УКР РУС  


 Головна > Публікації > Моніторинг ЗМІ  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 81 відвідувачів

Теги
українська християнська культура милосердя Вселенський Патріархат Церква і медицина Президент Віктор Ющенко Церква і політика конфлікти Києво-Печерська Лавра церковна журналістика вибори секти Мазепа церква і суспільство Ющенко молодь педагогіка краєзнавство Приїзд Патріарха Кирила в Україну діаспора комуністи та Церква Католицька Церква церква та політика Археологія та реставрація Священний Синод УПЦ Церква і влада УПЦ КП автокефалія Предстоятелі Помісних Церков Голодомор постать у Церкві Доброчинність забобони монастирі та храми України Патріарх Алексій II УГКЦ Митрополит Володимир (Сабодан) іконопис шляхи єднання 1020-річчя Хрещення Русі розкол в Україні






Рейтинг@Mail.ru






«Вся правда» (Украина): В поисках устойчивости: патриарх Кирилл начал церковную реформу



«Вся правда» (Украина), Василий Симаков, 07.04.09

 

 

Решения, принятые 31 марта 2009 года на очередном заседании Священного Синода Русской Православной Церкви, вызвали многочисленные комментарии в прессе. Все аналитики, как бы они не относились к Московской Патриархии, единодушны: началась новая эпоха в истории Русской Церкви. Патриарх Кирилл намерен провести широкомасштабную реформу в различных (если не во всех) сферах церковной жизни.

Комментарии, появившиеся сразу же после обнародования решений, принятых Священным Синодом, отличаются повышенной эмоциональностью. При этом даже традиционные критики Московского Патриархата на этот раз не скрывают определенного пиетета перед тем профессионализмом, который проявил новый Предстоятель Русской Церкви. Да. Такого мы еще не видели. И вовсе не потому, что не помним «раньшего времени», а потому, что такого просто еще не было. Прав Александр Солдатов, резонно заметивший, что начатая реформа «заслуживает весьма подробного и внимательного анализа, который займет определенное время».

На Патриарший престол взошел умный и властный человек, имеющий четкую и ясную проУПграмму действий. И, пожалуй, не будет преувеличением сказать, что столь сильного Предстоятеля Русская Церковь не имела со времен патриарха Никона.

Ведь, действительно, после ухода Никона с исторической арены во второй половине XVII века, государственная власть в России никогда больше не допускала на Патриарший престол столь сильных и самостоятельных людей. Не говоря уже о том, что в течение 200 лет (1700-1917) патриаршество в России и вовсе не существовало.

«Митрополит Кирилл одержал уверенную победу над, казалось бы, во всем устраивавшим Кремль митрополитом Климентом. И теперь мы можем наблюдать первые плоды этой победы»

Интересно, что нежелание видеть во главе Церкви сильные личности было общим для столь, казалось бы, разных политических режимов как дореволюционный монархический и советский коммунистический. И потому, например, у митрополита Никодима (Ротова), учителя нынешнего предстоятеля Русской Церкви, практически не было шансов победить на патриарших выборах в 1971 году, несмотря на то, что он был самым талантливым и влиятельным русским иерархом того времени. Власти сделали ставку на куда менее яркого, но зато полностью прогнозируемого митрополита Пимена.

Однако в 2009 году ситуация повторилась с точностью до наоборот. Митрополит Кирилл одержал уверенную победу над, казалось бы, во всем устраивавшим Кремль митрополитом Климентом. И теперь мы можем наблюдать первые плоды этой победы.

Церковная перестройка

31 марта в Москве состоялось первое заседание Синода, проведенное владыкой Кириллом в качестве патриарха. Главное послание, без труда читающееся в журналах заседания, укладывается в два слова: грядут перемены.

Похоже, новый патриарх планирует, наконец-то, осуществить нечто вроде церковной «перестройки». Действительно, Московский Патриархат в значительной степени сумел избежать большинства потрясений, лихорадивших как Россию, так и все постсоветское пространство. Во всяком случае такой радикальной смены элит, которая произошла в течение последних двадцати лет в политической сфере, в Русской Церкви не было. И если взглянуть на групповые фото постоянных членов Священного Синода, сделанные 15 лет назад, то выяснится, что они не так уж сильно отличаются от аналогичных фотографий 2008 года.

И вот уже на первом заседании Синода под председательством патриарха Кирилла проведено существенное переформатировании высшего церковного управления. Целый ряд ключевых постов заняли молодые управленцы, как правило, из числа воспитанников нового Московского Патриарха.

В этой связи представляется необходимым уточнить некоторые тезисы, ставшие за последние дни «общим местом» в публикациях, посвященных последнему заседанию Синода.

