УКР РУС  


 Головна > Публікації > Моніторинг ЗМІ  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 120 відвідувачів

Теги
1020-річчя Хрещення Русі Президент Віктор Ющенко постать у Церкві Священний Синод УПЦ церква і суспільство Церква і медицина комуністи та Церква краєзнавство церковна журналістика Патріарх Алексій II забобони Голодомор автокефалія іконопис Церква і влада Католицька Церква Києво-Печерська Лавра розкол в Україні Приїзд Патріарха Кирила в Україну молодь Мазепа діаспора Ющенко монастирі та храми України УПЦ КП вибори Митрополит Володимир (Сабодан) Предстоятелі Помісних Церков церква та політика українська християнська культура Вселенський Патріархат Церква і політика Археологія та реставрація педагогіка шляхи єднання УГКЦ Доброчинність секти конфлікти милосердя






Рейтинг@Mail.ru






«Притвор» (Киев): Обыкновенная история 1937 года. Расстрельное дело священника Ивана Севбо



«Притвор» (Киев), Михаил Белецкий, 28.12.2009

Недавно нам с женой удалось получить материалы уголовного дела её деда. Почти в самый юбилей Эффективного Менеджера, организовавшего миллионы таких дел. Простое, рутинное дело, одно из этих миллионов.

Иван Иванович Севбо родился в 1865 году и большую часть жизни – с начала 1890-х до начала 1930-х – был священником в белорусских сёлах. А когда утвердились большевики, стал безработным, жил на средства детей, так и проходит по делу. В обвинительном заключении указано: «бывший поп, без определённых занятий».

1 марта 1938 года оперуполномоченный Могилёвского НКВД БССР подписывает постановление об аресте, мотивируя это тем, что «Севбо И. И. был связан на почве к/р деятельности с Могилёвским епископом Раевским Александром и другими участниками к/р повстанческой организации, ликвидированной нами в июле 1937 года». Очевидно, НКВД понемногу подбирает всех «бывших попов», фабрикуя на них дела. Подшивают Севбо и других к Раевскому белыми нитками: в реабилитационном постановлении от 1961 г. сказано, что «по материалам дела [Раевского] Севбо Иван и другие осуждённые с ним по одному делу лица не проходят». В тот же день, 1 марта, Иван Севбо арестован.

Суд скорый, но никак не праведный. Всё досудебное производство вершится в один день – 13 марта. В этот день проводится первый и, судя по всему, единственный допрос, совершенно формальный, в ходе которого заполняется только анкета арестованного. В реабилитационном постановлении сказано, что «никто из числа названных осуждёнными лиц показаний относительно их вербовки в контрреволюционную организацию не дал», из чего можно судить, что их не сочли нужным и расспрашивать. Принимается постановление об избрании меры пресечения – «содержание в тюрьме города Могилёва». И тут же оперуполномоченный сержант госбезопасности Самерсов выносит обвинительное заключение по следственному делу, в которое сколочены 7 священнослужителей.

Обратите внимание на уровень компетенции, на котором принимается решение о жизни и смерти людей, – сержант. Впрочем, с другой стороны, разве он что-то решает? Он только механически ставит подпись. Оперуполномоченный «УСТАНОВИЛ, что все вышеуказанные лица являлись участниками к/р повстанческой организации духовенства, которая ставила перед собой целью свержение сов. власти и восстановление монархического строя. Как участники к/р организации они систематически среди населения проводили к/р деятельность направленную на подрыв существующего государственного строя и вызова массовых недовольств против последнего, а потому ПОСТАНОВИЛ: Настоящее следственное дело направить на рассмотрение Тройки НКВД БССР».

На другой день, 14 марта, Особая Тройка выносит постановление о расстреле всех обвиняемых. Здесь почему-то наступает длительная пауза – наверное, расстрельная машина не поспевает. Постановление о расстреле Севбо И. И. приведено в исполнение более, чем через месяц, – 22 апреля, как раз в день рождения основателя социалистического государства, требовавшего безжалостно расстреливать попов. Было ему тогда 73 года…

А чуть меньше, чем через четверть века, 2 сентября 1961 года Президиум Могилёвского областного суда, рассмотрев протест прокурора, постановил: «Постановление Особой Тройки НКВД БССР от 14 марта 1938 г. в отношении [таких-то] отменить и дело в отношении их прекратить посмертно за недоказанностью предъявленных обвинений».

