УКР РУС  


 Головна > Публікації > Моніторинг ЗМІ  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 61 відвідувачів

Теги
церква та політика церковна журналістика комуністи та Церква Археологія та реставрація забобони постать у Церкві молодь Церква і влада Предстоятелі Помісних Церков Мазепа краєзнавство Києво-Печерська Лавра церква і суспільство Церква і політика Вселенський Патріархат Доброчинність Ющенко 1020-річчя Хрещення Русі УПЦ КП Президент Віктор Ющенко автокефалія УГКЦ милосердя вибори українська християнська культура педагогіка розкол в Україні монастирі та храми України секти конфлікти Голодомор Священний Синод УПЦ Приїзд Патріарха Кирила в Україну Митрополит Володимир (Сабодан) Католицька Церква Церква і медицина Патріарх Алексій II діаспора шляхи єднання іконопис






Рейтинг@Mail.ru






«ХайВей» (Украина): Духовная цитадель русских эмигрантов



«ХайВей» (Украина), Володимир Бровко, 05.09.08 - 09.09.08

Свято-Богородицкой Леснинский женский монастырь  – духовная цитадель русских эмигрантов

                            (краткая история монастыря)

                                              Часть 1

            История обретения Леснинской Круглой иконы Божией матери

         События, послужившие, поводом для основания Свято-Богородицкого Леснинского женского монастыря произошли задолго до даты его официального основания. 

         Все началось с обретения иконы Божией Матери в XVII веке на землях Российской Империи, ныне - Польши, за рекой Буг в селе Лесна, стоящим над речкой Белка, Яновского уезда Седлецкой губернии. Этот район в истории еще принято называть Холмщиной.

         Собственно под понятием «Холмщина» до Первой мировой войны скрывалась довольно обширная область на границе России с Австро-Венгрией, теперь распределённая между Украиной, Белоруссией и Польшей.

         Холмщина была населена белорусами и украинцами. Ближайшими их этнографическими соседями были поляки, которые вели агрессивную национальную политику, в чём активно участвовала и господствующая в Польше католическая церковь.

       Для того, чтобы местное население отошло от православия, ему была навязана в 1596 году Брестская уния и тех, когда появилась греко-католическая или униатская церковь. Кто же из православных не хотел принимать унию, властями жестоко притеснялся. Вот на таком историческом фоне и начиналась наша история.

      Само же изложение истории обретения иконы, для обеспечения объективности подачи материала, мы начнем с рассмотрения двух ее версий: русской и польской. Ибо они в чем-то схожи, а в чем-то сильно противоречат друг другу. И очевидно истина как всегда находится, где то, посредине.

                 Итак, русская версия:

        По церковным преданиям РПЦ можно восстановить следующую картину обретения иконы Божией Матери.

       «В полдень воскресенья 14 сентября 1683 года русские леснинские пастухи Александр Стельмащук и Мирон Макарук пригнали скот к сельской околице, где были окопы, земляные укрепления, помнящие крестоносцев. 

        Вокруг тянулись густые леса, куда и на этот раз забрела часть стада. Стельмащук пошел в чащу за отставшей скотиной. Как вдруг в ветвях грушевого дерева он увидел сияние.

     Пастух пригляделся - дивной красоты икона светилась над ним! Божия Матерь в ослепительном венце прижимала к себе правой рукой Младенца Иисуса, в левой Богоматерь держала книгу, а над нею витал Дух Святой в виде голубя.

     Их изображение, вырезанное рельефом на темно-красном овальном камне, победоносно лучилось сквозь желтеющую осеннюю листву груши, и Стельмащук пал на колени с молитвой.

Александра внезапно обуял страх, он вскочил и побежал к Мирону. Вместе они вернулись к дереву с иконой, а потом поспешили в Лесну, чтобы рассказать о чуде односельчанам.

     Всем миром жители пошли с ними в лес, где сняли икону с ветвей. Сначала образ находился в доме родственника Мирона - крестьянина Семена Макарука, потом икону Богоматери перенесли в русскую церковь села Буковичи, расположенного в двух верстах от Лесны.

    Явленная икона начала привлекать в Буковичском православном храме богомольцев: от нее стали свершаться чудеса.

Множество паломников стекалось на поклонение иконе, Пречистая Богородица не оставляла прибегавших к ее святому образу, исцеляя от болезней, врачуя и душевные раны.

    Из первых чудес история называет факт, что возле дерева, где была найдена икона, из земли забил источник

    Латинское духовенство позавидовало славе русской святыни и насильно отняло икону у Буковичского священника отца Василия.

    Католики назначили комиссию, которая эту икону Богородицы признала чудесно явившейся в Лесне и чудотворной. В селе Лесна латиняне поместили ее в свой костел.

Минул XVII век, в XVIII столетии католический орден паулинов возвел в Лесне новый большой костел, куда перенесли чудотворную икону Божией матери, когда-то явленную православному пастуху Стельмащуку.

    В XIX веке монахи паулины нераздельно царили в этом краю, имея монастырь.

   ( Для объективности надо сказать, что под покровительством ордена паулинов находилась и главная святыня католической Польши Матерь Божия Ченстоховска - -автор) 

     Но в 1863 году леснинские монахи паулины, за участие в польском восстании, были удалены из своего католического монастыря, и в 1875 году Леснинский костел российские власти передали православным, и в нем была первоначально учреждена женская община».

     Польская версия: (http://www.lesnapodlaska.siedlce.opoka.org.pl)

    «Лесная Подлеска лежит на северо- западе от Белой Подлески, и является центром культа Божией Матери.

    Здесь находится храм Св. Марии, в котором при попечении католического ордена паулинов, заняла свое место – Леснинская Круглая икона – Божией Матери « Единства и Веры».

     Сам барельеф, размещенный в главном алтаре, выполнен из камня с красным оттенком.

Изображение представляет Божию Матерь с Иисусом на правой руке.

    Сама история образа самой Святой Марии Девственницы” интересная и полная странных событий.

