УКР РУС  


 Головна > Публікації > Моніторинг ЗМІ  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 60 відвідувачів

Теги
забобони автокефалія іконопис церква і суспільство шляхи єднання милосердя 1020-річчя Хрещення Русі Церква і політика Мазепа комуністи та Церква Священний Синод УПЦ церква та політика Ющенко вибори Предстоятелі Помісних Церков Президент Віктор Ющенко церковна журналістика Києво-Печерська Лавра розкол в Україні УГКЦ УПЦ КП Митрополит Володимир (Сабодан) педагогіка Католицька Церква Церква і медицина Голодомор Церква і влада постать у Церкві Вселенський Патріархат секти конфлікти монастирі та храми України краєзнавство українська християнська культура Патріарх Алексій II Археологія та реставрація Приїзд Патріарха Кирила в Україну молодь діаспора Доброчинність






Рейтинг@Mail.ru






«Свободный репортер» (Луганск): Ударим аэропланом «Безбожник» по небесам. Было время, когда в Луганском горсовете топили…иконами



«Свободный репортер» (Луганск), Анна Маркевич, 2009

 

Донбасс вообще, и Луганск в частности — удивительный регион. Целых пять столетий здесь совсем не жили люди! Причин тому несколько, как  рациональных (набеги кочевников— от половцев до татар),  так и иррациональных (магнитная аномалия Донецкого кряжа, которая отрицательно влияет на психику). Именно поэтому, кстати, в нашем регионе не встретишь аутентичных икон, написанных ранее XVIII века. Впрочем, тема Дикого поля — спорная, а потому начнем наш рассказ о церквях, эдак с века восемнадцатого. Тем паче, что самому Луганску едва ли будет более 260 лет. 

Вместо церкви—  памятник Ленину

Основанное  сербами в XVIII в. Село Каменный Брод и построенный к 1796 г. литейно-пушечный завод стал новым домом для многих тысяч людей, большинство из которых были православного вероисповедания. Исповедовали православие также украинские и донские казаки, селившиеся в нашем крае с конца XVII века.

Первая церковь в Каменном Броде (и, следовательно, в Луганске) была построена в 1796 году. Вначале она была деревянной, позже ее перестроили в камне. По иронии судьбы она — единственная сохранилась до наших дней. Интересно, что первая улица нашего города называлась в честь нее Петропавловской и начиналась как раз от церкви  (сейчас это улица Артема). Кстати, на ул. Артема находится самый старый жилой дом в Луганске. Впервые он упоминается в документах 1812 г. До 1882 года Каменный Брод и поселок вокруг литейного завода были отдельными административными единицами. Потому в 1830 году в поселке Луганский завод построили Успенскую церковь, которая сгорела, и в 1840-е  была заново отстроена в камне. Ее посещали рабочие завода с семьями. И если первой улицей в Камброде была Петропавловская, то в поселке Луганский завод первой улицей стала ул. Английская. С церковью ее соединил обустроенный в начале XX века Успенский сквер. Впрочем, всего лишь через 30 лет церковь снесли, а в сквере установили памятник Ленину.

Механизм уничтожения

  Согласно Всероссийской переписи 1897 года население Луганска составляло 34 тысячи человек. Из них 70 % были православными, 20 % иудеями, 4% католиками, 4 % лютеранами, 2 % армяно-григорианами. 

В то время в городе было: 6 православных церквей, 3 синагоги, армяно-григорианский молитвенный дом, лютеранский молитвенный дом, римско-католический костел.  Этот храм находился в Натальевском переулке, и, к сожалению, не сохранился. Как же происходило насаждение атеизма именно в Луганске и как разрушали луганские храмы? Начнем, пожалуй, с самой главной церкви старого Луганска, храма Святого Николая Чудотворца.

Он был построен в 1841 году. Строили его сразу каменным. Купол и шпиль были позолоченные, а колокола — с большим добавлением серебра. Их звон был слышен даже в Станице Луганской. Свято-Никольская церковь была разрушена в 1935 г

В 1861 году было начато строительство еще одной православной церкви — Казанской,  единственной  в городе пятикупольной. Возводилась она на средства купцов и мещан.. Улица, на которой стояла эта церковь, стала называться Казанской (ныне, словно в насмешку над чувствами верующих, она носит имя иудея, ставшего основоположником атеистического коммунизма—К. Маркса).