Начнем с Отдела внешних церковных связей (ОВЦС). Все комментаторы отмечают, что фактически мы стали свидетелями уничтожения ОВЦС в том виде, как он существовал в прежние годы. Или, если быть точным, в том виде, как он существовал под руководством митрополита Кирилла. Отчасти это верно, но лишь отчасти. Следует помнить, что ОВЦС времен митрополита Кирилла был совершенно уникальной структурой. Он очевидным образом превышал свои уставные полномочия, курируя те сферы деятельности, которые официально ему не входили в круг полномочий отдела.

Митрополит Кирилл создал из ОВЦС аппарат, параллельный всему остальному высшему церковному управлению. Именно ОВЦС был, главным образом, плацдармом, подготовившим и обеспечившим избрание митрополита Кирилла на Патриарший престол. Внутри ОВЦС в последние годы фактически функционировало несколько уже готовых Синодальных отделов, деятельность которых теперь была просто легализована. Вполне очевидно, что корпус сотрудников ОВЦС станет основным источником кадров для формирования штата новосозданных ведомств, прежде всего, для Синодального отдела по взаимодействию Церкви и общества (во главе с протоиереем Всеволодом Чаплиным) и Секретариата по зарубежным учреждениям (во главе с епископом Марком). Так что прежняя команда, трудившаяся в стенах ОВЦС, будет фактически заниматься тем же, чем занималась раньше. Более того, на первых порах эти люди, видимо, будут сидеть в том же здании (в Даниловом монастыре) и в своих прежних кабинетах. Так что ОВЦС теперь расширился до масштаба нескольких Синодальных отделов. И все же тот ОВЦС, который мы знали до 31 марта 2009 года, ОВЦС митрополита Кирилла, мы уже вряд ли когда-нибудь увидим...

Неожиданным для многих стало решение о назначении основателя и главного редактора популярного журнала «Фома» Владимира Легойды главой новосозданного Синодального информационного отдела. Соответствующий журнал Синода чрезвычайно лаконичен и не дает ясного представления о том, какие функции возлагаются на этот отдел. Однако сам факт назначения мирянина на должность главы Синодальной структуры вкупе с форматом журнала «Фома» указывают на грядущую коренную реформу информационной деятельности Русской Церкви.

Напомним, что «Фома» стал первым православным изданием, сумевшим встроиться в современную глянцевую культуру. И теперь, надо думать, именно этот формат представления Церкви в медиа-пространстве станет магистральным.

Зазоры или противовесы?

Патриарх Кирилл выстроил в целом довольно логичную, внутренне продуманную структуру центральных органов церковной власти. Однако одна важная особенность новой системы ускользнула от внимания большинства аналитиков. Уже сейчас очевидно наличие определенных «зазоров» между некоторыми частями собранного административного механизма.

Например, несмотря на то, что зарубежные учреждения РПЦ изъяты из ведения председателя ОВЦС, за ОВЦС все же сохранено «руководство церковно-дипломатической деятельностью тех из них, каковые таковую деятельность осуществляют». Вполне очевидно, что целый ряд зарубежных учреждений могут теперь оказаться в двойной юрисдикции. И как будут взаимодействовать между собой две указанные Синодальные структуры, пока не совсем понятно.

Точно также создание информационного отдела ставит вопрос о его взаимоотношениях с рядом других структур (издательским отделом и издательством Патриархии, официальными бумажными и электронными церковными СМИ). Будут ли отныне все структуры, связанные с медиа-пространством, подчинены новому отделу? И если нет, то как будут друг с другом взаимодействовать? Планирует ли патриарх создать некий, условно говоря, церковный медиа-холдинг, который включит в себя все центральные издания, интернет-ресурсы, теле- и радио-проекты (что было бы вполне логично)? Пока не ясно.

«Дублирование функций при неясном разграничении полномочий является одним из принципов, сознательно заложенных в основание новой системы»

Неясно и распределение полномочий между Издательским советом и издательством Московской Патриархии. Непонятно, где будет пролегать грань между полномочиями отдела по взаимодействию Церкви и общества и полномочиями информационного отдела? Каковы будут отношения между воссозданным Хозяйственным управлением и Художественно-производственным предприятием «Софрино», директор которого Е. А. Пархаев доселе воспринимался именно как главный куратор финансово-хозяйственной деятельности Патриархии. Перечень вопросов можно продолжить.