     Начинается она в 1683 года, когда 26 сентября двое ребят, пасущих скот, 9-летний Александр Стельмащук и 10-летний Мирон Макарчук, нашли блестящее изображение иконы, на дереве дикого грушевого дерева.

     Ее каменное изображение было принесено в Буковиц, и владелец имения решил построить в месте появления иконы, деревянный римско-католический костел.

      Построен он был в 1686 году и украшенным найденным „образом”.

     В году 1700 г. епископ Луцкий и брестский Франциск Пражмовский после проверки сообщений и свидетелей явления иконы, признал чудотворность иконы и позволил ее публичный культ.

      В 1716r. князь Карл Станислав Радзивил, канцлер Большого Литовского Княжества, украсил икону золотыми коронами.

Весть о появлении необычного изображения, начала быстро распространятся среди все более широких масс и привлекать людей даже из отдаленных стран.

     Развитию культа способствовало, тому, что в 1731г. в Лесной начали строительство нового костела.

     Закончен он был в 1758 г. . Еще во время строительства в Лесную прибыли монахи паулане, которым была поручена Леснянская парафия и опека над образом.

     В XVIII в местность была уже известна в Речи Посполитой как центр культа Божией Матери.

В период разделов Речи Посполитой и наполеоновских войн храм (костел) разделил судьбу польского народа.

   Монастырь и костел были разграблены русскими войсками и фактически уничтожены, поскольку в период январского восстания Лесная являлась одним из центров национального движения на Холмщине.

    И монахи-паулины поддерживали повстанцев. Царские власти вследствие этого ликвидировали монастырь, и, захватив его здания, перестроили костел в православный храм».

     Этот факт небыл случайным или единичным случаем.

После третьего раздела Речи Посполитой православная церковь являясь господствующей религией в Российской империи, взяла курс на возвращение в лоно православия, всех жителей Холмщины, и в принципе всех жителей империи, исповедовавший после Брестской унии, греко-католическое вероисповедание (т.е. униатов).

      До этого два столетия в этом крае шло систематическое истребление православной веры, но в 1839 году уния была Священным Синодом РПЦ «отменена» в односторонем порядке, и православные Холмщины воссоединились с Русской Православной Церковью.

    Но все началось в 1839г. и завершилось благодаря деятельности униатского архиепископа Иосифа Семашко.

      Краткая справка: Иосиф Семашко родился 25 декабря 1798г. в семье униатского священника на Киевщине.

      Он учился в немировской гимназии, а затем в звании магистра окончил Главную униатскую семинарию при Виленском университете.

    После рукоположения в священники в 1821г. он как способный и трудолюбивый студент получил место преподавателя в Луцкой униатской духовной семинарии. Через год его назначили членом униатского департамента римско-католической коллегии при российском правительстве.

     Вскоре он стал играть там главную роль, и, благодаря его стараниям этот департамент, до того времени подчиненный католикам, обрел полную самостоятельность и равноправное положение наряду с римско-католической коллегией, что фактически освобождало униатскую церковь из-под опеки Церкви римско-католической.

     В 1829г. Иосиф Семашко стал мстиславским епископом.

После прибытия в свою епархию он укрепился в убеждении, что униатская Церковь должна покаяться в совершенных на протяжении трех столетий грехах: слабости в вере, гордыне, ереси и борьбе против родной Православной Церкви, чтобы Господь простил то, что „мы оставили первую любовь нашу" (ср. Откр.2,4).

    К такому спасительному убеждению епископ Иосиф пришел не в тяжелую минуту и не под давлением „сильных мира сего", а благодаря глубоким размышлениям над историей унии и ежедневным наблюдениям над современной жизнью.

    Он принадлежал к думающим, прогрессивным „поповичам", которые в тогдашней униатской Церкви были евангельской „солью земли" (Мф. 5:13).

Иосиф Семашко писал: „Несколько столетий русский (т.е. белорусский и украинский - Н.Г.) народ этого края находился в польской неволе. В то время с помощью унии его лишили не только древней православной веры, но и покушались на родной язык и с течением времени не только отдельные люди, преимущественно грамотные, но и целые приходы в различных местностях, забывая молитвы своих предков, начинали молиться по-польски".

   Владыка Иосиф просил светскую власть не вмешиваться в процесс возвращения униатов в лоно Православной Церкви.

   По мнению Иосифа Семашко, не стоило обращать униатов в Православие по одиночке или группами, нужно было объять все общество.

При этом он подчеркивал, что такое объединение - это длительный процесс.

   Его следует подготавливать постепенно, удаляя из богослужений латинские обряды и одновременно убеждая священников и прихожан в необходимости единения. Владыка разработал подробный план действий.

   Так, он рекомендовал знакомить семинаристов со всеми деталями православного богослужения, учить их русскому и церковно-славянскому языкам. Он считал необходимым исключить такие католические принадлежности как облатки, литании, супликации, органную музыку, звонки на литургии, амвоны, боковые престолы и ввести вместо них один престол, иконостас, православные кресты. Вместе со своими приверженцами он успешно осуществлял этот план.

    Почти все верующие принимали изменения в устройстве храмов и в обрядах весьма положительно, даже с энтузиазмом, поскольку до этого их презирали, называя их униатскую веру „русской", „мужицкой", „хамской", а католическую - „польской" и „господской".

    С присоединением к Православию бывшие униаты считали, что они уже принадлежат к „господской русской вере", к „благочестию" и даже добивались от своих священников, чтобы те проводили чисто православные богослужения.

    Владыка Иосиф Семашко благодаря своим действиям приобретал все больше и больше сторонников среди униатов.

    Нашлись, однако, и такие, которые восприняли его деятельность чрезвычайно враждебно.   Это были, прежде всего, латинизированные и полонизированные базилиане, польские и полонизированные белорусские и украинские магнаты, дворянство, горожане, немалая часть униатского духовенства.

   Были и такие, кто не видел в возвращении к Православию возврата к вере отцов; Православие они считали верой чуждой и по языку, и по обрядовости, „московской верой".

