УКР РУС  


 Головна > Публікації > Моніторинг ЗМІ  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 40 відвідувачів

Теги
українська християнська культура монастирі та храми України краєзнавство педагогіка церква та політика секти Католицька Церква Священний Синод УПЦ розкол в Україні Митрополит Володимир (Сабодан) церква і суспільство церковна журналістика автокефалія Доброчинність Церква і влада Голодомор Церква і політика Президент Віктор Ющенко УПЦ КП діаспора іконопис Ющенко Археологія та реставрація шляхи єднання Церква і медицина милосердя молодь Патріарх Алексій II Вселенський Патріархат конфлікти комуністи та Церква УГКЦ Мазепа Приїзд Патріарха Кирила в Україну забобони постать у Церкві вибори Києво-Печерська Лавра Предстоятелі Помісних Церков 1020-річчя Хрещення Русі






Рейтинг@Mail.ru






«Релігія в Україні»: "Всегда нужно быть честными. Прежде всего, перед собой" Интервью главного раввина Киева и Украины Якова Дов Блайха



«Релігія в Україні», Алла Дмитрук, 02.11.09

Биографическая справка:

Ребе Яков Дов Блайх родился 19 октября 1964 года в Нью-Йорке. Он получил еврейское воспитание и образование, учился в иешивах Чикаго, Кливленда, Израиля и Нью-Йорка. Ребе Блайх женат, отец семерых детей.
В январе 1990 года Ребе Яков Дов Блайх приехал в Украину, чтобы способствовать возрождению там еврейской религиозной жизни и образования. Он приложил огромные усилия с целью восстановления системы еврейского образования и социального обеспечения. Ребе Блайх является основателем многих еврейских образовательных учреждений, например, еврейской гимназии-интерната №299, еврейского детского сада, лагеря «Шува», иешивы и махон “Орах Хаим”, центра еврейского образования для взрослых «Мидраша Ционит» и международного лагеря для американских студентов «Орах Хаим». В 1997 году Президент Израиля вручил Ребе Блайху Международную награду Иерусалима за выдающийся вклад в развитие еврейского образования в Диаспоре.
В 1992 году Ребе Яков Дов Блайх основал Объединение иудейских религиозных организаций Украины и в настоящее время является его президентом. В 1999 году он стал одним из учредителей Еврейской конфедерации Украины. 

 

О межэтнических и государственно -церковных отношениях в Украине

Вопрос: Как Вы оцениваете состояние межэтнических отношений в нашей стране? Нуждаются ли они в улучшении, если да, то каким образом?

Ответ: В целом, несмотря на то, что происходит в странах дальнего и ближнего зарубежья, состояние межэтнических отношений в Украине я расцениваю как хорошее. У нас много разных религиозных движений, течений, даже и внутри православия. Нет пока того единства, к которому, наверное, мы все стремимся. Но зато есть Всеукраинский совет Церквей и религиозных организаций, за «круглым столом» которого всегда можно собраться, чтобы найти общий язык. Ведь самое главное, что есть возможность обсуждать наболевшие проблемы и вопросы.

 По-моему, межэтнические отношения в Украине сейчас лучше, чем были, к примеру, 20 лет назад, и еще улучшаются. Тогда, в СССР это было проблемой. Власти создавали эти проблемные вопросы, забирая здания, имущество, принадлежащие религиозным общинам. Или вот, к примеру, в подвале синагоги было решено устроить протестантскую кирху. Разве это нормально? Это, скорее, провокация. Сейчас такого нет, потому что украинское общество оздоравливается, привыкает к толерантности.

В. А как же эти инциденты, о которых пишет пресса, с нанесением краски на стенах синагог. Вспомним хотя бы позавчерашний случай (запись от 22 сентября 2009 г. - А.Д.) в Кременчуге, где подростки облили коричневой краской синагогу? Как Вы оцениваете это?

О. Это хулиганство, не системная государственная политика, а стихийное буйство детей.

