УКР РУС  


 Головна > Українські новини > В гостях у редакції  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 61 відвідувачів






Рейтинг@Mail.ru






Генерал-майор Сергей Червонопиский: «Для многих ветеранов афганской войны Церковь стала вторым домом»

  16 лютого 2009



Генерал-майор Сергей Червонопиский:
«Для многих ветеранов афганской войны Церковь стала вторым домом»

15 февраля 2009 года в Украине прошли торжества по случаю 20-летия вывода советских войск из Афганистана. Были и возложения цветов, и открытия памятников, и выставки, и концерты, и встречи ветеранов. Не осталась в стороне от этой даты и Украинская Православная Церковь. Блаженнейший Митрополит Владимир наградил юбилейными орденами «1020-летие Крещения Киевской Руси» руководителей Украинского союза ветеранов Афганистана, во всех храмах Украины совершались поминальные богослужения, священники-ветераны были удостоены церковных наград, архиереи и представители духовенства участвовали в митингах-реквиемах и возлагали живые цветы вместе с ветеранами. В эти дни нам удалось побеседовать с инициатором и главным вдохновителем «афганского» движения в нашей стране - председателем Украинского союза ветеранов Афганистана генерал-майором Сергеем Червонописким.

- Сергей Васильевич, от имени редакторского коллектива Интернет-портала «Православие в Украине» разрешите поздравить Вас с 20-летием окончания афганской войны и пожелать Вам мира, добра и радости.

- Большое спасибо.

«Экономический кризис очень серьезно ударил по ветеранам Афганистана»

- Часто приходится слышать, как сейчас люди при встрече задают друг другу вопрос: "Как на вас отразился кризис?" .... Как отразился нынешний кризис на семьях ветеранов Афганистана?

- Афганцы не могут отделить себя от общества, потому что мы живем в нем и сталкиваемся со всеми проблемами, которые характерны для него. Здесь вопрос в том, кто эти люди.

Вот, например, Америка на высоком уровне оценила ветеранов войны во Вьетнаме. Если взять для примера один только штат Техас, так в нем функционируют 74 реабилитационных центра. В Украине их только два. Поэтому не сладко приходится людям, которые прошли афганскую войну. Я сейчас говорю о молодых солдатах, потому что офицеры, как ни как, больше закалены в моральном плане.

Вот представьте себе юношу, который «от мамы» только из-за школьной парты попадает на войну, где он убивает, его убивают. Ему пришлось воевать в стране, в которой прогрессируют нехарактерные для Украины заболевания: тропические, желудочно-кишечные, о которых тогда в Советском союзе совсем забыли: тиф, малярия, гепатит. Паразитические поражения - это вообще отдельная и сложная статья. Представьте себе, какие грандиозные стрессы перенесли эти неподготовленные люди.Вообще, к людям, у которых нарушено функциональное состоянии, нужен свой особый подход. Но ведь далеко не все могут использовать, к примеру,  кфс кольцова, хотя, как многие говорят, это уникальные приборы и они очень широко используются сегодня в России. Это тяжелый удар по молодому организму, последствия которого сказываются сейчас, с возрастом. Если сразу после войны многих держало в форме молодое здоровье, то теперь держать нечему. Я по себе знаю. К примеру, раньше я мог месяцами из машины «не выходить», посещая многие регионы Украины. Так, в 1993 году у меня было 260 дней командировок. И я это легко выдерживал, а вот сейчас уже не чувствую в себе такой энергии.

Поэтому кризисы, подобные нынешнему, бьют, в первую очередь, по людям, которые все это перенесли. Здесь еще накладывается и другой фактор. Ребята вернулись после войны другими людьми - многие из них пересмотрели ценности и по иному смотрят на мир. Часто можно было услышать, что афганцы - это люди с обостренным чувством справедливости. Так вот это осталось и по сей день. И то, что творится порой в нашем государстве (не только в экономике, но и в политике), рвет душу. Так что я могу с уверенностью сказать, что кризис очень серьезно ударил по нашей категории.

А что говорить о семьях погибших, о тех матерях, которые за погибшего сына получают 39 гривен в месяц? Это одно из проявлений фантастического невнимания государства к нам.