    Противники возврата в Православную Церковь использовали любые предлоги, чтобы удержать униатов от возвращения в Православие: подстрекали темную толпу к выступлениям, засыпали учреждения доносами на священников, поддерживающих объединение, домогались у царя освобождения от кафедр епископов, ратующих за объединение.

    То есть, они действовали так же, как 250 лет назад их предки, навязавшие православным унию. Но времена стали иными, и эти усилия поддержки не находили.

       Ситуация близилась к развязке. 12 февраля 1839г., в Неделю Торжества Православия, в Полоцке собрались униатские епископы Иосиф (Семашко), Антоний (Зубко), Василий (Лужинский), представители низшего духовенства и светской униатской общественности.

      Они постановили обратиться от имени всей униатской Церкви государства Российского к Святейшему Синоду Православной Церкви и Российскому императору с просьбой принять их в лоно Православной Церкви.

      В единогласно принятом постановлении они сожалели, что их предки были „силой чуждого преобладания подчинены власти Римской церкви".

    Они подчеркивали свое желание „жить с этой минуты вместе с доверенными нам верующими одной жизнью со святыми восточными православными патриархами и в подчинении Святейшему Российскому Синоду". Все участники добровольно поставили под документом свои подписи.

     Через месяц, 13 марта, Святейший Синод вынес решение: „Епископов, духовенство и верующих греко-католической Церкви объединить с Православной Церковью Всероссийской".

     25 марта 1839г. в Великий четверг на документе, сообщающем царю о решении Синода, император Николай I написал: „Благодарю Бога и принимаю".

А на специально отлитой памятной золотой медали было начертано: „Отторгнутые насилием (1596) воссоединены любовию (1839)".     Но провозгласить объединение даже при явной поддержке российских властей это одно, а коренным образом переломить ситуацию в пользу православия на той же Холмщине это другое.

    В связи, с чем по распоряжению Священного Синода в 1875 году, назначение в Холмско-Варшавскую епархию - средоточие католичества и униатства, принял, - преосв. Леонтий.    (Лебединский) (1822-1893.     Эта личность так же заслуживает отдельного рассказа.

     Краткая справка:     «Преосв. Леонтий. В миру Лебединский Иван Алексеевич, родился 22 января 1822 года в семье священника селе Новая Калита, Острогожского уезда, Воронежской епархии.

     Начальное образование получил в Павловском духовном училище, а среднее в Воронежской духовной семинарии, в которой кончил курс с отличным успехом в 1843 году.

     В этом же году на публичном экзамене в семинарии присутствовал Воронежский архиепископ Антоний (Смирницкий); он так был растроган воодушевленной речью даровитого воспитанника Ивана Лебединского, что с особенным чувством благословил его и, возложив руки на голову оратора, заметно для всех присутствовавших на экзамене, прочитал какую-то молитву.

      Этот знаменательный факт был предуказанием будущего высокого назначения молодого воспитанника семинарии.

Осенью 1843 года он поступил в СПБ духовную академию.

17 мая 1847 года пострижен в монашество, 8 июня - рукоположен во иеродиакона, а 18 июля - во иеромонаха.

    По окончании академии со степенью магистра богословия в этом же году назначен профессором и помощником ректора СПБ духовной семинарии, а затем в том же 1847 году - профессором богословия Киевской духовной семинарии.

    С 20 марта 1851 года - инспектор той же семинарии.

    С 28 января 1852 года - инспектор Киевской духовной академии.

   15 февраля 1853 года возведен в сан архимандрита.

   С 30 мая 1856 года - ректор Владимирской духовной семинарии.

   С 9 июня 1857 года - ректор Новгородской духовной семинарии и настоятель Новгородского Антониева монастыря.

   С 17 мая 1859 года - ректор СПБ духовной семинарии, будучи в то же время членом конференции духовной академии и внешнего академического правления.

   13 марта 1860 г. хиротонисан во епископа Ревельского, вик. СПБ митрополии.

   В августе следующего 1861 года Преосвященный Леонтий послан был Св. Синодом на освящение новосозданного трудами известного протоиерея Иосифа Васильева в Париже храма во имя Александра Невского, которое совершено было им 30-го августа с большой торжественностью. Произнесенное при сем случае Преосвященным Леонтием слово было переведено на французский язык и напечатано.

   Преосвященный Леонтий был первый русский архиерей, который побывал в Европе; он очаровал как французов, так и русскую колонию в Париже своим умом и обаятельным обращением, которое, по замечанию очевидцев, ускорило переход в православие известного ученого аббата и доктора богословия Рене Гетте, умершего православным священником.

   В 1861-1862 гг. Преосвященный Леонтий состоял членом губернского присутствия по обеспечению духовенства С.-Петербургской епархии и председателем епархиального комитета по обсуждению вопросов программы по делам православного духовенства, председателем историко-статистического Комитета для описания С.-Петербургской епархии и Комитета для рассмотрения положения о преобразовании духовных училищ.

   20 декабря 1863 г. Преосвященный Леонтий назначен был Подольским епископом. В этой епархии он много сделал полезного. Им постепенно увеличено было содержание наставников духовной семинарии, улучшены школьный быт и обстановка воспитанников семинарии, для развития вкуса которых к церковной живописи открыт был класс иконописи.

    В 1864 году он открыл в г. Каменце училище для девиц духовного звания и преобразовал Тульчинское женское училище, незадолго перед тем открытое по инициативе известного Петербургского протоиерея В. Гречулевича, впоследствии Могилевского епископа Виталия.

   С улучшением материального быта духовенства он возвысил умственный и нравственный уровень его, уделив много внимания к искоренению следов униатских особенностей из религиозной, общественной и частной жизни духовенства.

    Своим нравственным влиянием Преосв. Леонтию удалось значительно перевоспитать духовенство Подольской епархии, хотя в письме от 20 ноября 1872 г. к своему земляку, архиепископу Тульскому Никандру он писал, что "дух шляхетства и еврейскую меркантильность в духовенстве Подольской епархии не скоро еще выкурить можно".