В. Говоря о политике, какие, по-Вашему, перспективы деятельности у Всеукраинского совета Церквей и РО с учетом приближающихся президентских выборов?

О. Эта организация существует уже много лет, она независимая, поэтому политические лидеры не могут влиять на нас или же оказывать давление. В ней представлены разные организации, определенное количество людей, каждый из которых имеет собственное мнение. Сейчас такая ситуация, чтобы вызвали нас и сказали, вот голосуйте так или этак, просто невозможна. Ведь сейчас иная обстановка в социуме, люди привыкли, что они имеют разные возможности и могут сделать любой, оправданный для себя, выбор.  Поэтому оказывать государству давление на социум, на священнослужителей почти невозможно.

В. Какие в поле государственно-церковных отношений Вы можете назвать узкие места, вроде вопроса, касающегося передачи культовых сооружений религиозным общинам. Как он, кстати, продвигается?

О. Что касается последнего, я скажу так. Решение его не только не продвигается, оно еще, по сути не начиналось. Есть соответствующие нормативно-правовые документы, но вопрос пробуксовывает.

В. Но ведь перед каждыми выборами эта тема вновь на слуху?

О. Ну, мы же не дети, мы знаем цену предвыборным обещаниям. Что бы ни обещали, какими бы посулами ни сыпали, все это не воплотится, пока не будет принят профильный закон, подчеркну, именно закон, о возврате культовых сооружений. Справедливости ради отмечу, что виновато в затягивании принятия такого закона не только государство, но и религиозные организации. Потому что есть определенные спорные моменты, которые не удается убрать.

В. А Вы пробовали это сделать?

О. Да. Но это очень тяжело. Например, есть проблемы между УПЦ московского и УПЦ Киевского патриархатов. И вот если Церковь получит статус юридического лица, приобретя возможность централизованного управления имуществом, то эти проблемы усугубятся. Ведь тогда община, переходя в другую юрисдикцию, не сожжет забрать с собой культовое здание. И это будет камнем преткновения. ведь имущественные споры всегда, во все времена, решить нелегко.

В. Вы говорите об имущественных спорах в православных Церквах, а есть ли такого рода споры между украинскими сторонниками разных течений в иудаизме?

О. У нас синагоги принадлежат непосредственно общине, и она решает, кому подчиняться. У нас тут нет жесткой властной вертикали в отличие от традиционного христианства.

В.  Но если одна община может принадлежать к нескольким течениям, то кто же реально ею управляет?

О. Ею управляют местные лидеры. Местный раввин,  совет общины

В. В таком случае, кому же отчитываются эти лидеры?

О. Они отчитываются пред местными, прихожанами. Функция центра в иудаизме состоит в том, чтобы помочь местным общинам, а не требовать отчета. Конечно, если я буду предоставлять местной общине какую-то финансовую помощь то могу попросить отчитаться. А во внутренние дела не встреваю.

 

О "московских штучках" и переписывании истории

В. В одном из СМИ была информация о том, что Вы возглавляете Межрелигиозный совет СНГ. Каковы функции этого органа и перспективы его деятельности?

О. Нет-нет. Никакие согласительные или консультативные органы СНГ я не возглавляю, потому что низко оцениваю их эффективность. Впрочем, как и всё, что могут предложить россияне на постсоветском пространстве. Я не доверяю всяким «московским» штучкам и в них не участвую. Многолетний опыт свидетельствует о том, что в любой из подобных организация Москва постарается подмять под себя все. Поэтому какой смысл? Кроме того, разве мало Украине Московского патриархата на ее территории? По-моему, мы вполне ощущаем присутствие московского фактора в христианстве.

В. Как вы думаете, Москва отпустит украинскую православную Церковь?