- Наверное, в этой ситуации не так тяжело тем ветеранам-афганцам, которые продолжили свою военную карьеру. Но ведь среди воинов-интернационалистов немало тех, которые работают на обыкновенных предприятиях...

- И таких подавляющее большинство. К тому же и те офицеры, о которых вы говорите, уже по возрасту уходят на пенсию. На сегодняшний день в ряду Вооруженных Сил нашего государства осталось очень мало афганцев. Вот в милиции и прокуратуре много. Это те ребята, которые, вернувшись со срочной службы, выучились и пошли работать в органы. Был период в нашей истории, когда в армии проводились чистки на предмет наличия в ней афганцев, при чем делалось это самым беспардонным образом. Заместитель министра обороны по кадрам (не буду называть фамилию) говорил в лицо ветеранам: «Подождите, мы еще с вами разберемся и выясним, что вы на самом деле делали в Афганистане». То есть в украинскую армию нас просто не хотели брать. Многие ребята пошли служить в Национальную гвардию, много их и среди пограничников. Но подавляющее большинство ветеранов вернулись с войны простыми солдатами, поэтому и работают на производстве. А значит, ощущают на себе последствия сегодняшнего кризиса, хотя, согласно законодательству, в случае сокращения штата, их должны увольнять с предприятия в последнюю очередь. Но мало радует, когда всех увольняют, а ветерана последним.

- Когда и как был создан Украинский союз ветеранов Афганистана?

- Эта организация начала создаваться еще во время войны. Вначале это были такие себе неформальные объединения. Тогда партийные органы поглядывали на нас с опаской. Кстати, наш союз - это первая общественная организация, которая была зарегистрирована в Украине. Мы подавали документы в то время, когда в законодательстве даже не было специального механизма. Нас зарегистрировали тогда постановлением Совета министров, за что огромная благодарность Виталию Андреевичу Масолу. Мы видели определенные недостатки организаций, которые создавались тогда в Москве, так что здесь, на Украине, мы решили пойти по другим принципам и создали свое отдельное объединение. И это не смотря на то, что мы плотно дружим с Россией, Белоруссией и другими странами СНГ. Но уже тогда мы шли своим путем.

«Главная задача нашей организации - преодоление последствий Афганской войны»

- 20 лет живут ветераны Афганистана без войны. 20 лет - это юбилей, а каждый юбилей - это не только праздник, но и повод взглянуть на пройденный путь и подвести итоги. Каковы итоги деятельности Вашей организации на сегодняшний день?

- Мы добились того, что общество запомнило тех ребят, которые гибли тогда. Я сейчас даже не могу сказать, сколько памятников по всей Украине было открыто за это время. Они есть во всех областных городах, а в Житомирской и Полтавской областях - в каждом районном центре. А по итогам 20-летия празднования вывода советских войск из Афганистана таких областей у нас уже пять. Перед праздниками только в одной Херсонской области было открыто четыре памятника. По всей Украине построено пять «афганских» храмов и часовен. Во Львовской области на сегодня только в шести районах нет памятников, хотя местные власти не особо нас приветствуют. Поэтому эту задачу мы выполняем на самом достойном уровне.

Сейчас даже обсуждается новая инициатива. Афганцы Черкасской области говорят: «Памятники мы открыли, а теперь будем реставрировать надгробия солдатских могил». Ведь уже более 20 лет прошло с тех пор, как под ними были похоронены ребята.

Второе направление нашей деятельности - реабилитация. Сейчас ни мне, ни другим ребятам-инвалидам не нужно ездить заграницу за протезами. Это можно сделать здесь, в Киеве. Мы помогли открыть специальные мастерские, которые на достойном мировом уровне изготавливают протезы для инвалидов. Мы дружим с фирмой «Майрон», которая выпускает инвалидные коляски. Я сам ею тоже пользуюсь. Если сравнивать коляски этой фирмы с теми, что производятся в нашей стране - это, примерно, так, как соотносятся Таврия и Мерседес.

- Они доступны простым ветеранам по ценам?