    Для улучшения быта и просвещения народа он много потрудился в деле устройства церковных братств, приходских попечительств, церковно-приходских школ и приютов.

    В видах ослабления католической пропаганды, он настоял на закрытии епископской католической кафедры в Каменце и католической духовной семинарии; по его же настоянию были закрыты и переданы в православное ведомство и некоторые костелы.

   При нем же и по его инициативе учреждены были эмеритура и окружные попечительства для заштатного духовенства, для вдов и сирот духовного звания.

8 апреля 1873 г. он был возведен в сан архиепископа.

    От постоянной борьбы с полонизмом, иезуитизмом и от разнообразных и непосильных трудов, Преосв. Леонтий, по его собственным словам, "измучился и здоровье испортил".   Поэтому 2 октября 1874 г. он был перемещен на Херсонскую кафедру.

    Но 16 ноября 1875 года состоялось новое перемещение его в Холмско-Варшавскую епархию, в самое главное средоточие полонизма, как испытанного стража и борца за православие.

    Ему предстояла трудная и сложная задача утвердить в православной вере воссоединившихся в 1875 году униатов с православной Церковью.

      Для этой цели и вообще, для возрождения русского духа в Холмско-Варшавской епархии и утверждения православия в Привисленском крае им увеличен был состав причтов почти во всех городских церквах.

Восстановлено много пришедших в разрушение во времена унии православных храмов, а также устроено много новых.

    В частности возобновлены в Холме и Замостье православные братства, открыто при Варшавском кафедральном соборе Свято-Троицкое братство, а Яблочинский мужской монастырь, был преобразован и возведен на степень первоклассного.

    В посаде Лесне, во времена унии бывшем центром латинской пропаганды, устроена и православная женская община.

     Кроме того, в целях возвышения умственного и нравственного уровня духовенства и авторитета его в глазах «иноверцев» - католиков и униатов преосв. Леонтий преобразовал Холмскую, бывшую униатскую семинарию по образцу русских православных семинарий, для которой, по его требованиям, выстроено новое здание в Холме.

    Здесь же вскоре открыто был духовное училище, преобразованное из бывшей причетнической школы.

      Преосв. Леонтий усилил благочинический надзор за приходским духовенством, исходатайствовал от правительства увеличение окладов жалованья духовенству.

Заботясь об умственном и нравственном просвещении народа Преосв. Леонтий восстановил церковные братства и усилил их деятельность, увеличил число церковно-приходских школ и церковно-приходских попечительств, устроил приюты при Яблочинском монастыре и Леснинской общине, усилил церковную проповедь.

    Восстановленное им в 1879 году Холмское Православное Свято-Богородицкое братство для укрепления и утверждения православия в Холмской Руси в 1885 году впервые выпустило в свет "Холмский народный календарь" с целью вытеснить из употребления в народе составленные в латинском и польском духе польские календари.

Часть 2

        С предыдущей части мы знаем, что Свято-Богородицкий Леснинский женский монастыря начал своё существование в 1885 году как Православная женская община в селе (местечке) Лесна на границе России с Австро-Венгрией ( географически это территория Польши –автор), т.е через 10 лет после того, как местным православным, была возвращена чудотворная икона Божией Матери, найденная леснинскими крестьянами 14 сентября 1683 года в лесу и отнятая у православных католическим духовенством.

      
В 1863 году паулины покинули Лесну, а в 1875 году костёл и Леснинская икона были переданы православным.

       Желая укрепить православие в области, населённой католиками и униатами, преосв. Леонтий решил учредить там монашескую общину и передать ей во владение и храм, и икону.

      Но идею основания православной женской обители, а затем на ее основе, женского монастыря реализовать неудалось, если бы преосвященный Леонтий не выбрал и не поручил это дело московской графине Евгении Борисовне Ефимовской , известной ему, своими публикациями на богословские темы, православной педагогической деятельностью и желанием послужить Богу в монашестве. Она считала, что православное воспитание и образование детей должно осуществляться в монастыре.

    Е.Б. Ефимовская, совместно с верной подругой и соратницей дворянкой Косаковской Наталией Григорьевной, и приняли решение об учреждении Леснинской православной женской обители.

    Чтобы понять, почему две высокообразованные и материально обеспеченные русские дворянки, из высшего сословия, отказавшись от обеспеченной жизни и решили создать православную женскую обитель, в чуждой православной религии католической Польше, нам надо, прежде всего, ознакомится с их биографиями.

     Но перед этим небольшое, но важное отступление.

    Современному читателю наверно мало, что говорит само понятие –православная женская община.

     А женские общины - одно из уникальных явлений в истории российского монашества.

    Женские общины первоначально возникали помимо воли государственной и церковной власти по инициативе самих женщин, и зачастую только спустя несколько десятилетий государство признавало их право на существование.

   Так, например, Дивеевская и Арзамасская Алексеевская общины Нижегородской епархии были признаны государством через 60 с лишним лет с начала своего фактического существования.

    К моменту признания в Арзамасской Алексеевской общине насчитывалось около 500 человек. Это явление в России было распространено только среди женской части общества.

    Жизнь в женской общине организовывалась по монастырскому уставу, но без пострижения.

     Женские общины впервые получили юридическое признание в 1842 г., когда были "приняты под покровительство Духовного и Гражданского начальств" и "высочайше утверждены" Нижегородские общины в Дивеево, Арзамасская Алексеевская и Зеленогорская (через 60 и более лет своего фактического существования).

    Все "женские общежития" в то время жили по "Правилам", составленным митрополитом Московским Филаретом для аносинских сестер.

    Согласно "Правилам", общежитие являлось пристанищем для женщин из бедных семей ("отягченных бедностью").

     Все, что производилось сестрами, должно было передаваться в "общую пользу общежития".

      День начинался с восходом солнца и проходил в молитве и работе. Покидать общежитие без разрешения запрещалось.