О. Мне кажется, это будет очень тяжело. Вспомните, ведь и свою автокефалию Москва выбивала очень долго и непросто.
Да, по каноническому праву православному каждая территория имеет свою церковь. С другой стороны, есть надтерриториальные – вселенские патриархаты. Но в случае с УПЦ МП всем вовлеченным сторонам все равно придется как-то договариваться, потому что удерживать Церковь в своей сфере влияния силой – это все равно, что сохранять страну-сателлит, которая устала от власти метрополии и всеми силами стремится вырваться. Вот эта нерешенность создает проблему. Мне кажется, что надо договариваться, чтобы в Украине была своя автокефальная Церковь. Потому что в отдельном государстве должна быть отдельная Церковь. Состоится ли это в период президентских полномочий В.Ющенко? Скорее всего, нет. Это будет уже при следующем президенте.
А почему вообще эта ситуация имеет место? Потому что Россия хочет построить империю. Когда россияне говорят об империи, мне трудно понять, что же они имеют в виду, и как может Украина относиться к чьей-то сфере влияния? Ведь это же независимая суверенная держава! 

В. Российские власти обвиняет Украину в переписывании истории. В частности, речь идет о том, что в украинских учебниках нет упоминания о Великой отечественной войне, а говорится лишь о Второй мировой…

Ребе: Ну, это правильно!

В. А как Вы относитесь к попыткам переоценить роль бойцов УПА, их место в истории, к трактованиям и  оценкам Голодомора?

О. Хочу, чтобы вы поняли: если бы 50 лет назад историю записали правильно, то сейчас вовсе не было бы споров. В США, и вообще в Америке нет таких споров,  а тут, в России и Украине есть. Они есть потому, что существует «коммунистическая» проблема. Ведь коммунисты писали ту историю, которая им удобна. И если сейчас государство будет продолжать в том же духе, то есть писать историю так, как нам удобно, то это ни к чему хорошему не приведет. Мы должны руководствовать иными мотивами: не писать, как мне удобно, а называть вещи своими именами. Нельзя приспосабливать историю для своих сиюминутных нужд. Я всегда удивляюсь, почему нельзя перечислить просто факты. Вот, к примеру, в России до сих пор  не могут определиться – Сталин плохой или хороший.
Второе. Если мы эти околоисторические дебаты перевели в общественную плоскость, это еще не означает, что мы докопались до правды. Правду могут отстоять те историки, которые действительно независимы, готовы воспринять истинное положение дел.  Ведь проблема не вт в том, как назвать войну. Что было Отечество тогда, 70 лет назад, и что означает Отечество сейчас? Россия? Но военные действия, фронты больше касались территории Украины и даже Польши, чем России. Так что не в названии дело. Суть в том, что является ядром действия.  Вот Сталин. Ведь он – страшный человек, он убийца, организовывал массовые репрессии, расстрелы и геноцид. Он убивал всех противников, кроме того, он был болен. Это факт. А нам говорят, что было в его личности и способе действий что-то хорошее. Но это бред. От его рук умерли миллионы людей. Поэтому нельзя его хвалить. Нельзя выискивать в нем положительные черты, как это делают сейчас отдельные круги в России.
Или вот бойцы УПА – люди которые воевали против Красной армии, в 1941 г. приняли сторону Гитлера, да, они ошиблись. Но, если они участвовали в убийствах мирных граждан – то это убийство, а не война. Или докажите обратное, что они не убивали гражданское население. Известны факты, что украинцы служили в частях СС и, как еврей, я не могу воспринимать это безболезненно. Но всегда нужно быть честными. Прежде всего перед самими собой. Ведь, как ни крути, правда только одна.

 

О перспективах возврата культовых сооружений

В. Давайте вернемся к теме возврата культовых сооружений еврейским религиозным общинам. Известно, что очень много было таковых до 1917 года в Киеве, на Подоле. Как Вы решаете вопрос их возврата?

