УКР РУС  


 Головна > Публікації > Моніторинг ЗМІ  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 66 відвідувачів

Теги
церква та політика церковна журналістика секти монастирі та храми України Католицька Церква конфлікти УПЦ КП Києво-Печерська Лавра Церква і медицина Церква і влада УГКЦ діаспора Митрополит Володимир (Сабодан) вибори Вселенський Патріархат шляхи єднання краєзнавство молодь комуністи та Церква милосердя церква і суспільство педагогіка Приїзд Патріарха Кирила в Україну забобони українська християнська культура автокефалія постать у Церкві Мазепа 1020-річчя Хрещення Русі Священний Синод УПЦ Археологія та реставрація Президент Віктор Ющенко Патріарх Алексій II іконопис Ющенко Церква і політика Голодомор розкол в Україні Предстоятелі Помісних Церков Доброчинність






Рейтинг@Mail.ru






«Бизнес» (Украина): Крепостное право



«Бизнес» (Украина), 22.10.08

 

Сенсационные находки слобожанских археологов скоро поставят точку в спорах о возрасте Харькова и Чугуева и месторасположении легендарного города Шарукань. А всего-то и надо было, что провести раскопки на месте фортификационных сооружений вдоль Изюмской оборонительной линии

 

 “В диком поле над рекою”
    Первой на южных границах с крымскими землями появилась Цареборисовская крепость (сегодня с.Червоный Оскол, Харьковская обл.). Построена она была в 1598 г. — почти за 30 лет до появления других укреплений — по приказу Бориса Годунова на правом, высоком берегу Оскола, защищенном крутой горой с одной стороны и оврагом с другой. В то время крепость была единственным русским форпостом, выдвинутым глубоко в степь (граница государства проходила по линии Белгород — Курск — Воронеж). “…Борис положил построить город в свое имя в защиту со стороны Крымской. Послав окольничего Богдана Бельского и Семена Альферова, он приказал поспешить с построением города; с ними послано много ратных людей, а иным из казаков и стрельцов приказано остаться там на житье. Богдан Яковлевич… построил башню и немалую часть города с большою крепостью; по тому примеру приказал потом работникам строить и остальное. Скоро город отстроен, укреплен и населен разными жителями. Во время постройки города кормил и поил он всех ратных на свой счет; иным давал он деньги, другим одежду и вообще снабжал всем нужным”, — запишут в 1627 г. составители “Книги Большому Чертежу”, первого полного свода географических и этнографических данных о России и близлежащих территориях. Первыми поселенцами “украинного” городища стали служилые люди из Каширы, Тулы, Рязани, получившие от царя в пользование наделы земли и покосы. Но через пять лет после основания крепость была сожжена, а восстановлена лишь в первой трети XVII в., когда началось освоение степей Дикого поля и граница государства сдвинулась южнее. Борисов (как называли крепость в те годы) считался одним из самых опасных мест службы, казаки просили как милость Божью “увольнения от содержания стражи” здесь. Письменные источники зафиксировали многочисленные набеги татар, которые каждый год уводили в степь не одну сотню посадских людей, скотину. Но не только постоянная опасность от близкого соседства со степняками отпугивала казаков. В Борисове была карантинная зона для всех приезжающих с юга. Купцы и послы подвергались санитарной обработке против чумы. Огню предавались даже подлинники документов.