       После захода солнца никого из посторонних принимать было нельзя.

    Строго запрещалось петь светские песни и читать светские книги. Сестрам предписывалось избегать суетных разговоров, ссор и гнева, соблюдать молчание во время общей молитвы и во все 4 поста исповедоваться и приобщаться Святых Тайн.

      Особенно стремительный рост женских общин и монастырей был связан с "высочайше утвержденным определением Синода" от 9 мая 1881 г., по которому не требовалось высочайшего разрешения на учреждение тех монастырей и женских общин, которые не испрашивали пособия от казны. Право учреждать такие общины и монастыри передавалось Синоду».

         Основательницы общины:

1. Московская графиня Евгения Борисовна Ефимовская (1850 - 1925)     Родилась 28 августа в Москве.

    
Закончила Московский университет. В 19 лет графиня Ефимовская блестяще сдала экзамен по русской литературе при Московском университете, и стала стать учительницей. У женщин того времени была только две возможности получить в России высшее образование - стать учительницей и доктором.

      Первую педагогическую практику Е.Ефимовская получила, работая светской учительницей в Велико-Будищском монастыре на Полтавщине.

      А затем, в Москве ею была, открыла школа для девушек из бедных семей. Она была знакома со многими писателями, сблизилась с семьей Аксаковых, являясь активной сторонницей популярной тогда идеи славянофильства. Увлекалась поэзией и ее стихи печатались в журналах "Русский вестник", "Русь".

    В своей педагогической деятельности Е.Ефимовская вместе с другим своим единомышленником С. А. Рачинским наряду с общеобразовательным курсом, в преподавании делала упор на Закон Божий и историю Церкви.

      Сама Ефимовская так же углубилась в изучение богословских наук.

     По этим вопросам она вела обширную переписку с известными церковными иерархами: архиепископом Леонтием, архиепископом Амвросием, Митрополитом Антонием (Вадковским), епископом Антонием (Храповицким). Результатом этого сотрудничества, явился ее печатный труд "О диакониссах". Еt перу принадлежит и ряд богословских брошюр.

    Взгляды Е.Ефимовской на монашество выразились в статье "Монастырь и христианский аскетизм".

   По данной проблеме Евгения Борисовна опиралась на точку зрения святого Иоанна Кронштадтского, наставлявшего ее в это время.

    Духовная писательница подчеркивала: побольше дела, поменьше самолюбования и возни с собой. И сам Иоанн Кронштадский так же одобрил планы Е.Ефимовской на создание женской обители и впоследствии оказывал ей посильную поддержку.

    Но прежде чем прибыла из Москвы в Лесну, 20 октября 1885 года Е. Ефимовская, посетила Оптинского старца Амвросия (в миру Александр Михайлович Гренков, 1812-91 один из 6 известных мудростью оптинских старцев впоследствии канонизированы как святые),

          Вот примеры его нравственно-философских наставлений.

         Мы должны жить на земле так, как колесо вертится, — чуть только одной точкой касается земли, а остальными непременно стремится вверх.

       Царствие Божие не в словах, а в силе; нужно меньше толковать, больше молчать, никого не осуждать, и всем мое почтение.

        Креста для человека (т. е. очистительных страданий душевных и телесных) Бог не творит.   И как ни тяжек бывает у иного человека крест, который несет он в жизни, а все же дерево, из которого он сделан, всегда вырастает на почве его сердца.

      Без благословения старца Амвросия в те годы браться за исполнение своего смелого замысла - создать монастырь нового типа, «деятельный» (миссионерский – то есть такой, который вёл бы широкую просветительскую деятельность: строил бы школы, больницы, приюты, и сёстры работали бы в них,  было нельзя.

     Потому, что старец Амвросий был не только широко известным в России и всеми почитаемым иноком, но и потому, что у него был опыт создания женских обителей, а это для Е.Ефиминской было решающим аргументом.

         Старец свое благословение дал: «Новый монастырь - по-новому и устрой».Благословение на создание общины в Лесне дал и св. прав. Иоанн Кронштадтский (Иван Ильич Сергиев, 1829-1908).

        Краткая справка: Иоанн Кронштадтский  (собственно Иван Ильич Сергиев, 19 (31) октября 1829, Сура,      Архангельская губерния — 20 декабря 1908 (2 января 1909), Кронштадт) — священник Православной Российской Церкви, протоиерей, настоятель Андреевского собора в Кронштадте; проповедник, духовный писатель. Член радикальной националистической организации «Союз русского народа».

           Был канонизован в Русской Православной Церкви заграницей в 1964; впоследствии, в 1990 году, Русской православной церковью.

         Реальность, с которой встретилась Евгения Борисовна по прибытии на Холмщину, не давала никаких надежд на исполнение её планов.

          Местное население вопреки всем усилия преосвящего Леонития ( см. ч.1 этой работы –автор), состоявшее из униатов и католиков, относилось к православным враждебно.

         Первоначально община обосновалась в одном из зданий в здании бывшего католического монастыря – хлебном амбаре.

       Община не имела ни земельных угодий, ни капитала. Насельницы (их вначале было только пять (сестер) и несколько девочек-сирот.

       Несмотря на трудности, графиня Ефимовская, вскоре постриженная в монашество с именем Екатерины, не теряла присутствия духа - сама убирала по ночам церковь (службы начинались в 4 утра), пела на клиросе, канонаршила, работала на ферме и в поле, ездила в Москву, где обходила кухни богатых купцов, добывая средства для пропитания сестёр и сирот.

       Непросто приходилось вести общину, где священником был отец Матвей. Подвижник, не щадящий ни себя, ни других, он начинал службы в четыре часа утра и требовал присутствия на них всех сестер.

    Начальное обустройство обители сопровождалось многими трудностями. Окрестные жители, настроенные враждебно к Православию, встретили монахинь с недоверием и неприязнью.

      Сестры лишались из-за отсутствия средств нередко самого необходимого, но не унывали.

