УКР РУС  


 Головна > Публікації > Моніторинг ЗМІ  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 65 відвідувачів

Теги
Археологія та реставрація Предстоятелі Помісних Церков іконопис Священний Синод УПЦ Католицька Церква автокефалія монастирі та храми України секти церква та політика Доброчинність Ющенко Церква і влада молодь Церква і політика Мазепа педагогіка українська християнська культура церква і суспільство краєзнавство вибори постать у Церкві Митрополит Володимир (Сабодан) Вселенський Патріархат розкол в Україні УГКЦ забобони Президент Віктор Ющенко Церква і медицина комуністи та Церква церковна журналістика милосердя шляхи єднання УПЦ КП конфлікти 1020-річчя Хрещення Русі Патріарх Алексій II Голодомор Києво-Печерська Лавра діаспора Приїзд Патріарха Кирила в Україну






Рейтинг@Mail.ru






«Донецкий кряж» (Донецк): Факел, выводящий из тьмы. Пастырь



«Донецкий кряж» (Донецк), Ольга Стретта, 20.07.2007

Для России 20-е годы прошлого века были страшными. Захватившие власть большевики хотели лишить русский народ самого святого - веры в Бога. Разрушались храмы, велась активная пропаганда атеизма, а священников уничтожали физически. Соловки - остров, ассоциировавшийся со святыней - Соловецким монастырем, превратился в место ссылки и мучений. Однажды в морозную ночь большую группу священнослужителей заперли в неотапливаемом бараке и пустили туда огромную стаю голодных крыс. Выжил только один батюшка, поведавший потом эту жуткую историю. В это же время на другом конце страны, в Сибири, сто служителей Господа выстроили в ряд на краю рва. Матрос с револьвером задавал каждому только один вопрос: «Есть Бог?», а получив положительный ответ, убивал ответившего. «Нет» не сказал никто. Все предпочли умереть за Христа. 19-летнего послушника Моденского мужского монастыря (Вологодская область) Дмитрия Пескова Бог спас от мясорубки репрессий. Юноше Всевышний уготовал иную миссию на земле.
Судьба Дмитрия Степановича интересна и необычна, полна неординарных событий и поворотов начиная с рождения. Песковы жили в деревне Ванское Устюжского района Вологодской области. В семье было уже несколько взрослых дочерей, когда родители узнали, что Бог благословил их еще одним чадом. В нищей российской деревне, чтобы выжить и прокормить семью, отец много и тяжело работал. Зимой, сопровождая баржу с грузом, он погиб в результате несчастного случая. Мать мужественно перенесла это горе.
Ожидая малыша, она уповала на помощь Всевышнего и однажды, узнав, что в ближайший к деревне Моденский мужской монастырь приехал отец Иоанн Кронштадт-ский, отправилась к батюшке за благословением. Увидев женщину, отец Иоанн сказал: «Подойди, раба Божья» и благословил ее огромной просфорой, промолвив: «А у тебя родится великий молитвенник». Через некоторое время на свет появилась двойня. Девочка умерла сразу, а мальчика окрестили Дмитрием.
В год ребенок остался круглым сиротой. Малыша забрала к себе старшая замужняя сестра. Ее свекровь была доброй женщиной и смогла полюбить мальчика, а муж оказался очень строгим. Когда молодая женщина заболела и не смогла ухаживать за братишкой, ее муж отвез шестилетнего Дмитрия в монастырь. Юного послушника взял к себе келейщиком отставной генерал, принявший монашество после смерти жены. Он устроил мальчика в церковно-приходскую школу в класс к своей племяннице Александре Павловне Кедровой. Заметив в ученике незаурядный интеллектуальный потенциал, она дала ему блестящее образование на уровне лицея. Потом отец Дмитрий помогал своей учительнице до самой ее смерти: отправлял посылки, денежные переводы, поддерживал во всем.
Дмитрий твердо решил принять монашество, но не успел. Пожар революции докатился и до Моден-ского монастыря. Верующие люди из сел, где большевики начали устанавливать свои порядки, предупредили, что в ближайшие дни коммунисты закроют монастырь, а иноков увезут в Сибирь или расстреляют. Вместе с некоторыми монахами девятнадцатилетний Дмитрий успел ночью тайно бежать из монастыря. Уходя через лес, они разошлись по разным селам. Далее он попал в Питер, где устроился на фабрику. В начале 30-х годов прошлого века начался голод. Вместе с тремя друзьями Дмитрий Степанович ходил по полям в окрестностях города и собирал мороженую брюкву. Молодые люди понимали, что долго они так не выдержат, и один из них, сын священника, предложил поехать на Украину в поисках работы. Друзьям повезло, все устроились рабочими на Лисичанский стекольный завод.