- Конечно, такая коляска стоит полторы тысячи гривен. Все те коляски, которые я раньше получал от государства в рамках социального обеспечения, валяются у меня в гараже сломанные. А креслом фирмы «Майрон» я пользуюсь до сих пор - уже три года и без прежних проблем. Кроме того, мне как работающему инвалиду положено раз в год менять протезы. А я уже больше десяти лет хожу на майровских. Так и другие наши инвалиды. Представьте, сколько средств мы помогли сэкономить государству.

- И как, оно оценило?

- Что Вы! (улыбается). Это те черные дыры, в которые улетают наши с вами деньги. Ведь на нас каждый год закладывается в бюджете определенная сумма. Это специальная статья - «Протезирование». И если мы ее не получаем, возникает вопрос: кто пользуется этими средствами?

В свое время мы провели огромную работу по обеспечению ветеранов Афганистана квартирами. Большим достижением было то, что полтора процента налога с прибыли шло на строительство жилья для афганцев. Сейчас с этим стало сложнее. Приведу пример. Если мер Чернигова Соколов построил 117 квартир для афганцев, то в Киеве этот показатель выглядит смешно - 4-5 квартир.

Важно и то, что мы сохранили военно-патриотические клубы - сегодня их около 150. Мы помогаем государству воспитывать этих ребят. Они проводят огромное количество спортивных мероприятий в память о воинах-афганцах. К примеру, в шахматном турнире участвовала практически вся Киевская область. А соревнование по гребле на байдарках и каноэ, состоявшееся на Трухановом острове,  ежегодно собирает около 600 участников. Люди приезжают из других стран ближнего и дальнего зарубежья, чтобы через спорт почтить память погибших в Афганистане. И это тоже наша работа.

«В мирное время наших ребят умерло в несколько раз больше, чем погибло в Афганистане»

- А какие проблемы Вы могли бы выделить?

- Главная проблема в том, что в мирное время за этот период наших ребят умерло в несколько раз больше, чем погибло в Афганистане. В Житомире, например, это соотношение один к трем. Мне побратимы жалуются: «Мы уже стали настоящей похоронной командой». В связи с этим многие семьи оказываются в катастрофическом положении. Представьте, жил-был афганец, его родные пользовались определенными льготами; вдруг он умирает - семья остается без льгот и кормильца. В связи с этим я очень благодарен Днепропетровскому и Одесскому городским главам, так как местные бюджеты выделяют серьезные деньги на обеспечение семей погибших афганцев - по 300-400 гривен в месяц. То же самое можно сказать и о Запорожской области.

Кроме того, мы всех «афганских» сирот выучили в школах и дали им высшее образование. Тем из них, которые учились в платных вузах, было оплачено обучение. Ни один ребенок не остался без нашего присмотра. Это наша постоянная забота.

И не смотря на это, мы находимся в постоянной борьбе с нашим государством за выживание, так как практически каждый год нам пытаются урезать льготы. Не хотите платить льготы, дайте адекватную замену - не вопрос. Но не так же, что вместо бесплатного проезда в общественном транспорте нам предложили компенсацию в четыре гривны.

- Наверное, с каждым годом у вас становится все меньше аргументов для полемики с властью....

- Аргументы есть всегда. И благодаря этому Украина - единственная страна СНГ, в которой пока еще сохранились льготы для афганцев. Вот, к примеру, в Белоруссии они появляются только после 60 лет. Мы постоянно поднимаемся и выступаем против дискриминации. Кстати, эта борьба характерна для многих ветеранских организаций. Вот в Америке, например, участники войны во Вьетнаме однажды просто оккупировали Вашингтон. И они добились должного отношения к себе со стороны государства.

«Союз ветеранов Афганистана очень серьезно уважает Украинскую Православную Церковь»

- Вы упомянули о том, что в рамках деятельности Украинского союза ветеранов Афганистана в разных регионах Украины открываются храмы и часовни. Более того, как правило, празднование годовщины вывода войск никогда не обходится без Церкви. Поминальное богослужение - это неотъемлемая составляющая любого массового «афганского» мероприятия. Почему Союз ветеранов Афганистана сотрудничает с Православной Церковью? Это Ваша личная инициатива или Вы видите в этом потребность для всех?