О. Решение заданного Вами вопроса состоит из нескольких этапов.
Что мы имеем? Синагоги – это были общественные здания. До 1923 года только на Подоле находились 55 синагог. Многие из них сохранились и сейчас. Все они были построены за еврейские деньги. Исходя из этого, государство, которое действительно исповедует европейские демократические ценности, вернуло бы эти здания еврейской общине. Но этого не происходит.
Далее. Кроме синагог, строились иешивы – образовательные учреждения. Большинство их тоже сохранилось. Есть еще одна категория зданий – частные владения. С их возвратом тяжелее всего. Вот, например, в странах Балтии, где принят и выполняется закон о реституции, прежние наследники, получая утраченное, возвращают имущество той общине, которая раньше им пользовалась. Но не следует забывать, что советскими эти территории стали 70 лет назад, а восточная часть Украины – раньше, 82 года назад. Поэтому и процесс возврата строений первоначальным хозяева более сложен.

В. Какие шаги и действия вы предпринимаете в этом направлении?

О. Мы неоднократно обращались в мэрию с ходатайствами о возвращении культовых еврейских сооружений…

В. И какова реакция?

О. Почти нулевая. Ведь у нас нет четко прописанного закона.  В указе Президента речь идет о государственном имуществ, а не коммунальном. Какая разница между этими понятиями, мне и сейчас тяжело понять. Но вот эта казуистика создает препоны процессу возвращения собственности.

В.  По Вашему мнению, хватает ли синагог как центров общественной жизни в Киеве?

О. Нет. На Левом берегу люди собираются в приспособленном помещении. То есть нежилое помещение переоборудовали, улучшили, но все же это не выход. В большинстве районных центров Украины нет синагог, а раньше они были.

Приведу пример. Столица Украины. Центр города. Кинотеатр «Кинопарама». До 1920-х гг. здесь было общественное здание иудейской громады. В 1958 году его перестроили как кинотеатр, а когда в середине1990-х гг. мы заикнулись о том, чтобы вернуть это здание еврейской общине, директор отказался наотрез. И что теперь? Здание приватизировано и продано, и с 1 июня оно уже даже не является кинотеатром.
То есть мы снова и снова убеждаемся в том, что необходим нормативно-правовой акт, запрещающий отчуждение и приватизацию строений бывших синагог. Скорее всего, это процесс начали еще при советской власти, ведь мы не можем утверждать, что, как лавина, процесс это пошел только 20 лет назад. Еще на закате советской власти здания бывших синагог начали передаваться каким-то непонятным людям. Продолжается воровство и сегодня. Приватизируют, отдают в аренду, причем не только синагоги, но и культовые здания  других религий.

В. Может, имеет смысл пролоббировать решение этого вопроса в парламенте силами депутатов, близких Вам по духу?

О. Это не так узко нужно делать. Неправильно, если мы решим этот вопрос  только для евреев, а не для всех религий. Да, был прецедент. Нам помогли в  случае с «Транссигналом» (речь идет о «галицкой синагоге». Год постройки: 1909-10; архитектурный стиль: эклектика с элементами романского стиля; расположение: Скоморошский переулок, 7; теперь – на территории завода ‘‘Транссигнал‘‘, возле Евбаза; : возвращена в распоряжение еврейской общины Киева – А.Д.), и правительство вернуло нам здание синагоги. Но в 1923 году в Киеве было 97 синагог, поэтому решать вопрос их возврата нужно комплексно, а  не точечно.

 

О визах для украинцев и еврейском образовании

В. Как Вы считаете, будет ли положительно решен вопрос об отмене виз для украинцев, въезжающих в Израиль?

