и будут подобные явления. Наше дело только, сколько в наших силах, присаживать сие не в меру взбунтовавшееся духовное безумие и благоговеть в глубочайшем смирении перед вечной Тайной Божией, тайной мира, природы бытия и не делать неумных плоских заявлений, советского типа: недовоспитали, упустили, проглядели. Давайте честно скажем - предотвратить это нельзя, невозможно.

Развитие мира постоянно происходит в катастрофических «апокалиптических» ритмах, поиск гармонии в мире бессмыслен, нам лишь приходится с ужасом наблюдать всеразрушающую ярость времени.

***

Человечество не нашло еще, да и вряд ли найдет в дальнейшем, действенные механизмы. Как, коим образом контролировать собственную агрессивность, фатальное безумие, свою падшую природу? Это вопрос к Богу. Мы, верующие, знаем и верим, что невозможное человекам возможно Богу! Но только как долго придется ожидать божественного вмешательства - неизвестно. Мы благоговеем перед вечной Тайной Божией.

Если бы мы нашли лекарство от духовной болезни, в мире автоматически снялись бы, разрешились коренные проблемы человечества, над которыми оно титанически борется уже вот сколько тысячелетий, и главная из них - проблема войн и ужасов, убийств, терактов преследующих нас почти что повсеместно.

А так, библейское Откровение на все времена  -  жизнь мира есть не рай, но, увы, изгнание из рая. Терния и волчцы видятся нам вместо благоцветущих роз.

***

Священное Писание, Церковь и Святые Отцы предостерегают и предлагают нам для спасения души модель взрослой религиозности: спасение души - и чистое, непорочное житие. Сия истина верна, спасительна и главное - созидательна в плане жизни, как будущей, так и настоящей. Их девиз: не бояться призраков страшной ночи жизни, но, благоговея пред вечной тайной Божией, жить, любить, верить! Так есть.

В истории же вселенского религиозного сознания были два человека - Мухам мед (основатель Ислама) и Мартин Лютер, сказавшие по данной теме одинаковые слова: «Если мне скажут, что завтра конец света, то еще сегодня я посажу дерево!»

Стоит прислушаться. В них есть зернистая мысль.

Автор: Архимандрит Аввакум