- Я не скрываю, что во время войны в Афганистане я был атеистом, чего-то не знал, чего-то не понимал. А вот когда стал народным депутатом СССР, мне выпала честь познакомиться с митрополитом Волоколамским и Юрьевским Питиримом. Этот человек произвел на меня неизгладимое впечатление. Наверное, символично, что также, будучи депутатом, он отстаивал интересы ветеранов Афганистана как член комитета Верховного Совета СССР по делам воинов-интернационалистов. По мере развития общения с этим человеком потихоньку стало меняться мое мировоззрение. Он никогда меня ни к чему не агитировал, не вербовал, но с ним было очень интересно общаться даже на самые, казалось бы, простые темы. До него, у меня никогда не было знакомых среди духовенства. Однажды мы с супругой пришли к нему в гости. Сидим, общаемся, тут, раз - в кабинет входит Никита Михалков. «Ничего себе...», - подумал я тогда. Наверное, под влиянием митрополита Питирима я и выступил с мнением, что возле центрального памятника погибшим афганцам в Киеве обязательно должна быть церковь, в которую в любой момент можно было бы придти со своей нуждой или проблемой.

Я не буду лукавить - далеко не все в нашей среде верующие люди, но могу с уверенностью сказать, что Украинский союз ветеранов Афганистана очень серьезно уважает Украинскую Православную Церковь и бережно относится к понятиям о вере.

Более того, если говорить о Киеве, Свято-Воскресенский храм в свое время стал вторым домом для матерей и вдов. Церковь дает человеку серьезную психологическую и моральную отдушину; помогает выжить в тяжелое время, что очень важно особенно для тех людей, которые потеряли родных и близких.

Наверное, поэтому Церковь - это основное место проведения всех наших мероприятий. Даже когда мы ставили памятник «Три солдата» возле Киево-Печерской Лавры, мы позаботились о том, чтобы эти ребята смотрели на храм.

- А доводилось ли Вам общаться с Митрополитом Киевским и всея Украины Владимиром?

- Конечно, это вообще отдельная страница в моей жизни. Митрополит Владимир - это глыба, человечище, это кладезь мудрости, который никогда не иссякает. Я заметил, что говорит он не много, но каждое слово произносится точно в цель. Это огромный пример не только для других священников, но и образец для светских людей. Скажем так, это тот показатель, к которому должен стремиться по мере сил каждый.

- Кстати, среди ветеранов Афганистана также есть священнослужители...

- Да, а трое из них в этом году были награждены Блаженнейшим Митрополитом Владимиров юбилейными орденами «1020-летие Крещения Киевской Руси». Вот хотелось бы сказать несколько слов об отце Валерии из Харькова, у которого за плечами годы лихой службы. Помню, однажды мы вместе были на пикнике с товарищами-однополчанами, так все были поражены, что у священника на теле есть десантные наколки. А сколько у него боевых наград... Я видел, как он по крупицам построил церковь в новом районе Харькова, какими удивительными способами привлек к себе многих людей. Его храм стал центром общения людей, и весь этот молодежный микрорайон ходит туда на богослужения. Мне рассказывали ребята, что в этом году на Крещение он поехал на озеро освящать воду, так его там ожидали 3000 человек.

«Если бы у меня была хотя бы одна нога, я бы сделал в три раза больше»

- Сергей Васильевич, известно, что в 1981 Вы подорвались на мине в Афганистане. Тогда Вы были командиром роты в звании старшего лейтенанта. Скажите, пожалуйста, как старший лейтенант без ног дослужился до звания генерал-майора?  

- Важно понимать, что все последующие звания мне присваивались по запасу, и они мне пенсии не добавили. Я получаю пенсию старшего лейтенанта. Каждое звание - это награда и не за то, что когда-то один раз произошло, а за повседневную многолетнюю деятельность Украинского союза ветеранов Афганистана. Скажу конкретно: я не бегал по кабинетам и не выпрашивал себе ордена и должности. Мне некогда было этим заниматься. Я просто работал.