Дерзнем сделать предположение, что отмеченное дублирование функций при неясном разграничении полномочий является одним из принципов, сознательно заложенных в основание новой системы. Вполне очевидно, что это означает взаимное ослабление администраторов, стоящих во главе указанных структур, и их бóльшую привязанность к патриарху. Все это может заметно укрепить «вертикаль власти». А выстраивание жесткой вертикали, надо думать, является одной из стратегических целей начатой реформы.

Впрочем, любая новая система связей обязательно должна пройти проверку временем. Сегодня никто не может предсказать, насколько эффективной будет работа переформатированного центрального аппарата и приведет ли новая схема к реальному укреплению вертикали.

Впрочем, нужно иметь в виду, что патриарх Кирилл ныне выдвинул на новые посты в основном своих давних соратников, вышедших из ОВЦС. А отдел этот всегда славился особым корпоративным духом. И теперь во главе ряда Синодальных структур стоят люди, связанные этим духом и привыкшие, несмотря на все возможные разногласия, работать в единой команде. Это может стать немаловажным фактором сглаживания острых углов новой системы.

Управляемая соборность

Почему-то сравнительно мало внимания обращают на решение Синода о создании Межсоборного присутствия. А между тем это решение обещает стать одним из наиболее революционных. Если остальные постановления касаются упорядочивания работы и переформатирования уже существующих структур, то Межсоборное присутствие само по себе является новшеством. Хотя некий его аналог можно усматривать в Предсоборном присутствии, действовавшем в начале прошлого века, все же ныне ситуация в Церкви принципиально отличается от положения дел в предреволюционной России.

Межсоборное присутствие, видимо, призвано стать удобным инструментом для работы с той реальностью, которую можно обозначить как церковное общественное мнение. И он удобен во всех отношениях.

Во-первых, создание постоянно действующей площадки для дебатов по внутрицерковным вопросам поможет хотя бы отчасти снять ту напряженность, которая существует внутри Русской Церкви в силу отсутствия уже в течение многих лет возможности вести реальные конструктивные дискуссии по наболевшим вопросам. В рамках присутствия можно будет легко, что называется, «выпускать пар», чтобы не доводить ситуацию до кипения. Во-вторых, вполне очевидно, что присутствие (если его состав будет грамотно подобран) может стать генератором идей, которые будут положены в основу синодальных и соборных решений. При этом, в-третьих, орган этот в действующем Уставе не упомянут (во всяком случае, пока не упомянут), реальной властью не наделен и, соответственно, к процессу принятия решений доступа не имеет. Таким образом, он совсем не опасен для иерархии. Кроме того этот орган, конечно же, не будет выборным, и назначение людей для «присутствия в присутствии» будет находиться под полным контролем патриарха и Синода. Все это в совокупности создает достаточно удобную для высшей церковной власти модель. С одной стороны, соборное начало задействовано, а с другой, такой вариант соборности никакой революционной угрозы в себе не содержит.

Украинский вопрос

Каковы же перспективы Украинской Православной Церкви в новой расстановке сил в РПЦ? Решения Синода ничего не говорят об Украине. Вполне очевидно, что до украинских проблем у патриарха пока просто не доходят руки. И все же некоторые важные посылы на украинскую тему в решениях Синода разглядеть можно.

Во-первых, еще накануне заседания Синода было обнародовано сообщение о том, что Патриарх Кирилл посетит Киев в июле текущего года. Его визит продлится десять дней и не ограничится лишь посещением Киева. А это уже само по себе означает особое внимание к Украине.

Во-вторых, некоторые решения Синода по кадровым вопросам дают почву для размышлений о той модели украинской политики, которая, возможно, будет реализовываться уже в ближайшем будущем. Так, например, в состав Комиссии по образованию Межсоборного присутствия включено три представителя Украинской Православной Церкви: управляющий делами УПЦ архиепископ Митрофан (Юрчук), секретарь Предстоятеля УПЦ епископ Александр (Драбинко) и председатель ОВЦС УПЦ архимандрит Кирилл (Говорун). Весьма показательно, что это именно те лица, которые имели непосредственное отношение к выработке проекта резолюции предсоборного совещания, которое работало в Киеве 17 января 2009 года. Напомним, что на этом совещании обнаружилась резкая поляризация взглядов внутри УПЦ, в результате чего инициативы, высказанные Блаженнейшим Митрополитом Владимиром, оказались фактически заблокированными. Несколько архиереев (митрополиты Агафангел, Онуфрий и Илларион, а также архиепископ Ионафан и епикоп Алексий) во время работы собрания предприняли достаточно активные действия, чтобы не допустить принятия указанной резолюции.