     Сами заготавливали дрова, носили воду, топили печи, справляли всю черную работу. И когда кончались средства к существованию - твердое упование на Бога не покидало сестер.    Община укреплялась молитвами, трудами и слезами. В 1889 году она насчитывала уже несколько десятков монахинь и началась подготовительная работа по преобразованию в общежительный монастырь.

      26 августа 1889 года женская община обители была преобразована в Леснинский Свято-Богородицкий общежительный монастырь, а инокиня Екатерина стала игуменьей

Постепенно община приобретала известность, что увеличивало пожертвования, и наконец, Священный Синод и правительство стали субсидировать благотворительные начинания обители

       2. Косаковская Наталья Григорьевна    Игумения Нина       Дочь председателя Виленского окружного суда поступила в монастырь в 1899 году, против воли отца, перед этим поставив на ноги после смерти матери братьев и сестёр.

      
Пережив несколько тяжёлых операций из-за хронического туберкулёза спинного мозга, Матушка Нина с трудом передвигалась, но при этом обладала неисчерпаемой энергией и работоспособностью.

      Сначала она состояла ризничей, но вскоре, в качестве казначеи, стала заведовать монастырской экономикой - от сельского хозяйства и строительства до больничного дела и благотворительности.

      В 1907 году, по ходатайству Матушки Екатерины, которая желала уйти на покой и заниматься исключительно духовной деятельностью, казначея Нина была определена Священным Синодом в сан игумении, но обстоятельства сложились так, что монастырём пришлось управлять вдвоём до самой кончины Матушки Екатерины в 1925 году.

                          Развитие монастыря до революции 1917г.   

                               (Деятельный монастырь» (1889-1915)

              26 августа 1889 году Леснинская православная женская община была преобразована в Свято-Богородицком Леснинский женский монастырь, кипела духовная и хозяйственная жизнь.

             Были разведены и устроены «правильнее» с точки зрения садоводства, фруктовые сады, построены паровая и ветряная мельницы.

            Были проведены работы по осушению болота, создав таким образом леснинские пруды, и на них поставили на рыбоводство.

           Заведен так же племенной скот, создано свиное, куриное и кроликовое хозяйства, и даже организовали коммерческое производство шелковичных червей.

          Так же были, открыли всевозможные мастерские, кирпичный завод, макаронная фабрика, пекарня и кондитерская. Сами монахини так же вышивали, ткали холсты, иконы и чеканили.

          Был при монастыре и свечной завод, снабжавший своей продукцией всю епархию.

Все работы, не требовавшие мужской силы, производили сами сёстры, которые научились даже обслуживать ветку железной дороги, проведённую в Лесну!

       Основанный при монастыре Сиротский приют и основанная при нем школа, превратились в непрерывный цикл учебных заведений для младшего, среднего и старшего возраста.

     Учительницами в них становились выпускницы девятилетней церковно-учительской семинарии, а учениками - приютские и окрестные дети.

    Были созданы различные профессиональные школы, в том числе - высшее сельскохозяйственное женское училище, куда тоже принимали местных жителей.

       В монастыре так же была построена больница с амбулаторией для приходящих больных, аптекой и прекрасно оборудованной операционной.

      В фармацевтической лаборатории, которой заведовал специалист, делали лекарства из трав, выращенных в собственном ботаническом саду.

      Лечили в больнице и обеспечивали лекарствами и не только сестёр, но и всё окрестное население - безвозмездно.

       Настороженность и враждебность населения сменились на полное доверие к сёстрам.

Собственно Леснинский монастырь стал именно таким, каким его видела в своих мечтах графиня Ефимовская: «деятельным», крупнейшим в Холмско-Варшавской епархии культурным и просветительским центром.

     А если говорить с позиций дня сегодняшнего, то этот монастырь был непревзойденным культурным и просветительским центром во всей в Российской империи. Нет ему аналога и доныне.

    Хотя обитель весьма способствовала росту материального благосостояния Холмщины, основной смысл просветительской деятельности леснинских сестёр заключался, конечно, не в этом, а в заботе о духовной культуре народа.

    Жизненным центром Лесны был храм, точнее, несколько храмов, среди которых главными были великолепный собор, посвящённый Воздвижению Креста Господня (в этот день, 14 сентября, была найдена Леснинская икона), и храм Святой Троицы, построенный над целебным источником, который забил рядом с деревом, где нашли икону.

    Леснинский монастырь имел шесть храмов. Во-первых, главный, четырехпрестольный собор в честь Воздвижения Креста Господня, в котором находилась Чудотворная Икона Божией Матери. Здесь с правой стороны имелся придел во имя преподобного Сергия Радонежского и Леонтия Ростовского, с левой — придел во имя Афанасия игумена Брестского. Стоял в обители и храм в честь Святой Троицы, имевший внутри колодец, который образовался на том месте, где росла груша, в ветвях какой явился Чудотворный Образ.

      С одной стороны этого храма была пристройка с емкостями целебной колодезной воды и окошками, в которые ее отпускали прихожанам. С другой стороны Троицкой церкви тянулся ряд будочек-исповедален.

      Еще один храм — во имя мучеников Антония, Иоанна и Евстафия — был небольшим. В одном из монастырских домов находилась зимняя церковь во имя мучениц Софии, Веры, Надежды и Любови. А при сельскохозяйственной школе помещалась церковь в честь Введения во Храм Пресвятой Богородицы. Однако эти храмы не могли вместить всех молящихся по большим праздникам, на которых здесь иногда бывали десятки тысяч человек.

        Чтобы выйти из положения, игуменья Екатерина основала своеобразный храм на монастырском лугу.

         На высоком каменном фундаменте, служившим склепом, поставили небольшую бревенчатую церковку со сплошными по стенам окнами. В ней был только алтарь и небольшие клироса для певчих.

           Через открытые окна службу видели далеко окрест, как и слышали священников. При выносе Святых Даров причащающиеся попарно поднимались к ним по одной боковой лесенке и спускались по другой. По сути дела, царил здесь распахнутый на все стороны алтарь, а куполом было небо.