В 1864 году в церкви было открыто богослужение. Первым священником, служившим в Казанской, был отец Иоанн Хрипко. А в 1910 году зазвонили в Казанской церкви колокола. Деньги на колокола пожертвовал почетный гражданин города Иван Пивоваров. Еще 500 руб. выделила городская Дума. С приходом новой безбожной власти начались гонения на церковь. И если в 1917-1918 годах власть милостиво разрешила верующим построить две новые церкви в Луганске — Вознесенскую и Троицкую, то очень скоро стало понятно: это лишь отсрочка «приговора». Вот краткая хроника разрушения храмов.

В 1935 г. Казанская церковь была взорвана. Но здание строилось на века — стены рухнули, а фундамент остался.  (Теперь планируют отстроить церковь вновь. Осенью  2007 г. место стройки освятил  митрополит Иоанникий, но  по прошествии более чем года можно констатировать: там даже конь не валялся.)

К Казанской церкви большевики подбирались долго. Для начала,  с ее куполов сняли кресты, а вместо них вывесили красные флаги. Потом церковь решили и вовсе  закрыть, а предлогом послужило следующее: «Религиозная община нарушила указания сантехкомиссии: не побелено сооружение собора, не покрашена церковная ограда, нарушена инструкция о порядке пользования религиозными сооружениями, в частности, в церковной сторожке проживает бывший богач Васнев».  На двери храма повесили замок, а вскоре и сам храм взлетел на воздух.

Процитированный документ эпохи предельно ясно иллюстрирует всю надуманность и цинизм  претензий советского режима к церквям, их общинам и, самое главное, имуществу. Всем было понятно, что процесс физической ликвидации материальной стороны религии, идущий по всей красной империи, не остановить. Механизм отличался лишь деталями.

В целом мы рассмотрели схему «убийства» церкви на примере Казанского собора. Она включала несколько этапов: агитация среди населения  за закрытие храмов (о том, как она велась, чуть ниже), пропаганда безбожия, надуманный предлог для закрытия храма, официальное  решение о закрытии, снятие крестов, колоколов, опись и конфискация имущества, особенно икон с золотыми и серебряными окладами (если, с точки зрения варваров, иконы не имели исторической ценности, ими отапливали помещения горсовета),  ну, и, собственно, разрушение — когда храмы взрывали либо разбирали по кирпичику. При более мягком сценарии — в храмах устраивали склады, или, вот, как в Петропавловской церкви Луганска — кинотеатр с красноречивым названием «Безбожник», в котором шли пропагандистские фильмы. Кстати, перед разрушением над Свято-Никольским храмом  еще и поиздевались: в нем проводились испытания авиационных моторов.

Предлоги для закрытия храмов варьировались. Так, Преображенскую церковь (год постройки — 1897) взорвали под видом работ по прокладке первой в городе трамвайной линии. Трамвай в Луганске пошел 1 мая 1934 года, а Преображенской церкви уже не было. Остался только ее «сосед» — Дворец культуры имени В.И.Ленина.

Наверное, нынешним коммунистам уже не стыдно, но их идейные предшественники  в Луганске тридцатых на полном серьезе планировали разместить в римско-католическом костеле сначала…клуб милиции, а потом и вовсе общежитие для студентов. Об этом свидетельствуют документы Госархива Луганской области. Замечу, кстати, что к 1930 году в Луганске были закрыты ВСЕ храмы имевшихся конфессий. К этому сроку, правда, не успели снять кресты с Преображенской и Петропавловской церквей. Однако эту «недоработку» быстро ликвидировали. В общем и целом, пока власти раздумывали, что сделать со зданиями закрытых церквей, их использовали как зернохранилища (1930 год).

«Мы наш, мы новый мир построим…»

При более «жестком» сценарии разрушения церквей и монастырей священников и монахов, не задумываясь, пускали «в расход». А чего уж там—разве не провозглашал «пролетарский поэт», что «единица—вздор, единица—ноль!» Вот и не церемонились. Причем, совершали эти преступления прежде всего коммунисты и комсомольцы. Сегодня этих «идейных» убийц  нынешние заправилы области, филипповы и голенки пытаются пропагандировать молодежи как пример для подражания.

Классический пример большевистского буйства в нашем регионе — зверское разрушение Святогорского монастыря в Донецкой области. В Луганске под сатанинский Молох большевизма попали Георгиевская (Малая Вергунка), Троицкая (Камброд), Воскресенская (Кладбищенская), Алексеевская (при тюрьме) церкви, а также другие культовые учреждения. До наших дней, кроме вышеупомянутой Петропавловской церкви, сохранилось лишь здание синагоги на пересечении улиц Т.Г.Шевченко и А.С.Шеремета (ныне —МЧС). К сожалению, по городу Луганску обнародовано очень мало архивной информации по этим вопросам. Есть о чем подумать и есть над чем поработать сотрудникам Госархива Луганской области и, возможно, сотрудникам архива СБУ.