Пожалуй, главное расхождение, обнаружившееся тогда между двумя партиями в УПЦ касалось проблемы преодоления украинских церковных расколов. В проекте резолюции преодоление раскола рассматривалось как стратегическая задача Украинской Церкви, для решения которой предлагалось создать специальную российско-украинскую комиссию из иерархов, духовенства и богословов. Противники резолюции заявили о недопустимости какого бы то ни было диалога с УПЦ КП и УАПЦ. Архиепископ Иоанафан тогда прямо заявил, что диалог с раскольниками может принести УПЦ только вред.

Еще одним пунктом расхождения неожиданно стал вопрос канонического статуса УПЦ. Если Блаженнейший митрополит Владимир выступил за сохранение существующего статуса и признал нежелательным принятие решений о его пересмотре, то его оппоненты озвучили идею сужения прав УПЦ, фактического усечения ее нынешней автономии. Одесский митрополит Агафангел заявил, что решение о самостоятельности УПЦ в управлении было принято в начале 1990-х годов «условно». А секретарь Одесской епархии протоиерей Андрей Новиков прямо высказался за пересмотр этого решения, поскольку оно было инициировано бывшим митрополитом Филаретом (Денисенко) и потому не имеет для УПЦ авторитета.

«Возможно, в скором будущем будет реанимирован проект создания двусторонней комиссии по изучению церковной ситуации в Украине и выработке возможных моделей преодоления раскола»

Группу, выступившую в январе 2009 года против инициатив митрополита Владимира, сразу же окрестили «церковным ГКЧП», стремящимся произвести переворот в Украинской Церкви. Казалось бы, именно члены этого «ГКЧП», во всеуслышание заявившие о своей сверхлояльности Москве, должны были бы теперь представлять УПЦ в столь важном для патриарха органе, как Комиссия по образованию Межсоборного присутствия. Однако все получилось наоборот. Никто из них в состав комиссии включен не был. Членами комиссии стали представители противоположной партии.

Все это дает основания думать, что, возможно, в скором будущем будет реанимирован проект создания двусторонней комиссии по изучению церковной ситуации в Украине и выработке возможных моделей преодоления раскола (а именно этот проект и был одним из центральных пунктов вышеупомянутой резолюции). Ведь создаваемое ныне Межсоборное присутствие - это идеальная площадка для работы такого органа. Однако теперь это уже будет не опасная инициатива «самостийного» Киева, а Патриарший проект...

Впрочем было бы наивно думать, что Московский патриарх делает ныне ставку на новую генерацию киевских церковных деятелей, которая в последние годы сплотилась вокруг Блаженнейшего митрополита Владимира. Решения Синода скорее указывают на совсем иные планы главы Русской Церкви.

Практически никто из комментаторов не обратил внимания на последний журнал заседания Синода (Журнал № 32). В нем говорится о вызове архиереев для присутствия на летней сессии Священного Синода 2009 года. Среди пяти иерархов, названных в этом журнале, есть и имя митрополита Донецкого и Мариупольского Илариона. Этот факт заслуживает специальных комментариев.

Конечно, сам по себе вызов епископа для присутствия на заседании Синода не представляет собой ничего особенного. Подобные решения принимаются регулярно. Ведь в соответствии с действующим Уставом Русской Православной Церкви архиереи, не являющиеся постоянными членами Синода, «вызываются для присутствия на одной сессии, по старшинству архиерейской хиротонии, по одному из каждой группы, на которые разделяются епархии» (V, 5). Однако при этом в Уставе ничего не сказано о принципах такого деления епархий на группы, равно как и о том, сколько вообще существует таких групп, и какие епархии в них входят. Кроме того, после издания покойным Патриархом Алексием грамоты о даровании Украинской Православной Церкви независимости и самостоятельности в управлении (1991 год) украинские архиереи не вызывались для присутствия в Священном Синоде РПЦ. Теперь создан важный прецедент. Епископы Украинской Церкви, несмотря на широкую автономию УПЦ, ставятся в один ряд с епископами, управляющими кафедрами на территории России. А это может означать в будущем заметное усиление административной зависимости Украинской Церкви от московского центра.

Кроме того, в контексте цитированной статьи действующего Устава РПЦ возникает ряд вопросов чисто канонического характера. К какой группе епархий отнесены теперь епархии УПЦ? Если эта группа тождественна всей Украинской Церкви, то вызов митрополита Илариона явно не соответствует норме Устава, поскольку владыка Иларион не является старейшим по хиротонии епископом УПЦ.