    В середине XVII в. Москва начала активно привлекать к охране своих границ украинское казачество. Вольнонаемным служащим было разрешено занимать пустующие земли, содержать на откупе таможни перевозы, предоставляла им Московия и право на самоуправление и возможность торговать без пошлины. А уже к концу первой русско-турецкой войны (1676-1681 гг.) южные границы Московского государства пересекла система земляных укреплений и засек с опорными сторожевыми пунктами и укрепленными городами-крепостями в местах наиболее частых вторжений татар: Чугуев, Валки, Змиев, Харьков, Ахтырка, Богодухов, Изюм и др. Все вместе это получило название Изюмской оборонительной линии. Ее строительство закончилось в 1690 г. Она протянулась на 800 км вдоль реки Оскол от крепости Усерда до реки Коломак. Стратегическое значение Изюмская линия утратила в начале XVIII в., когда на 40 км южнее началось строительство Украинской оборонительной линии. Впрочем, некоторые историки склонны рассматривать эти заграждения не как способ защиты от татар, а как плацдармы для наступательных боевых действий против них.
    Что касается Цареборисовской крепости, то в конце XVII в., в связи с выдвижением границы московского государства на юг, она утратила свое оборонное значение и постепенно пришла в упадок. Но поскольку она не была разорена и обветшала естественным путем, сегодня раскопки на ее территории дают богатейший материал для исследований. “Эта крепость — единственная из всех фортификационных сооружений Изюмской оборонительной линии подлежит полной реставрации, — рассказывает Ирина Голубева, старший научный сотрудник Слобожанской археологической службы, которая вот уже пятый год ведет раскопки на этом участке. — Если кто-то решит восстановить крепость в первозданном виде и сделать из нее туристический объект, это идеальный вариант.” В прошлом году в городище археологи нашли производственный комплекс по выплавке железа и свинца, а также жилище XVI в. с богатым пищевым материалом. В этом году коллекция исследователей пополнилась большим количеством дорогой керамики с зеленой поливой, московскими и западноевропейскими монетами. “Мы исследовали детинец, наиболее укрепленную часть в эпицентре мыса. Здесь проживала войсковая старшина, отсюда и дорогая посуда, и серебряные монеты. Теперь переходим к изучению посада — примыкающего к крепости участка, обнесенного валом”, — продолжает г-жа Голубева. Археологи торопятся: из-за эрозии почвы, усилившейся в ходе сельскохозяйственных работ, которые ведутся прямо на посаде, уже обвалились три крепостные стены. К тому же недавние сенсационные находки спровоцировали интерес к крепости черных археологов. И что не успело стереть время, сегодня с катастрофической скоростью исчезает в их руках. “Памятники казачьего периода долгое время не считались предметом интереса археологии, — отмечает Ирина Голубева. — Их изучали по письменным источникам. Но, как показывают раскопки именно Цареборисовской крепости, археология заставляет по-другому читать письменные источники. Согласно записям, крепость развивалась непрерывно. На деле же выяснилось, что верны лишь сведения о дате ее основания и некоторых событиях”. Оказалось, что в ее истории было два периода: первые пять лет после основания, затем крепость полвека пустовала, о чем свидетельствует ряд стерильных прослоек в комплексе, и вторая половина XVII в.