При написании материала автор узнала много нового из работ луганчанина О.Форостюка. Например, что снятие крестов с церквей предпочитали проводить 6 ноября, аккурат к празднованию годовщины октябрьского переворота.

Удивительна также судьба епископа  Ворошиловградского и Донецкого Никона (Петина). Он проводил службы во многих церквях послевоенного города. Во  время больших праздников, в  храме, где  служил епископ Никон, количество верующих достигало нескольких тысяч человек. Именно при Никоне в Ворошиловграде была построена Николо-Преображенская церковь (1951 г.)

А ведь к тому времени владыка уже успел ощутить на себе всю «любовь» большевистской власти, его арестовали в 1932 г: «Коли я був в одній із тюрем, умови в ній були страхітними. У невеликій палаті знаходилася велика кількість людей – і політичні, і кримінальні. Було душно і сморідно, і повітря було наповнено базарною лайкою. Наступала Великодня ніч для цього пекла. Я сидів біля віконця з тихим сусідом. Ми почули неголосні жіночі співи. Співали заарештовані монахині. Я почав вимовляти слова молитви, а камера теж стала співати «Христос воскрес із мертвих». Ця ніч залишила у мене, та й у багатьох, глибоке враження».

  «Меди нет на провода— мы добудем ее на колокольнях!»

После гражданской войны медленно, но верно жизнь налаживалась. Снова в Луганске заработали заводы, школы, кинотеатры, организовывались рабфаки и ликбезы, выходили газеты. На щит поднималась агитация за атеизм в СМИ. Особенно в этом вопросе «старалась» «Луганская правда». Процитирую  статью из газеты от 29 марта 1921 года (газета хранится в Госархиве Луганской области; к сожалению, страница оторвана, часть текста отсутствует): « Из смрадной могилы прошлого, где лежал наглухо заколоченный гроб старого царско- помещичьего, поповского строя, начинают вылезать мертвецы и суеверия. Эти остатки прежней пакости не только продолжают ходить по улицам как обожравшиеся боровы, но вылазят из своих нор и принялись за старые пакости — за науку одурачивать трудящихся.

 Рабочим и крестьянам Луганского уезда необходимо расспросить рабочего Гартмановского завода Антона Штанько, бывшего председателя комиссии о  «святых» мощах. «В присутствии врачей, духовенства в Воронеже вскрывают мощи С.Радонежского или Тихона Задонского, точно не помню. Там нашли в  «нетленных» мощах тряпки, вату, опилки, женские шпильки, лифчик, чулки и прочая. Вот что целовали одураченные верующие». Оцените «штиль» журналиста «от сохи»: по воспоминаниям известного журналиста Ю.Жукова, в редакции «Луганки» работали разные люди, в том числе вчерашние безграмотные (см. Ю.Жуков «Люди 30-х годов», М., 1966 г.)

Следующие пассажи цитирую по этой книге, так как не все номера «Луганской правды» сохранились в архиве: «1929 год. Еще недавно против горсовета назойливо раздражала взоры вывеска «Управление местного Святейшего Синода» над небольшим домишком, куда входили люди в рясах, писавшие витиеватые послания к пастве. Вихрь лет и удары кирок сменили этот островок фанатизма, очистив место для громадного трехэтажного дома жилищной кооперации «Рабочий быт».

Я уже умолчу о лозунгах вроде: «Выбирай—  колокола или телефон и радио? Меди нет на провода— мы добудем ее на колокольнях!» И добыли. Причем, бесплатно, и в таком количестве, что голова идет кругом. С одной только Преображенской церкви собрали 2350 кг колокольной меди, 360 кг латуни, 39 кг бронзы, 230 кг железа. А ведь были и другие храмы.   

Ударим аэропланом «Безбожник»    по небесам….   

Как же еще проводили «работу» среди населения активисты-безбожники? Свет на это проливает и брошюрка, хранящаяся в отделе редкой книги библиотеки имени Горького под названием «З материалів 1-го округового з’їзду безвірників. 2-5 липня 1929 р.» В ход шло все: агитация, угрозы увольнения с работы (если человек вдруг отказывался ставить свою подпись под требованием закрыть церковь), обходы домов, работа с пионерами, обработка отдельно детей и родителей, мужей и жен…Священников обвиняли во всех «грехах»:  срыве хлебозаготовок, противодействии предвыборной кампании, антисанитарии (сюда зачислялось не только целование икон и крестов, но и даже … окропление святой водой!)