О. Этот вопрос не решается из-за позиции украинской стороны. Власти Израиля были готовы подписать все необходимые документы. Только Украина застопорила. Поймите, для государства Израиль этот консульский сбор, взимаемый за выдачу виз вашим согражданам, – абсолютно несущественная сумма. А вот для Украины существенная. Потому что, приняв решении о безвизовом въезде в вашу страну граждан ЕС и США, ваша страна потеряла определенный доход. И теперь Украина не может позволить себе потерять еще и денежные поступления от сбора за украинские визы для граждан Израиля.
Но тут есть еще одна сторона проблемы.  В любой точке земного шара гражданин любой страны может получить визу израильскую в установленном порядке и по неизменной цене. А украинские консульские учреждения проводят «гибкую» политику. Пример: консульство Украины в Тель-Авиве за выдачу срочной визы в Украину требует заплатить 250 дол. США. Если выдадут ее через 10 дней – то это будет уже по другой цене, если через семь дней – опять-таки тариф иной. То есть в любом случае найдут возможность содрать с аппликанта деньги, нажиться на нем. Еще один пример. Перед вылетом в Израиль гражданин Украины должен оплатить стоимость медицинского полиса сроком на один месяц. Цена его составляет 30 грн. А если гражданин Израиля оформляет украинскую визу, то аналогичный полис обойдется уже в 30 дол. По-моему, разница очевидна.

В. А Вы не пробуете как-то решить этот вопрос? Например, обратиться в украинский МИД?

О. Мне тяжело туда вмешиваться. Потому что ясно, украинская сторона не горит желанием решать жизненно важные вопросы. Ведь даже министра нет?

А.Д. Да, уже более полугода Валерий Хандогий – и.о. министра иностранных дел (9 октября министром иностранных дел Украины стал Петр Порошенко - А.Д.).

Ребе: Ну вот, разве он может что-то решать? А корни такой ситуации нужно искать еще в 2001-2003 гг. ведь, кода Леонид Кучма был президентом, то он не горел желанием иметь сильное МИД, а сейчас мы пожинаем плоды этой политики.

В. Давайте поговорим об образовательных программах, которым Вы уделяете много сил и внимания. Вот, к примеру, ребенок из еврейской семьи, он ходит в еврейский детский сад, в общеобразовательную еврейскую же школу либо лицей. И получив аттестат о среднем образовании, оказывается, что еврейского университета в Украине нет. Как Вы считаете, нужен ли ВУЗ еврейский здесь, в Украине?

О. Начнем с того, что сейчас, в ХХІ веке мир стал очень маленьким. И хотя  много стран, где еврейская община больше, чем тут, все равно у них нет еврейского университета. Да в этом и нет острой необходимости, потому что молодой человек в  17 лет, который имеет крылья, может лететь куда угодно, весь мир открыт ему, так что нет необходимости сидеть здесь. Он может уехать в Израиль и учиться там или же уехать в США и получать образование там. А оптом вернуться назад в Украину. Кроме того, мы не должны забывать: чтобы основать и содержать хороший университет, необходимы большие деньги. 
По моему мнению, главное даже не какой-то образовательный ценз, а сама атмосфера еврейской культуры, еврейского духа, в которой молодежь могла бы усваивать ценности нашей культуры. То есть вот такое неформальное общение, живое и вариативное, намного важнее, чем список образовательных программ.

В. Назовете примеры того, как Вы создаете такое неформальное общение?

О. У нас есть хороший пример – еврейский студенческий клуб.  Его участники играют, общаются, узнают много нового. Такой же клуб есть в Одессе. Более того, в Одессе есть и еврейский университет.

В. И диплом этого ВУЗа признает украинское МОН?

О. Да, естественно.


О благотворительности и человеческих коммуникациях

В. Вы известны как меценат, человек, уже многие годы занимающийся проблемами пожилых людей? Какие Вы видите перспективы развития программ, направленных на поддержку людей пенсионного возраста?

О. О пенсионных программах сейчас очень много говорят в мэрии.  Известен проект киевского городского головы Леонида Черновецкого об уходе за пожилыми людьми, которые будут компактно проживать в домах престарелых, и взамен отдавать в пользу муниципальной власти свое жилье. Это вообще-то распространенная в Европе практика. Однако в Украине эта проблема имеет иное измерение. Здесь действуют разные структуры, происхождение и  намерения которых не до конца ясны. Они тоже предлагают услуги по уходу за стариками в обмен на жилье.  Но тут  широкое поле для злоупотреблений, ведь квартиры дорогие.
Так что идея хорошая, но воплощение ее в жизнь оставляет желать лучшего. Прежде всего, люди должны осознать, что для них на самом деле хорошо.  Нужно все разъяснять доходчиво и популярно

В. То есть, по Вашему мнению, необходима определенная просветительская работа?