На поиски исчезнувшего города
    А еще есть города, из которых время от времени “уходит” жизнь. Чугуев в Харьковской области — из их числа. До недавнего времени считалось, что город основали казаки под предводительством Якова Острянина в 1638 г. Около 300 казаков с женами и детьми после поражения восстания против Речи Посполитой вынуждены были искать убежища в России (история этого бунта легла в основу повести Н.Гоголя “Тарас Бульба”. — Ред.). И в этом году чугуевцы отметили 370-летие города. Но находки археологической экспедиции, возможно, перевернут всю историю Чугуева. Работая на раскопках крепости XVII в., археологи наткнулись на остатки городища, датируемые VIII-X вв. Ученым удалось выяснить, что еще тысячу лет назад в районе современного Чугуева был крупный город-крепость, заложенный аланами, представителями древней Салтовской культуры. Аланы прятались за каменными стенами крепости, когда с левого берега Северского Донца приближались кочевые племена. И хоть сами аланы были искусными воинами (даже их женщины прекрасно владели оружием) и входили в войско Хазарского каганата, они предпочитали не вступать в бой с кочевниками, превосходившими их если не умением, так числом. Есть версия, что аланы пришли на берега Донца с Северного Кавказа, куда потом и вернулись. Осетины — прямые потомки этого племени. Сегодня в украинских степях находят остатки керамики, предметы быта, украшения, чрезвычайно похожие на современные изделия жителей Северного Кавказа. Так, у осетин до сих пор в быту используется надочажная цепь для казана. Она передается по материнской линии и считается священным предметом. Если кровный враг пришел в дом и сумел прикоснуться к цепи, он фактическим становился родственником хозяина дома. Такая же точно цепь, украшенная головой тура, была недавно найдена в Чугуеве и передана в краеведческий отдел Чугуевского художественно-мемориального музея им.И.Репина. Датируется находка приблизительно началом ХІ в. Приблизительно в это время аланы покинули долину Северского Донца. Что их вынудило это сделать, археологи пока ответить не готовы. “Боев на этой территории не зафиксировано, оружия в земле не найдено. Люди свалили битую посуду в очаг, бросили свои землянки и ушли. Возможно, их вытеснили дикие кочевники после ослабления Хазарского каганата”, — предполагает Людмила Шевченко, заместитель директора по научной работе Чугуевского музея. Позже эти земли не раз становились свидетелями походов русских дружин на юг. В пяти километрах от Чугуева, в пос.Кочеток, была найдена уникальная реликвия — донышко горшка с нанесенным двузубом — княжеским клеймом Рюриковичей. Находка с тамгой князя Мстислава, сына Владимира Мономаха, стала первым материальным подтверждением известного по летописям похода Мономаха с сыновьями против половцев в 1111 г. Во время похода русская дружина некоторые половецкие поселения сравняла с землей, другие же пощадила. Среди последних упоминается некий город Шарукань — центральная ставка половецкого хана Шарукана, деда Кончака. Жители города встретили агрессоров с вином и рыбой и так спаслись от разорения. Но уже в следующем столетии Шарукань исчезла с лица земли. Почему это произошло и, главное, что осталось от некогда главного города половецких земель? “До сих пор историки спорят, какой современный город вырос на месте Шарукани. Право называться преемником ставки хана примеряют на себя и Харьков, и Змиев, и Чугуев. Тем более что поселение, обозначенное в Ипатьевской летописи как Шарукань, в Лаврентьевской называется Шешуевым. Правда, очень похоже на Чугуев?” — с улыбкой напоминает г-жа Шевченко. В Х-ХІІ вв. обширная территория от Дуная до западных склонов Тянь-Шаня была известна как половецкая степь (Дешт-и-Кыпчак), заселенная кипчаками, или половцами. У кипчаков, не имевших собственного государства, не было и централизованного градостроительства. Места их зимних стоянок назывались стойбищами и располагались в центре территории, занимаемой объединенными племенами, — домена. Скорее всего, в Ипатьевской летописи при описании взятия русскими войсками Шарукани, Сугрова и Балина речь идет именно о разгроме огромных стойбищ. Из летописи нам известно, что русские войска двинулись на Шарукань от Северского