 Верующих (особенно  прихожан Украинской Автокефальной Православной Церкви) брали на учет в соответствующих органах. Доставалось и луганским мусульманам.   А в пункте №6 упомянутой брошюры почему-то значилось: «Доручити окрраді проробити питання практичної участі в боротьбі з антисемітизмом». И это на фоне закрытия церквей и синагог.

 Как и нацисты, большевики использовали все средства пропаганды —газеты, кино, радио…  Антирелигиозная пропаганда велась даже на курсах кройки и шитья! Запрещали людям принимать у себя в доме священников. Заставляли выписывать журнал «Безбожник». В каждой школе организовывали «кружки безбожников», выпускали соответствующие стенгазеты. Ставку делали, прежде всего, на детей, а еще конкретнее — на пионеров.  В 1935 году весь Луганск был обклеен атеистическими листовками. В них сообщались такие «новости»: «религия — это кнут в руках угнетателей для порабощения рабочих, орудие контрреволюции».

В 1930 г. в нашем регионе собирали деньги на постройку аэроплана «Безбожник». Увы, автор не  в курсе, чем завершилось это дело.

Предлагалось продвигать гражданские похороны вместо панихид, «красные» свадьбы вместо венчаний, «октябрины» вместо крестин. Каждый год во время Пасхи обязательно устраивались «воскресники», дети посещали школы, участвовали в глумливых антипасхальных парадах и шествиях.

Врагами воинствующих атеистов в нашем регионе были не только священники, но и казаки, которые крепко держались за свою веру и обычаи.

В 1928 г., если верить официальной статистике, количество верующих в Луганском уезде составляло 63 596 человек. К 1929 г. оно якобы уменьшилось до 58 406 человек. В общем и целом, с разрушением церквей истинно верующие вынуждены были молиться дома. Примечательно, что в 1935 г. Совет воинствующих безбожников собрал 50000 подписей за закрытие Казанской, Воскресенской церквей и синагоги.

Церковь в период оккупации

В Луганске за 7 месяцев оккупации (лето 1942 г — зима 1943 г.) было открыто 4 православных молельных дома. В некоторых количество прихожан было более 200 человек. 19 августа 1942 г. в центре города духовенство отслужило молебен, на котором присутствовало, если верить местной прессе, свыше 7 тысяч человек. 

В сентябре 1942 г. в помещении бывшего торгового техникума (ул. Садовая, 68) начались богослужения в храме Казанской Божьей Матери. Службы проводил о. Леонтий (Яржемский).

 В городе выходила газета «Нове життя», в которой публиковались сообщения о службах в церквях. Их  составлял священник по фамилии Анпилогов. В Камброде шли службы в старейшей Петропавловской церкви. Настоятелем храма стал о. Иосиф (Сухошин-Сухомлинов).

 В центре города верующие могли молиться в Николаевской (ул. Шевченко, 30). Интересным кажется автору тот факт, что зданием для этого молельного дома стало … здание бывшей синагоги. Службу вели о. Исидор (Дереза) и о. Константин (Анпилогов). После того, как в феврале 1943 г. Луганск заняли большевики, Анпилогова арестовали по обвинению в сотрудничестве с немецкими спецслужбами. Арестовали и осудили на 5 лет также священника по фамилии Алексюк. Во время оккупации он служил в храме в Большой Вергунке. Обвинения были стандартными: пособничал немцам, в проповедях рассказывал о быстрой победе немцев над СССР. Реабилитирован в 1990-е годы.

Тема «Церковь в период немецкой оккупации» слабо разработана в историографии. Интересующимся советую обратиться к книге  историка Гироаки Куромия  «Свобода и терор у Донбасі»: «Багато священиків, які раніше були в підпіллі, повернулися до своїх колишніх парафій. Люди заповнювали церкви. Багато священиків роками працювали у шахтах. Деякі з них втягнулися в заохочувану німцями антирадянську кампанію».

Ну, а из Второй мировой войны Православная Церковь вышла преображенной. И трудно сказать, что к лучшему. В любом случае, автор искренне надеется, что при ее жизни гонений на церковь не будет, и мы не увидим вновь на улицах Луганска сломанные кресты. 

 

 

   











УВАГА! Публікації розділу "Моніторинг ЗМІ" не обов'язково збігаються з точкою зору редакції сайту "Православіє в Україні", а є відбиттям суспільних подій і думок з метою поліпшення взаєморозуміння та зв'язків між Церквою й суспільством. Статті подаються в редакції першоджерела.