О. Да, причем немалая.

В. Кто должен этим заниматься?

О. Собес или же патронажные службы.  Мы встретили очень много проблем. Когда у человека есть квартира, то обязательно найдутся какие-то люди, заинтересованные в этом жилье.

В. Как обстоят дела с домом для престарелых евреев?

О: Он уже несколько лет существует.

В. А как сейчас, в условиях кризиса, не оскудел ли поток благотворительной помощи для домов престарелых, находящихся под Вашей опекой?

О. Этот дом престарелых нам помогли построить (В Киеве Дом для одиноких евреев пожилого возраста имени Жанетт и Гарри Вайнбергов – современное 6-этажное здание в тихом месте, расположенное по адресу: г.Киев, ул. Феодоры Пушиной, 8а. – А.Д.). Меценаты из США, и местные бизнесмены помогали. Сильную помощь предоставил ВАБ банк, его руководство оказывало нам поддержку  в наиболее сложные моменты. И еще многие другие. И когда мы начали работать, то помощь уже стала нам не нужна, поскольку мы вышли на самоокупаемость. Но с началом кризиса проблемы определенные появились, и нам стало сложнее.

В. Какие вы видите пути решения этих проблем?

О.  Скажу честно, не знаю, и пока мы зависим от доброй воли наших меценатов. Если бы могли набрать большее количество людей, согласных проживать в этом доме, может, удалось бы решить сложные вопросы. Но опять же, мы вошли в определенный конфликт с людьми, которые заинтересованы в том, чтобы эти старички не были у нас, чтобы жилье этих людей доставалось неким структурам.

В. Известно, что вы поддерживаете хорошие отношения с влиятельными бизнесменами, политиками и общественными деятелями, которые принадлежат к разным политическим лагерям. Как Вам удается поддерживать такой разнополюсный круг общения?

О. Я вижу людей не как политиков, я ценю их как людей. Если мы смотрим на людей как на тех, кого мы должны перевоспитывать, то отношения строить сложно. Если же абстрагироваться от политических взглядов и предпочтений и сосредоточиться на том, что есть в каждом человеке самоценно, то никаких проблем в общении не возникает.

 

О совместных проектах и светлом будущем Украины

В. Известно, что есть несколько центров влияния в иудаизме, представленных в Украине. Как Вы строите отношения между собой?

О. Мы очень хорошо работаем, без проблем.

В. Есть общие проекты?

О. Вот пример. Когда президент В.Ющенко подписал указ о возврате списков Торы, украденных коммунистической властью, и замечу в скобках, что этот указ не выполняется, поскольку каждый делает, что ему угодно. Так вот, мы собрались все вместе, создали общий совет для решения этого вопроса о Торе. Четко обговорили, каким общинам и когда раздавать эти свитки. Нашли решение, конфликтов никаких не было. Это хороший пример того, как можно договариваться.

В. Какой еще проект будет таким объединительным?

О. Возможно, таким станет процесс возвращения культовых и общественных здании иудейским общинам на территории Украины.

В. Вы приехали в Украину в 1990 году. Вы уже рассказывали журналистам о том, каковы были первые впечатления: темный зал в Борисполе, минимум коммуникаций, какие-то испуганные люди… Что изменилось за истекшее время?

