УКР РУС  


 Головна > Публікації > Моніторинг ЗМІ  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 105 відвідувачів

Теги
Мазепа комуністи та Церква краєзнавство 1020-річчя Хрещення Русі монастирі та храми України Ющенко Священний Синод УПЦ УГКЦ Археологія та реставрація шляхи єднання Предстоятелі Помісних Церков Вселенський Патріархат вибори автокефалія педагогіка Патріарх Алексій II УПЦ КП постать у Церкві діаспора Приїзд Патріарха Кирила в Україну Митрополит Володимир (Сабодан) Доброчинність милосердя іконопис церква і суспільство Церква і влада церква та політика Церква і медицина церковна журналістика Церква і політика Києво-Печерська Лавра секти українська християнська культура забобони Голодомор Католицька Церква молодь розкол в Україні конфлікти Президент Віктор Ющенко






Рейтинг@Mail.ru






«Притвор» (Киев): Обыкновенная история 1937 года. Расстрельное дело священника Ивана Севбо



«Притвор» (Киев), Михаил Белецкий, 28.12.2009

Недавно нам с женой удалось получить материалы уголовного дела её деда. Почти в самый юбилей Эффективного Менеджера, организовавшего миллионы таких дел. Простое, рутинное дело, одно из этих миллионов.

Иван Иванович Севбо родился в 1865 году и большую часть жизни – с начала 1890-х до начала 1930-х – был священником в белорусских сёлах. А когда утвердились большевики, стал безработным, жил на средства детей, так и проходит по делу. В обвинительном заключении указано: «бывший поп, без определённых занятий».

1 марта 1938 года оперуполномоченный Могилёвского НКВД БССР подписывает постановление об аресте, мотивируя это тем, что «Севбо И. И. был связан на почве к/р деятельности с Могилёвским епископом Раевским Александром и другими участниками к/р повстанческой организации, ликвидированной нами в июле 1937 года». Очевидно, НКВД понемногу подбирает всех «бывших попов», фабрикуя на них дела. Подшивают Севбо и других к Раевскому белыми нитками: в реабилитационном постановлении от 1961 г. сказано, что «по материалам дела [Раевского] Севбо Иван и другие осуждённые с ним по одному делу лица не проходят». В тот же день, 1 марта, Иван Севбо арестован.

Суд скорый, но никак не праведный. Всё досудебное производство вершится в один день – 13 марта. В этот день проводится первый и, судя по всему, единственный допрос, совершенно формальный, в ходе которого заполняется только анкета арестованного. В реабилитационном постановлении сказано, что «никто из числа названных осуждёнными лиц показаний относительно их вербовки в контрреволюционную организацию не дал», из чего можно судить, что их не сочли нужным и расспрашивать. Принимается постановление об избрании меры пресечения – «содержание в тюрьме города Могилёва». И тут же оперуполномоченный сержант госбезопасности Самерсов выносит обвинительное заключение по следственному делу, в которое сколочены 7 священнослужителей.

Обратите внимание на уровень компетенции, на котором принимается решение о жизни и смерти людей, – сержант. Впрочем, с другой стороны, разве он что-то решает? Он только механически ставит подпись. Оперуполномоченный «УСТАНОВИЛ, что все вышеуказанные лица являлись участниками к/р повстанческой организации духовенства, которая ставила перед собой целью свержение сов. власти и восстановление монархического строя. Как участники к/р организации они систематически среди населения проводили к/р деятельность направленную на подрыв существующего государственного строя и вызова массовых недовольств против последнего, а потому ПОСТАНОВИЛ: Настоящее следственное дело направить на рассмотрение Тройки НКВД БССР».

На другой день, 14 марта, Особая Тройка выносит постановление о расстреле всех обвиняемых. Здесь почему-то наступает длительная пауза – наверное, расстрельная машина не поспевает. Постановление о расстреле Севбо И. И. приведено в исполнение более, чем через месяц, – 22 апреля, как раз в день рождения основателя социалистического государства, требовавшего безжалостно расстреливать попов. Было ему тогда 73 года…

А чуть меньше, чем через четверть века, 2 сентября 1961 года Президиум Могилёвского областного суда, рассмотрев протест прокурора, постановил: «Постановление Особой Тройки НКВД БССР от 14 марта 1938 г. в отношении [таких-то] отменить и дело в отношении их прекратить посмертно за недоказанностью предъявленных обвинений».