Здесь произошло знаковое в судьбе будущего священника событие: знакомство с отцом Иоанном Рудюком, трудившимся на заводе, так как храмы были закрыты и служить запрещалось. Дмитрий Степанович чувствовал православных людей. Позже, в старости, он часто в полушутку говорил: «Поп и в рогожке заметен». И тогда, в годы гонений и репрессий, молодой человек понял, что его сослуживец - священник, и решился на рискованный шаг. На Пасху, работая в ночную смену, уловил момент, когда вокруг никого не было, и сказал: «Христос воскресе!», а в ответ услышал: «Воистину воскресе!». Ошибка могла стоить Дмитрию Степановичу жизни: узнай об этом случае в НВКД, рабочего Пескова могли расстрелять. Но, к счастью, его предположения оказались верны. Потом, перед войной, когда разрешили открыть храм, отец Иоанн начал служить и взял Дмитрия Пескова, знавшего всю службу на память, к себе псаломщиком.
В 1942-м Дмитрия Степановича призвали на фронт, а в 1944-м комиссовали из-за язвы желудка. Он вернулся в храм к отцу Иоанну. После войны Сталин разрешил массово открыть храмы, и Православная Церковь столкнулась с кадровыми проблемами. Большинство священников репрессировали в 20-30-е годы, многие из оставшихся погибли на фронте в Великую Отечественную войну. Архиепископ Сталинский и Ворошиловградский Никон (Петин) разослал по всем немногочисленным приходам телеграммы, чтобы уцелевшие батюшки искали верующих людей, готовых служить Богу. Псаломщик Дмитрий Песков оказался подходящим для этой миссии. Отец Иоанн дал ему направление в Луганск (тогда Ворошиловград). На прием к архиепископу будущий священник приехал в день смерти матери владыки Никона и принял участие в общей молитве: читал, пел. Архиепископ заметил незнакомца и поинтересовался, кто он и откуда. Узнав, кто прислал Дмитрия Степановича, владыка побеседовал с ним и на следующее утро рукоположил его в дьяконы, а спустя три дня - в священники.
Отец Дмитрий сразу попал в поле зрения КГБ. Его вызывали для беседы каждый день в течение длительного времени. Уговаривали сотрудничать, но батюшка, как и многие его коллеги, не предал свои убеждения, а значит, и самого Христа. Ситуация могла закончиться очередным политическим делом с отправкой в ГУЛАГ. Отца Дмитрия спас полковник госбезопасности. Вызвав священника к себе, он сказал: «Я давно за вами наблюдаю и вижу, что вы очень порядочный человек. Уезжайте как можно быстрее» и неожиданно добавил: «А у меня есть к вам просьба: повенчайте меня с женой». Отправляясь совершать таинство в четыре часа утра, священник до последнего сомневался, кто его встретит у ворот: жених с невестой или «черный воронок» с конвоирами. Оказалось, кагэбэшник не лгал, около храма был только он сам, его супруга и теща.
В послевоенные годы было непросто переехать из города в город. Отец Дмитрий рассказал о сложившейся ситуации архиепископу. Владыка Никон задумался. Видимых причин для перевода священника в другой город не было. И вот как поступил мудрый владыка. В один из праздников была большая служба, в которой принимали участие многие священники, в том числе и отец Дмитрий. Владыка Никон доверил ему проповедь после чтения Евангелия. Прихожане, затаив дыхание, слушали вдохновенную проповедь молодого священника и не могли сдержать слез. После этого мудрый владыка при всех сказал: «Да, отец Дмитрий, два архиерея в одном городе служить не могут». И отец Дмитрий был переведен в город Сталино.
С 1948 по 1958 год отец Дмитрий служил в храме Св. Николая в Донецке, потом был переведен в храм Св. Николая в поселке Трудовские, а в 1960-м назначен настоятелем Николаевской церкви в Авдеевке.
Предсказания отца Иоанна Кронштадтского начинали сбываться. Отец Дмитрий Песков был не простым священником, а прозорливым старцем, хоть сам не считал себя таковым. Он не любил показухи и роскоши. Совершенно не придавал значения материальным вещам. Помогал прихожанам советом и добрым словом только с одной целью - привести как можно больше людей на путь спасения, объяснить несведущим, как заслужить жизнь вечную. У отца Дмитрия не было свободного времени. Отслужив в храме, он принимал посетителей, приезжавших со всего Советского Союза. Никому не отказывал. С теми, кто не мог посетить батюшку лично, он вел переписку. Пастырское слово, духовное напутствие, благословение помогли десяткам тысяч людей разобраться в себе, справиться со своими недостатками и слабостями, прийти к Богу.
Отец Дмитрий умер в 84 года. Его оплакивала не только семья, но и многочисленные духовные чада. По сей день его жизнь служит примером для многих священников и верующих.
Сегодня у нас есть возможность пообщаться с дочерью отца Дмитрия, Надеждой Дмитриевной. Свою жизнь она посвятила служению людям, выбрав профессию медработника. Надежда Дмитриевна не любит давать интервью. Побеседовать с корреспондентом «ДК» она согласилась, лишь приняв мои доводы о том, что эта статья привлечет внимание людей к Православию, быть может, заставит задуматься о своей жизни и встать на путь истинный.
- Надежда Дмитриевна, ваш отец действительно был прозорливым старцем или просто оказывал людям духовную помощь пастырским словом и добрым советом?