Вполне очевидно, что выбор именно Донецкого митрополита для присутствия на летней сессии Синода - решение не случайное. Кроме отмеченного уже упрочения связи с Москвой, это решение, очевидно, означает и определенную поддержку партии, блокировавшей накануне Поместного Собора нежелательные для Москвы инициативы Киева. Так что не только Блаженнейший митрополит Владимир и люди из его окружения (включенные в состав Комиссии по образованию Межсоборного присутствия) будут представлять УПЦ перед Московским патриархом. Такую возможность теперь получила и противостоящая им партия. Один из главных представителей украинского «церковного ГКЧП» будет участвовать в ближайших заседаниях Священного Синода в Москве.

В журналах Синода от 31 марта упомянут и еще один представитель Украинской Церкви. Это протоиерей А. Новиков. Он включен в состав Церковно-общественного совета по защите от алкогольной угрозы. Хотя это назначение вряд ли можно сравнить по знаковости с персональным составом Межсоборного присутствия или вызовом митрополита Илариона для участия в летней сессии Синода, все же и оно не может не обратить на себя внимания. Как сказано, 17 января 2009 года протоиерей А. Новиков активно выступил на стороне

«Новое руководство Московского Патриархата, скорее всего, будет проводить принцип частичной поддержки всех имеющихся в УПЦ партий с целью их максимального взаимного ослабления»

митрополитов Агафангела и Илариона. Теперь отец Андрей стал еще одним человеком, который будет представлять УПЦ в московских структурах. А это означает еще один бонус, врученный патриархом январским бунтовщикам.

Вывод напрашивается сам собой. Новое руководство Московского Патриархата, скорее всего, будет проводить принцип частичной поддержки всех имеющихся в УПЦ партий с целью их максимального взаимного ослабления. На этом фоне вполне возможно сужение автономии УПЦ и ее максимальная привязка к московскому центру. По сути это может означать начало постепенного урезания автономии УПЦ, то есть реализацию именно того плана, который озвучили в январе украинские церковные «ГКЧПисты». При том, что официального пересмотра положений грамоты 1991 года пока, все же, не предвидится.

Накануне патриарших выборов 2009 года Киевский митрополит Владимир, чью кандидатуру на Патриарший престол стремилась выдвинуть большая часть украинского епископата, отказался от этого выдвижения и призвал украинских епископов голосовать за митрополита Кирилла. Именно прямая поддержка со стороны митрополита Владимира стала существенным фактором победы митрополита Кирилла на патриарших выборах. Однако теперь новый глава Русской Церкви очевидным образом оказывает существенную поддержку фактическим противникам Предстоятеля Украинской Церкви...

Важную роль в выстраивании патриархом Кириллом отношений с УПЦ может сыграть и вопиющая слабость и раздробленность нынешнего украинского политикума. Еще совсем недавно складывалось впечатление, что Московскому патриарху нет сейчас смысла ехать в Украину, потому что в политической сфере здесь просто не с кем говорить. Однако после Синодальных решений 31 марта стало очевидно, что для такой сильной и стратегически мыслящей личности как патриарх Кирилл нынешняя украинская политическая ситуация может оказаться довольно выгодной. Именно сейчас, когда украинское государство вряд ли способно как-то влиять на церковные дела, новый глава Московского Патриархата может с максимальным успехом произвести переформатирование московско-киевских церковных отношений.

Судьба реформы

Итак, на Московском Патриаршем престоле отныне восседает сильный и самостоятельный иерарх, который намерен осуществить широкомасштабную церковную реформу. И делать это он будет планомерно и решительно.

Однако нельзя забывать об инертности российской церковной среды и ее последовательной сопротивляемости любым реформам. Потому заявленные новым патриархом реформаторские устремления еще не означают их немедленного воплощения в жизнь. К тому же все принятые решения коснулись почти исключительно центрального управленческого аппарата. А значит, периферия сможет пока спать спокойно.

Что ж, подождем, пока волна реформ выйдет за пределы Московской кольцевой дороги и столкнется с двумя извечными российскими проблемами, хорошо описанными двести лет назад известным украинско-российским литератором. Тогда и станет ясно, произойдет ли реальная «перестройка» Московского Патриархата.

Что же касается Украинской Церкви, то уже в ближайшее время мы, скорее всего, станем свидетелями повышенной активности церковных кругов как в Киеве, так и в Москве в связи с подготовкой визита в Украину патриарха Кирилла. Это сделает более осязаемыми контуры нового формата взаимоотношений двух церковных центров. Так что, поживем - увидим.

   











УВАГА! Публікації розділу "Моніторинг ЗМІ" не обов'язково збігаються з точкою зору редакції сайту "Православіє в Україні", а є відбиттям суспільних подій і думок з метою поліпшення взаєморозуміння та зв'язків між Церквою й суспільством. Статті подаються в редакції першоджерела.