О. В стране очень многое было сделано. Страна возмужала, имеются положительные сдвиги. Выросла страна и нация. Люди избрали свой путь в 91 году, и по этому пути идут, не уклоняясь от цели, хотя есть множество проблем, требующих решения. Но главное, по моему мнению, то, что теперь уже невозможен возврат в тоталитарное прошлое. Кроме того, чтобы была пройдена «точка невозврата», необходимо, чтобы выросло не одно поколение людей, уже не зараженных бациллами коммунистической власти. Поэтому необходимо и обществу, и власти осознать и признать, что это было прошлое. Вот почему Германия после Второй мировой войны  смогла быстро восстановиться? Потому что власть наша в себе силы признать что фашизм – это зло, которое не должно повториться. В Украине такого до сих пор не произошло. Никто из облеченных властью не нашел в себе мужества встать и сказать, что коммунизм – это зло, которому нет оправдания. А если это признать, то дальнейшее развитие будет легче. Потому что Украина независимое государство, в котором живут люди, думающие не о прошлом, а о том, как им построить свою жизнь так, чтобы обеспечить лучшее будущее своим детям. Конечно, не все получается сразу, но ведь импульс созидательный – он правильный по сути своей, и мы с вами живем в сложное, но прекрасное время, когда созидается новое государство.

 

Немного личного

В. Предлагаю Вам ответить на несколько вопросов более личностного характера: Есть ли у Вас любимая книга,  или же такая, которая произвела наибольшее впечатление?

О. Конечно, это книга, написанная экс-мэром Нью-Йорка Рудольфом Джулиани, – «Лидерство». Она меня сильно поразила

В. Что Вы вынесли для себя из этой книги?

О. Очень многое. Организованность – то, насколько она важна для эффективности. Книга написана очень хорошо. Ведь это человек четко знает, о чем он пишет. Руди Джулиани реально изменил Нью-Йорк и сделал его нормальным городом. Поэтому для любого человека, который является менеджером, управленцем, очень было бы полезно почитать эту книгу.
Еще мне понравилась книга Натана Щаранского, который был министром в правительстве Израиля. Она называется «В защиту демократии». Очень хорошо написано  о демократии, о том, что демократия одна для всех.

В. Не припоминаете, что на Вас за последнее время произвело наиболее сильное впечатление: может, встреча с кем-то, поездка какая-то, что-то увиденное… То, что в сознании запечатлевается, как вспышка.

О. Тяжелый вопрос. (долго молчит).

В. Хорошо. Поговорим о другом. Что Вы считаете наибольшим достижением достижением  в Вашей жизни?

О. Безусловно, это создание и развитие инфраструктуры для жизнедеятельности еврейской общины здесь, в Украине.

В. Вот если оценивать процесс такого создания по 10-балльной шкале, на сколько баллов Вы оцениваете ее сейчас.

О. На семь.

В. Назовите девиз, которому Вы следуете в жизни?

О. Наверное, их несколько.
Вот приведу пример из жизни. Когда мы начинали проект восстановления общественного еврейского центра тут, на Щекавицкой (ул. на Подоле в Киеве, где и до революции был еврейский центр – А.Д.), нам очень много помог Шифрин Эдуард Владимирович (Вице-президент Еврейской Конфедерации Украины, учредитель компании "Металлургический центр" – А.Д.). и вот на церемонии открытия он спрашивает меня: «Ну как, Вы довольны, ребе?». А я говорю: «Нет. потому что мы уже размышляем о том, где и как нам строить следующий общественный центр».
Поэтому надо в голове иметь четкую картину, что  и как дальше делать. Ведь жизнь не стоит на месте, и еврейская инфраструктура должна развиваться. Главное, помнить о том, что мы строим для следующих поколений. Ведь, если бы мы строили для себя, можно было бы соорудить простой шалаш из веток, и этого было бы вполне достаточно. А поскольку мы строим с прицелом на будущее, то делаем это солидно и основательно. Поэтому самое главное, по моему мнению, помнить о будущем.

В. Может, ваш девиз: не останавливаться на достигнутом? Это подходит?

О. На 100 процентов.

В. Есть ли что-то, о чем Вы жалеете? Вот могли сделать, но не сделали?