Донца. Но вот в каком направлении, непонятно. Идеальный участок для расположения половецкого домена находится между современными поселками Шишковка и Ленинка (Шевченковский р-н Харьковской обл.), в междуречье Северского Донца и Оскола. По центру безлесного участка с небольшим перепадом высот, что отвечает условиям “градостроительства” кочевников, протекает небольшая речка Великий Бурлук, в излучине которой образовалась защищенная от ветра долина — идеальное место для стойбища. Сегодня археологи то и дело натыкаются на этой территории на курганы-некрополи — еще одну характерную примету местораположения поселений половцев. Известный украинский историк Дмитрий Багалей в “Истории города Харькова” предположил, что Шарукань могла находиться между Харьковом и Чугуевым. Топографические особенности участка свидетельствуют в пользу этой версии. Ограниченная реками Харьков, Уды, Донец и Топлинка территория с одной стороны была защищена труднопроходимыми лесными массивами. Незаболоченные участки вдоль рек могли использоваться для выпаса скота. Между поселками Рогань и Зеленый Колодезь найдены многочисленные курганы. Согласно еще одной версии, город Шарукань находился ближе к реке Дон, месту дислокации кипчаков после того, как с Донца их вытеснили руссы.
    Через 500 с лишним лет после ухода аланов отряд Якова Острянина на фундаменте старой крепости Чугуева заложил новый острог по московскому типовому плану. В помощь казакам из Москвы были присланы стрельцы с воеводой, на которого была возложена задача руководить строительством крепости. Так как близилась зима, решили жилые дома не возводить, а ограничиться землянками. “Одну такую мы вскрыли, — говорит Людмила Шевченко. — Обычная яма с местом для сна, очагом и дыркой в потолке. К ней приставляли наклонное бревно с насечками, которое служило лестницей.” Все крепостные постройки были деревянными, обмазанными внизу глиной, чтобы препятствовать гниению. По периметру крепость была обнесена острыми дубовыми кольями и ограждена высоким валом. Шесть сторожевых башен возвышались над степью. “Наши археологи вели раскопки как раз угловой башни. Под ее венцом они нашли человеческую закладную жертву — это была девочка 7-8 лет. Казалось бы, XVII в., казаки, православные. И пожалуйста — языческие традиции. В средневековье, особенно на Западе, было принято начинать строительство укреплений с человеческой жертвы — чаще всего ребенка, отсюда и название “детинец”. Считалось, что если в основание первой башни положить жертву, враги эту крепость взять не смогут”, — рассказывает г-жа Шевченко. Случайность это или нет, но крепость в Чугуеве ни разу не была взята врагами. Ее упадку “способствовали” внутренние противоречия. Как татары, так и поляки очень хотели избавиться от мощного укрепления на южной границе Московского государства. И в крепость неоднократно подбрасывали подметные письма против воеводы, инициировали мятежные настроения. 26 апреля 1641 г. вспыхнул бунт, казаки убили Острянина и ушли вместе с семьями на Полтавщину. Покинутое укрепление по приказу царя Михаила Федоровича (Романова) было заселено служилыми людьми из других городов и слобод, детьми боярских стрельцов, беглыми, укрывавшимися от суда. Несмотря на такое сословное многообразие (соседи называли жителей Чугуева “сведенцами”), горожане отличались терпимостью и к вероисповеданию, и к национальности. “Например, в 1712 г. был закрыт православный мужской монастырь, укрывавший раскольников. В свое время здесь была очень большая старообрядческая община. Даже брат знаменитой боярыни Морозовой Алексей Соковнин был сослан в Чугуев из Москвы”, — рассказывает Людмила Шевченко. Когда крепость перестала выполнять свою функцию, ее разобрали, а дерево использовали для других построек. Сегодня от мощного фортификационного сооружения не осталось ничего. Найденные во время раскопок фрагменты посуды не в счет. Правда, неплохо сохранившийся фундамент укрепления позволяет почти полностью реконструировать некогда мощный форпост. Вот только денег на такие масштабные работы у музея, еще до этого года числившегося на балансе города, нет. Средств хватает только на содержание малочисленных экспедиций харьковских студентов, с энтузиазмом копающихся в древней земле.