- Я не могу сказать, что папа был прозорливым. Он боялся этого слова и никогда не считал себя таковым. Но очень любил и понимал людей. Часто чувствовал, с чем к нему приходили. Однажды папа вышел к церковной калитке. К нему подошла молодая пара. Он им и говорит: «А я вас давно жду. Что вы хотели?» Парень с девушкой очень удивились и сказали: «Батюшка, мы хотели повенчаться». А отец Дмитрий им в ответ: «Почему вы сюда приехали, вы же на Рутченково живете. Там есть церковь, туда и идите. Кто вас прислал?» Молодые приумолкли. Оказалось, их направила к папе одна больная женщина с Рутченково, которая не признавала священства и сама дома святила воду. Люди к ней ходили как к предсказательнице. Этой паре она специально посоветовала обратиться к отцу Дмитрию, чтобы испытать старца.
В другом случае папа распознал врачебную ошибку. Нашей прихожанке, 32-летней Ольге, поставили страшный диагноз - рак, сказав, что оперировать уже поздно. Выслушав ее, папа сказал: «Ну что, Ольга, давай помолимся». Через несколько дней эта женщина снова пришла к нам, и отец Дмитрий сказал ей: «Ольга, никакого рака у тебя нет. Ты будешь жить долго». На осмотре врачи с удивлением констатировали, что безнадежная пациентка абсолютно здорова. Ольга жива и сегодня, ей далеко за 70.
Несколько раз папа предсказывал людям, сколько они проживут. Одной нашей прихожанке сказал, что она проживет 85 лет. И действительно, не так давно она умерла, через месяц после 85-го дня рождения.
- К отцу Дмитрию приезжало много паломников со своими бедами и проблемами. Как ему удавалось принимать всех, никому не отказывая?
- Папа в принципе не умел отказывать. Ко всем людям он относился с любовью и пониманием. Строгим становился, только если человек начинал ересь какую-нибудь говорить. Папа вставал в четыре часа утра, вычитывал утренние молитвы и акафист святителю Николаю, который знал наизусть. Если служил, то шел в храм. После службы - то погребение, то крещение, то молебен или заказной акафист. Часто освобождался лишь к четырем-пяти часам вечера, и бывало, что до вечерней службы успевал только попить чаю. Никогда не говорил, пусть посетитель подождет. Редкий день у нас не бывало гостей. Люди ехали со всего Союза. С каждым папа был ласков и внимателен. Никого не отпускал без угощения. Вел обширную переписку. Когда моя младшая дочь подросла и научилась читать, то стала у дедушки за секретаря, так как к тому времени он почти полностью ослеп.
- Правда ли, что отец Дмитрий совершенно не ценил ничего материального?
- Да, как и любой христианин, он ставил превыше всего духовные ценности. И нам, своим детям, всегда говорил, что никакое золото-серебро не поможет заслужить вечную жизнь. Папа никогда не ругал нас за разбитую чашку. Если у него появлялись деньги, то они в один карман приходили, а из другого уходили. Отец Дмитрий помогал всем нуждающимся. Единственное из земного, что папа ценил, - это книги. У нас была отличная библиотека. Самое ценное из нее забрали кагэбэшники. Папа даже плакал, вспоминая, какую хорошую литературу унесли комитетчики. Еще я хотела бы отметить, что отец Дмитрий не был фанатиком, он любил классическую музыку, слушал радио, в том числе и радиопостановки классических пьес.
- А каким отец Дмитрий был в семье?
- Очень добрым и ласковым, но одновременно строгим. Папа никогда не повышал на нас голос и уж тем более не поднимал руку. Воспитывал словом. Умел так сказать, что у нас пропадало всякое желание баловаться.
- Надежда Дмитриевна, вы не ощущали давления со стороны? Как вы чувствовали себя в школе?
- В младших классах я попала к очень хорошей учительнице, которая сама была верующей. В старших все привыкли к моему статусу и педагоги старались не замечать, что я ношу нательный крест. В пионеры меня приняли, не спрашивая согласия. В комсомол не пошла сама. Лишь однажды девочка из параллельного класса бросила мне вслед: «Поповская дочка!» После школы я два раза «не проходила по конкурсу» в институт. Знакомые предлагали помочь подкорректировать происхождение и достать фальшивые справки о том, что родители - рабочие. Но я не захотела предавать своего отца, свою семью и нисколько об этом не жалею.
- Вас радует, что с каждым днем растет количество храмов?
- Конечно. Люди, строящие храмы, часто совершают первые шаги к вере. Приятно, когда человек столь благородно поступает из желания угодить Богу, а не потому что религия модна, ведь важнее перестроить собственную душу и преуспеть в духовном делании.

   











УВАГА! Публікації розділу "Моніторинг ЗМІ" не обов'язково збігаються з точкою зору редакції сайту "Православіє в Україні", а є відбиттям суспільних подій і думок з метою поліпшення взаєморозуміння та зв'язків між Церквою й суспільством. Статті подаються в редакції першоджерела.