О. Да. Мне кажется, что, когда я приехал в Киев в 191 году и купил квартиру для своей семьи, то нужно было купить ее не одну, а несколько. И сейчас бы нам было намного легче. Но тогда никто не мог представить, что так вырастет экономика, что будут такие заоблачные цены на жилье. Если бы сейчас такие квартиры были в нашей собственности, это очень помогло бы общине. Но мы тогда еще не заглядывали так далеко в будущее, не представляли, какими темпами будет развиваться община.

В. А Вы можете назвать ту дату, которая стала водоразделом, вот когда поменялось мышление? Перешло в стратегическое измерение?

О . Это был конец 90-х  – 1997-1998 годы. Люди перестали убегать отсюда, и стало понятно, что община сложилась.

В. Какой район Киева Вам нравится? Какое здание или сооружение?

О. Вот эта синагога на Щекавицкой, где мы с Вами беседуем.

В. Какие качества Вы цените Вы цените в людях?

О. Честность и преданность.

В. Преданность чему?

О. Преданность идее. Когда человек верит во что-то, у него нравственные критерии намного выше.

В. Ваш любимый праздник? Которому душа Ваша радуется?

О. Наверное, Песах, и ознаменование той свободы, которую он в себе несет.

В. Понятно, что это означает преодоление пленения, но в личном измерении для Вас что это?

О. Думаю, рождение. Собственно, не исход из плена, а то, что эти люди начали строить государство, определили вектор его развития, установили базовые ценности и общественный порядок. Эти люди вышли из рабства, и при этом они уже знали, куда они идут. Это очень важно.

В. Что привлекает вас в украинцах как нации?

О. Они трудолюбивы, не боятся сложностей. Украина очень самолюбива, ведь этот народ тоже многие годы был в рабстве, поэтому сейчас процесс поиска своих корней, интенсивного погружения в прошлое. Украинцы как будто хотят доказать: «Мы это можем, мы способны». И вот такой посыл очень важен для будущего. Некоторые считают это недостатком, но по-моему, это двигатель вперед. Ведь многие столетия культура украинская была унижена, порабощена, а теперь она развивается.  У вас очень красивый язык, литература чудесная.

В. А есть ли у Вас любимая песня украинская?

О. Мне многие песни нравятся. Они мелодичные, приятные. Но не могу не вспомнить «Распрягайте, хлопцы, коней»

В. А читаете ли Вы книги украинские?

О. Нет. Я читаю беллетристику на английском. Я даже на русском читаю только немного новостей в интернете. Или книги на иврите читаю.

В. Как Вы считаете, что могут дать украинскому обществу религиозные, верующие люди?

О. Религиозные люди дают обществу полиморфность. Ведь общество создано из разных людей. И в этом его красота, когда каждый может вносить свое – идеологию, мнения, убеждения. В этом смысле религиозные общины и люди вносят свою лепту в строительство общества в целом – тем, что они верят в будущее. Тем, что понимают: самое главное не материальность, а дух, будущее народа; есть Бог, который управляет всем этим, а не люди. А люди исполняют его волю. Когда люди перестают думать о себе как о мериле, самоценности, а помнят о том, что нужно жить для других, то это очень сильный вклад в строительство общественного механизма.
Ведь еще 20 лет назад не было Украины. Стране всего 18 лет. Но за эти неполных два десятилетия очень многое достигнуто. Однако Украину не следует сравнивать ни с какой другой страной, а тем  более с Россией, которая приняла готовое государство и двинулась дальше. Украина же должна была развивать все институции – финансовые, общественные, политические – практически с нуля. Но у страны очень большой потенциал, мы очень молоды, у нас вся жизнь впереди.

 

   











УВАГА! Публікації розділу "Моніторинг ЗМІ" не обов'язково збігаються з точкою зору редакції сайту "Православіє в Україні", а є відбиттям суспільних подій і думок з метою поліпшення взаєморозуміння та зв'язків між Церквою й суспільством. Статті подаються в редакції першоджерела.