В Афганистане солдатам давались награды за личное мужество и героизм, а командирам - за то, как они умеют руководить личным составом. Медаль командира - это коллективная награда вверенного ему подразделения. Точно так же и в моем случае. Государство не столько меня лично оценило, наградив генеральским званием, сколько Украинский союз ветеранов Афганистана. Дело не в моих личных качествах, а в делах, которые ежедневно совершает организация. Я с этой оценкой согласен, так как мы серьезная общественная структура, имеющая вертикаль от центра до каждого самого отдаленного района.

- А как лично Вас изменило ранение?

- Прежде всего, физически. Если раньше я был лихим десантником и любые сложные или жесткие вопросы решались, образно говоря «ударом кулака или сапога в челюсть», то после ранения мне пришлось намного чаще «включать голову и мозги». Теперь из непростых жизненных ситуаций я выхожу с помощью логики и мышления. И это не считая того, что война уже сама по себе меняет человека. Оттуда возвращаются с другим мировоззрением. А на мое уже измененное мировоззрение наложилось еще и ранение.

После этого я очень серьезно стал понимать пожилых людей и инвалидов, чувствовать тех матерей, которые потеряли сыновей. Члены нашей организации, как никто, знают, что такое последствия войны, и наша главная задача - их ликвидация. Даже тема моей докторской диссертации по политологии звучит так: «Роль Украинского союза ветеранов Афганистана в ликвидации последствий войны».

А, помогая кому-то, мы сами очищаемся и становимся другими. Но, наверное, если бы у меня была хотя бы одна нога, я бы сделал в три раза больше.

- Ваши друзья рассказывали, что когда Вы поняли, в чем дело (остались безног), Вы достали пистолет.... Был момент, когда Вы думали, чтобы принять решение... и, приняли. С тех пор прошло 20 лет - не жалеете?

- Там была обыкновенная жизненная ситуация. Спокойствие пришло, когда я окончательно убедился, что ранен только в ноги. Тогда я подумал: «Можно жить, можно верить и надеяться, что даже дети будут». Поэтому рождение сына и дочери - это для меня, наверное, самый ценный подарок в жизни.

Да и тогда я был уверен в себе, в своих силах и знал, что после возвращения не буду «на базаре на пиво просить». Хотя нашлись люди, которые предрекали мне такое будущее.

- Мы привыкли, что в школы часто приглашали участников Великой отечественной войны для бесед с учениками. Эти люди надевали пиджаки с наградами и часами рассказывали детям о войне. Почему афганцы с некоторым нежеланием относятся к просьбам выступить в роли рассказчиков?

- Мы не любим говорить о войне. Даже когда мы все вместе собираемся, то затрагиваем темы о дружбе, о чьих-то успехах, поминаем товарищей. Мы не любим вспоминать какие-то случаи тех времен, и, тем более, хвастаться этим. Обычно это делают те, кто как раз и не воевал. Мы же можем вспоминать обо всем, но только не о стрельбе. Еще Ремарк сказал, что война - это плохо и единственное, что хорошо - это воинское братство, которое остается после войны.

- Читали «Три товарища»?

- Да, это одна из моих любимых книг.

«Как можно говорить, что Украина нигде не воевала, если среди нас живет около 250.000 воинов-интернационалистов!»

- А почему история пребывания наших солдат в Афганистане не изучается так подробно, как, скажем, Первая или Вторая мировые войны?

- Это один из тех моментов, над которым мы работаем самым серьезным образом. Мы подготовили курс лекций, чтобы люди смогли правильно понять те события и верно расставить акценты. Но, к сожалению, все это наталкивается на грандиозное давление со стороны государства. Мы отдали на рассмотрение Министерства обороны свои научно обоснованные предложения, над которыми работала соответствующая экспертная группа. Солидные ученые-историки подписались под этими документами, но вот продвинуть их пока не получается. В современных учебниках, в лучшем случае, можно встретить жидкие упоминания о тех событиях. Хотя в вузах потихоньку все налаживается, а вот в школах, особенно городских, нет. Радует то, что в сельских программах это еще хоть как-то рассматривается. Я вообще не понимаю, как можно говорить, что Украина нигде не воевала, если среди нас живет около 250.000 воинов-интернационалистов.