           Праздники Воздвижения Креста Господня и Святой Троицы привлекали в обитель до 30 тысяч паломников, так что храмы не могли вместить всех, и службы совершались на открытом воздухе.

          Кроме того, Матушка Екатерина способствовала и созданию новых монастырей на Холмщине, посылая группы сестёр во главе с более опытными монахинями в окрестные сёла, где возникали новые «деятельные» обители.

            Монастырь пользовался особым вниманием и покровительством Августейшей Семьи.

Государь Император и Государыня нередко приглашали Матушку Екатерину посетить их, жертвовали на развитие монастыря крупные суммы, а также сами нанесли с семьёй два визита в обитель.

           В 1915 году в монастыре было 500 сестёр и 700 детей. Монастырь имел подворья в Петербурге, Холме, Варшаве и Ялте

Тем не менее, автор обращает внимание читателя на тот факт, что территория нынешней Польши, в то время была имперской окраиной и появление там нового и сильного монастыря миссионерского типа свидетельствует о том, что монастырь был носителем русской идеи и русского языка.

           То есть наряду с распространение православия среди польско говорящего, коренного населения насаждался и русский язык.

            Просветительскую и благотворительную деятельность знали власть предержащие в Варшаве, Москве, Петербурге. Отовсюду леснинским сестрам шла помощь, что от богачей и интеллигенции, что от простых верующих.

             С момента основания Леснинской обители щедрым ее благотворителем был отец Иоанн Кронштадтский.

              Перед прибытием сюда в 1899 году всероссийского молитвенника тысячи народа стеклись в Лесну для принятия от него благословения.

            Он благословил тружениц обители на дальнейший подвиг и исцелил многих приехавших сюда больных.

             Тогдаже Св. Иоанн Кронштадтский утверждал, что из Леснинской обители как из пчелиного улья будут вылетать рои.

              И в этом пророчестве по поводу монастыря, он не ошибся: в Краснотоке, Вирове, Теолине, Радечнице, Зодуленце, Кореце отпочковались от Лесны новые женские монастыри, а после эмиграции монахинь в Югославию и там образовывались из нее сербские женские обители.

              Исключительное внимание проявляли к Леснинскому монастырю Государь Император Николай II и Государыня Александра Федоровна.

Августейшая чета особенно благоволила игуменье Екатерине, происходившей из рода Рюриковичей.

             Впервые Царственные супруги побывали в Лесне в августе 1900 года, о чем газеты писали:

            “... После трапезы Их Величества подробно осматривали монастырские храмы и здания, наиболее продолжительное время, пробыв в школе, где от воспитанников и воспитанниц приняли изготовленные ими вещи: изящный пресс в форме токарного станка и три пары искусно изготовленных плетеных туфель, предназначенных для Великих княжон: Ольги, Татьяны и Марии.

            Многочисленная толпа народа все время неотступно провожала Царя и Царицу, окружив их тесным кольцом.

           Их Величества осмотрели красиво расписанную снаружи Воскресенскую церковь, построенную в русском стиле, и монастырскую больницу. А затем, прибыв к воротам, где стояло местное духовенство с чудотворной иконой Божией Матери, благоговейно приложились к этой прославленной и народом горячо почитаемой святыне.

            Отъезжая из Леснинского монастыря, Государь собственноручно изволил пожаловать Игуменьи Екатерине драгоценный крест, украшенный камнями, а на нужды монастыря еще 5. 000 рублей...”

            Государь с Государыней неоднократно посещали Лесну, где молились в монастырских храмах и пили воду из благодатного колодца на месте обретения Чудотворной Иконы.

             В Петербурге было открыто подворье Леснинского монастыря.

Проникновенной взаимностью отвечали Императору с Императрицей монахини-леснянки.

             Во время революционных волнений 1905 года в Западном крае империи распространялись слухи, будто Царь с Царицей и сам отец Иоанн Кронштадтский отступили от православия, поэтому при якобы намеченном земельном разделе крестьяне, оставшиеся православными, земли не получат.

             Матушка Екатерина собрала депутацию заволновавшихся крестьян и повезла их в столицу за правдой. Они оказались в царском дворце вскоре после Пасхи и на аудиенции в кабинете Государя старший из крестьян “проверил” Августейшую чету возгласом:

— Христос Воскресе!

Государыня ответила, как положено:

— Воистину Воскресе.

Старик обратился к Государю:

— Правда ли, что ты, Царь-батюшка, уже неправославный?

Государь Николай Александрович перекрестился и сказал:

— Нет, это враги нашей Церкви и Родины распространяют такие слухи. А я как был, так и буду верен православной вере.

          В своем рескрипте выдающейся настоятельнице Леснинской обители игуменье Екатерине 12 октября 1907 года Государь писал:            “Мать Игумения Екатерина! Покинув мир и посвятив себя служению делу Божию, вы в 1885 году возымели намерение основать в селении Лесна Седлецкой губернии церковную женскую общину для достижения религиозно-просветительных и благотворительных задач в среде местного населения...

             Ваш добрый пример нашел себе ревностных последовательниц, и трудами их, по образцу Леснинской общины, уже созданы две общины — Вировская и Радечницкая, впоследствии также обращенные в монастыри, и монастыри: Теолинский, Краснотокский и Березвяческий. Все они, будучи проникнуты общим единодушным настроением, делают в крае истинно-христианское православно-русское дело, служа твердым оплотом к укреплению веры и русского народного самосознания...”

            В 1908 году, собираясь принять схиму, матушка Евгения сложила с себя настоятельство и передала его своей верной соратнице, незаменимой помощнице, казначею монастыря матери Нине.

           Перед Первой мировой войной в Леснинском монастыре было свыше четырехсот монахинь и ста служащих, на попечении которых находилось 700 детей, начиная с полугодовых малышей.

           В 1915 году русские войска отошли за реку Буг — монастырю тоже пришлось эвакуироваться вглубь Империи.

ч.3

                                     Монастырь в эмиграции.