Закончу маленькой деталью. Перечисляя в анкете состав семьи, отец Иван указал и своего сына, моего будущего тестя: «сын Платон, инженер водного транспорта в г. Чернигове». Хотя прекрасно знал, что сын живёт и работает не в Чернигове, а в Киеве. Понимал, что и детям грозит опасность, и хотел уберечь.

Памяти отца Ивана Севбо

Сейчас я хочу снова вернуться к его памяти, поместив отрывок из воспоминаний его сына, а моего тестя Платона Ивановича Севбо. Действие происходит в белорусском селе Славин, куда юный бурсак Платон приехал к родителям на пасхальные каникулы, в последние мирные 1912-13-е годы.

Дальше текст Платона Ивановича.

«Итак, мы с бабушкой идем ко всенощной. Отец облачается сначала в бархатное черное траурное одеяние, потому что до начала пасхальной заутрени Иисус Христос еще во гробе. Наконец, уже почти 12. Крестьяне готовятся к крестному ходу - разбирают хоругви. Отец переодевается в одеяние из золотой парчи, уже праздничное. Крестный ход. Впереди кресты и хоругви - церковные знамена с иконами. Поется стихира "Воскресение Твое, Христе Спасе..." В конце первого обхода вокруг церкви (всего три) Володя [сын отца Ивана, старший брат Платона – М. Б.] поджигает ракеты, а отец с уже ярко горящими римскими свечами идет впереди крестного хода. Боже мой, какой восторг в народе! "Жаворонок" свистит в полете и рассыпается наверху облачком искр. "Сельдерово колесо" крутится огненным кругом. "Блин" высоко вверху расплывается в плоский блин. И все это с треском, шумом. А за пределами ограды у кого есть ружья стреляют холостыми зарядами (стрелять внутри церковной ограды отец запрещал). Этот пасхальный салют потрясал меня до нервной дрожи - и страшно, и интересно. Я стою рядом с Володей. С третьим обходом присоединяюсь к крестному ходу и вхожу в притвор храма. Протискиваюсь прямо к отцу. Ему в это время дают в правую руку трехсвечник - три толстые красивые свечи сходятся вместе, в левой у него - крест. И вот, подходит он к дверям, отделяющим притвор от собственно храма - эти двери закрыты - и возглашает: "Христос воскресе!" Хор поет: "Христос воскресе из мертвых..." Отец крестом ударяет в двери, они распахиваются настежь (их открывают изнутри), он входит в храм. Храм еще слабо освещен. С потолка в центре свисает магниевая ленточка, прикрепленная к пороховому шнуру, который намотан на паникадило (большая люстра, у нас - чуть ли не на 40 свечей), вокруг каждого фитиля свечи. И когда отец, проходя мимо магниевой ленты, поджигает ее, и та вспыхивает ярким белым пламенем, зажигает пороховой шнур, а он - все свечи одну за другой, в храме становится необычайно светло. И непрерывно звучит: "Христос воскресе из мертвых..." Отец под пение хора "Христос воскресе из мертвых..." проходит через узкий коридор, образованный народом, восходит на амвон, передает трехсвечник пономарю, поворачивается к народу лицом и громко во весь голос на три стороны трижды:

- Христос воскресе!

И весь храм громогласно, заглушая хор:

- Воистину воскресе!

Сходит с амвона, и все один за другим подходят к нему христосоваться -троекратно целоваться с объятиями.
Должен сказать, что еще накануне мама просила отца:

- Ваня, ну ты же не очень целуйся. Ну, двух-трех которые почище, а больше не надо, так можно заразиться.
Отец сердито отвечал:

- От христосования и причащения никакой заразы быть не может.

И действительно, не было у него, конечно, никакой заразы от этого христосования. И похристосовавшись с папой, поцеловавши крест и руку его, люди отходили с какими-то просветленными, радостно-умиленными лицами. Поневоле приходило в голову, что это Сам Иисус Христос овеял их Своим добром и любовью, как бы обнял их... Никогда не видел я таких просветленных, умиленных лиц, как после христосования в пасхальную ночь.»

   











УВАГА! Публікації розділу "Моніторинг ЗМІ" не обов'язково збігаються з точкою зору редакції сайту "Православіє в Україні", а є відбиттям суспільних подій і думок з метою поліпшення взаєморозуміння та зв'язків між Церквою й суспільством. Статті подаються в редакції першоджерела.