- Есть мнение, что жестокость моджахедов к славянским солдатам объясняется тем, что ранее наши офицеры вели себя не совсем нормально (мягко говоря) в кишлаках: насиловали девушек, убивали стариков, женщин и детей, сжигали дома.... Насколько это правда?

- Я ничего не знаю о таком поведении наших офицеров. Скорее всего, эта тема искусственно раскручивалась всевозможными СМИ. Прошлую жестокость моджахедов можно объяснить только войной - у них на глазах погибали родные и близкие. Это может ожесточить любого. Среди военных это называется слепая ярость. Насилие и грабежи со стороны наших офицеров среди мирного населения не могли иметь место уже хотя бы потому, что в советской армии жестко работала военная прокуратура. И все вопиющие случаи военных трибуналов, насколько мне известно, обнародованы.

Я склоняюсь к мнению, что все подобные инциденты, которые происходили в Афганистане, это дело рук местных спецслужб. И многое из того, что они творили, механически списывалось на нас. Или как вот говорят, что советские вертолеты расстреливали своих солдат, которые выполняли задание в горах. Когда я такое слышу от кого-то, всегда спрашиваю: «А ваш сын смог бы стрелять по своим?» И никто еще не ответил утвердительно.

Более того, нельзя умалять того высокого уровня патриотического воспитания, который был тогда в нашей стране. Ни для кого не секрет, что многие ребята сами просились в Афганистан. И делали это не для того, чтобы там зверствовать, резать, насиловать и убивать, а именно выполнять священный интернациональный долг, как нас и воспитали. И такого воспитания сегодня в Украине, к сожалению, нет.

- Раньше чаще, да и сейчас, впрочем, встречаются в переходах люди, которые представляются ветеранами Афганистана и просят милостыню. А разве не все у Вас на счету?

- Я со всей ответственностью заявляю, что это не ветераны войны в Афганистане. Жалко, что эти люди для того, чтобы насобирать себе на бутылку водки, используют наш имидж. Время от времени мы стараемся влиять на них. Самозванцев можно вычислить хотя бы по возрасту, ведь самому молодому афганцу сегодня больше сорока. А там тридцатилетние ребята, которые выучили пару наших песен и сшибают с прохожих гроши. Часто камуфляж с целью наживы использовали инвалиды. Кто там его будет проверять? Хотя знающий человек раскроет «лжеафганца» в считанные минуты.  

Но, к сожалению, даже не смотря на это, многие люди (даже с криминальным прошлым) подделывали документы, доставали награды, и, представляясь афганцами, получали льготы, подарки, квартиры и так далее.

- Ветераны Афганистана, судя по информации об этой войне, обладают колоссальным опытом ведения боевых действий. Известны ли Вам случаи, чтобы они были в горячих точках или принимали участие в урегулировании локальных конфликтов?

- Мой друг Володя Шаманов, который известен своим героическим участием в чеченской войне, учился со мной в одной роте - в Рязани. Пять наших афганцев подорвались на мине в Ираке во время выполнения миротворческой миссии. Просто не все могут себе позволить из-за возраста ездить в горячие точки. Вот могу сказать точно, что в недавнем грузино-осетинском конфликте афганцы не участвовали ни на каком уровне. Один мой знакомый рассказывал, что недавно в Осетии была встреча ветеранов Афганистана, и четвертый тост поднял осетин: «Давайте простим грузин!» И никто не воздержался, все поддержали.

- Скажите, как сегодня в Афганистане относятся к нам?

- С большим уважением. Наши представители даже недавно ездили в Афганистан и встречались с полевыми командирами. Многие из них высказывают сожаление, что воевали против нас.

- На сайте Вашей организации очень много поздравительных писем, которые Вы пишите, обращаясь к афганским семьям по всевозможным поводам. Чего хотелось бы пожелать всем им в связи с 20-летием окончания афганской войны?

- В эти дни мне бы хотелось говорить только о хорошем. Мы с уверенностью смотрим в будущее, потому что вместе мы - сила. Особенно хочется пожелать всем воинам-интернационалистам и их семьям здоровья, а для Украины - мирного неба и свежего воздуха.

Беседу вел Александр Андрущенко