Сколько лет Харькову?
    К середине XVII в. южная граница Московского государства сдвинулась еще дальше на юг. Укреплять рубежи из Москвы были посланы большие отряды поселенцев. Один такой отряд пришел к чугуевскому воеводе Григорию Спешневу с просьбой указать, где ему встать. Воевода снабдил пришедших четкими инструкциями и дал им чертеж, по которому в нескольких километрах севернее Чугуева казаки начали строительство нового форпоста — полкового города. Эта крепость возводилась по всем правилам тогдашней фортификации: она имела форму прямоугольника с 10 оборонительными башнями с дозорными надстройками, в деревянных стенах были внутренние помещения и бойницы. Главными со­оружениями внутри крепости стали приказная изба, Успенская церковь, государев двор, пороховой погреб и жилые дома. С юго-восточной стороны крепости сформировался посад. “Если сравнивать с современной территорией, то крепость ограничивается улицами Розы Люксембург, Клочковской, площадью Конституции и Бурсацким спуском. Интересно, что эти улицы центра Харькова оказались на месте валов и рвов крепости. Там, где стояли башни, сегодня самые широкие участки”, — рассказывает Ирина Голубева. Вплоть до начала этого года датой основания Харькова считался 1654 г. Как уже было сказано, изучение казачьих поселений было прерогативой истории, опиравшейся в основном на письменные источники того периода. Первое упоминание о харьковских черкасах (казаках) датируется как раз 1654 г. Как ни странно, за последние 100 лет в Харькове не работала ни одна археологическая экспедиция. А все отчеты о раскопках, которые велись в начале прошлого века в центре города, исчезли во время Второй мировой войны.
    И вот наконец в этом году начались археологические раскопки, которые стали сенсационными. Оказывается, крепость XVII в. была построена на остатках… города. По словам Ирины Голубевой, ее служба получила заказ на археологическую экспертизу участка, находящегося на одной из центральных улиц города, где планируется строительство офисного центра. В ходе работ археологи вскрыли культурный слой XVII в., который не был разрушен ни коммуникациями, ни современными постройками. Были найдены целые хозяйственные комплексы с монетами времен Петра І, богатейшей керамикой. Но каково же было удивление специалистов, когда среди черепков им попался образец, по возрасту явно старший, чем все найденные ранее. Когда же из земли были извлечены второй, третий артефакты, ученым стало понятно, что они наткнулись на культурный слой XIII-XIV вв. “Стратиграфически этот слой выделяется мощным супеском, в котором как раз сохраняются фрагменты керамики и кости животных. Этот слой минимум дважды подвергался уничтожению — сначала казаками, построившими на месте поселения крепость, а потом и нашими современниками. Поэтому находок того периода гораздо меньше, чем артефактов XVII века”, — сетует г-жа Голубева. Она пока не берется утверждать, что найденное поселение — именно крепость, так как никаких оборонительных сооружений не вскрыто. Косвенно топография расположения поселения указывает на то, что оно, скорее всего, было укрепленным: городище располагалось на правом высоком берегу в месте слияния двух рек, что свидетельствует о попытках людей укрыться от нападений. Кто это был, имели ли эти поселенцы отношение к Салтовской культуре, ушли сами или были уничтожены — пока у специалистов вопросов больше, чем ответов. Ирина Голубева предупреждает об ошибочности скорых выводов: “Наши находки уже окрестили найденной легендарной Шаруканью. Но из письменных источников известно, что в Шарукани русские князья побывали в 1111 г. А найденные нами материалы относятся к XIII-XIV вв., ничего более древнего мы не нашли. Раскоп доведен до материка, поэтому ниже никаких культурных напластований быть просто не может”. К тому же одна из находок явно не славянского происхождения. В центре одной из хозяйственных ям был обнаружен череп ребенка с монголоидными чертами, по бокам от него лежали два черепа волка и один скелет козы, сложенный в анатомическом порядке. Больше похоже на языческое капище, где справлялся культовый обряд. “Мы будем искать аналогии, смотреть, откуда какие формы керамики пришли. Отдельного осмысления требует комплекс с жертвоприношениями. Но этого материала недостаточно для окончательных выводов о населении, которое здесь жило 800 лет назад. Вполне возможно, что это были кочевники. Так что об удревнении Харькова я бы пока не говорила”, — завершает беседу Ирина Голубева.
    На историю развития городов у специалистов есть два взгляда. Первый предлагает считать возраст города с момента появления первого поселения, не учитывая хронологические разрывы. Отечественная историография отдает предпочтение второй точке зрения — датой основания города считать то время, с которого начинается постоянное проживание людей на его территории. Пока для Харькова это 1654 г. Последнее слово — за археологами.

 

   











УВАГА! Публікації розділу "Моніторинг ЗМІ" не обов'язково збігаються з точкою зору редакції сайту "Православіє в Україні", а є відбиттям суспільних подій і думок з метою поліпшення взаєморозуміння та зв'язків між Церквою й суспільством. Статті подаються в редакції першоджерела.