Закончу маленькой деталью. Перечисляя в анкете состав семьи, отец Иван указал и своего сына, моего будущего тестя: «сын Платон, инженер водного транспорта в г. Чернигове». Хотя прекрасно знал, что сын живёт и работает не в Чернигове, а в Киеве. Понимал, что и детям грозит опасность, и хотел уберечь.

Памяти отца Ивана Севбо

Сейчас я хочу снова вернуться к его памяти, поместив отрывок из воспоминаний его сына, а моего тестя Платона Ивановича Севбо. Действие происходит в белорусском селе Славин, куда юный бурсак Платон приехал к родителям на пасхальные каникулы, в последние мирные 1912-13-е годы.

Дальше текст Платона Ивановича.

«Итак, мы с бабушкой идем ко всенощной. Отец облачается сначала в бархатное черное траурное одеяние, потому что до начала пасхальной заутрени Иисус Христос еще во гробе. Наконец, уже почти 12. Крестьяне готовятся к крестному ходу - разбирают хоругви. Отец переодевается в одеяние из золотой парчи, уже праздничное. Крестный ход. Впереди кресты и хоругви - церковные знамена с иконами. Поется стихира "Воскресение Твое, Христе Спасе..." В конце первого обхода вокруг церкви (всего три) Володя [сын отца Ивана, старший брат Платона – М. Б.] поджигает ракеты, а отец с уже ярко горящими римскими свечами идет впереди крестного хода. Боже мой, какой восторг в народе! "Жаворонок" свистит в полете и рассыпается наверху облачком искр. "Сельдерово колесо" крутится огненным кругом. "Блин" высоко вверху расплывается в плоский блин. И все это с треском, шумом. А за пределами ограды у кого есть ружья стреляют холостыми зарядами (стрелять внутри церковной ограды отец запрещал). Этот пасхальный салют потрясал меня до нервной дрожи - и страшно, и интересно. Я стою рядом с Володей. С третьим обходом присоединяюсь к крестному ходу и вхожу в притвор храма. Протискиваюсь прямо к отцу. Ему в это время дают в правую руку трехсвечник - три толстые красивые свечи сходятся вместе, в левой у него - крест. И вот, подходит он к дверям, отделяющим притвор от собственно храма - эти двери закрыты - и возглашает: "Христос воскресе!" Хор поет: "Христос воскресе из мертвых..." Отец крестом ударяет в двери, они распахиваются настежь (их открывают изнутри), он входит в храм. Храм еще слабо освещен. С потолка в центре свисает магниевая ленточка, прикрепленная к пороховому шнуру, который намотан на паникадило (большая люстра, у нас - чуть ли не на 40 свечей), вокруг каждого фитиля свечи. И когда отец, проходя мимо магниевой ленты, поджигает ее, и та вспыхивает ярким белым пламенем, зажигает пороховой шнур, а он - все свечи одну за другой, в храме становится необычайно светло. И непрерывно звучит: "Христос воскресе из мертвых..." Отец под пение хора "Христос воскресе из мертвых..." проходит через узкий коридор, образованный народом, восходит на амвон, передает трехсвечник пономарю, поворачивается к народу лицом и громко во весь голос на три стороны трижды:

- Христос воскресе!

И весь храм громогласно, заглушая хор:

- Воистину воскресе!

Сходит с амвона, и все один за другим подходят к нему христосоваться -троекратно целоваться с объятиями.
Должен сказать, что еще накануне мама просила отца:

- Ваня, ну ты же не очень целуйся. Ну, двух-трех которые почище, а больше не надо, так можно заразиться.
Отец сердито отвечал:

- От христосования и причащения никакой заразы быть не может.

И действительно, не было у него, конечно, никакой заразы от этого христосования. И похристосовавшись с папой, поцеловавши крест и руку его, люди отходили с какими-то просветленными, радостно-умиленными лицами. Поневоле приходило в голову, что это Сам Иисус Христос овеял их Своим добром и любовью, как бы обнял их... Никогда не видел я таких просветленных, умиленных лиц, как после христосования в пасхальную ночь.»

   











УВАГА! Публікації розділу "Моніторинг ЗМІ" не обов'язково збігаються з точкою зору редакції сайту "Православіє в Україні", а є відбиттям суспільних подій і думок з метою поліпшення взаєморозуміння та зв'язків між Церквою й суспільством. Статті подаються в редакції першоджерела.