 

         Но настали тяжкие времена и в тихую и мирную, жизнь Свято-Богородицкого Леснинского женского монастыря и планы игуменьи Екатерины, вмешалась война.

И не просто война, а Первая мировая война (28 июля 1914 — 11 ноября 1918) — один из самых широкомасштабных военных конфликтов в истории.

         
В Российской империи эту войну (между 1914-1917г.г.) называли Второй Отечественной, а также неформально — германской; затем в СССР — империалистической войной.

          Но вышла из войны Россия уже республикой, хотя в виду большевистского переворота в октябре 1917г., войну эту проиграла полностью и незамирившись до конца, попала в новою, уже Гражданскую войну…

         Непосредственным же поводом к войне послужило Сараевское убийство 28 июня 1914 года австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда девятнадцатилетним сербским студентом Гаврилой Принципом, который являлся членом тайной организации «Млада Босна», борющейся за объединение всех южнославянских народов в одном государстве.

         Война разворачивалась на двух основных театрах военных действий — в Западной и Восточной Европе, а также на Балканах и в Северной Италии, в колониях — в Африке, в Китае и даже в Океании.

         В 1914 году все участники войны собирались победить путем решительного наступления, никто не ожидал, что война примет затяжной характер, и что не одна империя в итоге престанет существовать.

       Инициатор войны Германия отправила основные силы на западный фронт, надеясь быстрым ударом разгромить Францию, а затем разделаться с ее союзницей Россией. Всвязи с чем 01 августа 1914г. Германия объявила войну России.

       Чтобы понять патриотический порыв населения и российской армии и флота, накануне этой войны, хочу в качестве иллюстрации, привести один официальный документ.

       В связи с объявление Германии войны 01 08.1914г. адмирал Н.О. Эссена обратился к личному составу Балтийского флота с приказом. Вот этот документ. Он был зачитан перед строем на всех кораблях и в частях Балтийского флота:

              "Офицеры и команда!

      С этого дня каждый из нас должен забыть все свои личные дела и сосредоточить все свои помыслы и волю к одной цели – защитить Родину от посягательства врагов и вступить в бой с ними без колебаний, думая только о нанесении врагу самых тяжелых ударов, какие только для нас возможны.

     Война решается боем. Пусть каждый из вас напряжет все свои силы, духовные и телесные, приложит все свои знания, опыт и умение в день боя, чтобы наши снаряды и мины внесли бы гибель и разрушения в неприятельские боевые строи и корабли.

    Неприятель имеет большую силу и опыт – наши ошибки, наши слабые стороны он немедленно использует, – надо стремиться, чтобы их было меньше.

    Помните, что единственная помощь, которая должна оказываться друг другу в бою, заключается в усилении атаки противника, напряжении с целью нанести сильнейшие удары ему, используя для этого все свои силы и боевые средства.

    Да исполнит каждый из нас величайший долг перед Родиной – жизнью своей защитит Ее неприкосновенность и да последует примеру тех, которые двести лет назад с Великим императором своими подвигами и кровью положили в этих водах начало нашему флоту

              Адмирал фон-Эссен".

          Но, события на войне развивались своим чередом. И постепенно патриотический порыв утих. В очередной раз забросать немцев «шапками» не удалось…

            В первый год войны «победы» были на стороне Германии и ее союзников.

4 августа германские войска вторглись в Бельгию и Люксембург, 13 августа была взята крепость Льеж, 20 августа был занят Брюссель, а 24 августа взята крепость Намюр.

14-24 августа состоялось пограничное сражение на французской границе в Арденнах, а также у Шарлеруа и Монса.

           В нем франко-английские войска потерпели крупное поражение, и немцы продолжили вторжение во Францию, подойдя на расстояние 50 километров к Парижу.

          В сентябре 1914 произошла первая битва на Марне, в которой французам удалось переломить ход боевых действий и отбросить немецкие войска на фронте от Вердена до Амьена на 50-100 километров назад, чему способствовала переброска нескольких германских корпусов с Западного фронта в Восточную Пруссию против вторгшихся туда русских армий. После этого произошел так называемый бег к морю — установление линии фронта до Северного моря.

         На восточном фронте произошло два крупных сражения: Восточно-Прусская операция 1914 года и Галицийская битва.

На сербском фронте дела шли для австрийцев неуспешно. Несмотря на большое численное превосходство, им удалось занять находившийся на границе Белград только 2 декабря, но 15 декабря сербы отбили Белград и выбили австрийцев со своей территории.

       Перезимовав и перегрупировав силы в мае 1915г. германо-австрийские войска, сосредоточив превосходящие силы в районе Горлице, прорвали русский фронт. Об этом не любят писать русские историки, что дореволюционные, что нынешние. Но факт разгрома русские войск остается фактом.

        После этого началось «общее стратегическое отступление» русской армии из Галиции и Польши.

        23 августа 1915 Николай II принял на себя звание Верховного главнокомандующего, назначив Николая Николаевича командующим Кавказским фронтом. Начальником штаба ставки верховного главнокомандующего был назначен М. В. Алексеева.

       Тогда, же было принято решение об эвакуации из Польши, всех органов власти, государственных предприятий и т.п.

       В эвакуацию, решили отправить и весь Свято-Богородицкий Леснинский женский монастыря со всеми монахинями, и сиротами-воспитаниками, дабы не подвергать их тяготам войны и оккупации.

       И, само собой разумеется, монахини поехали в эвакуацию с главной своей святыней - Леснинской иконой Божией Матери. Чудотворную икону разместили на Санкт-Петербургском подворье монастыря, но все сёстры не могли там разместиться.

       Пришлось разделится. Одни нашли приют в Новодевичьем Воскресенском монастыре, а другие в Свято-Иоанновском.

      Еще часть монахинь уехали в «глубокий тыл» - Понетаевский монастырь Нижегородской губернии.

     Когда в Петербурге в феврале 1917 года произошло отречение Николая II и власть в Российской республике перешла в руки Временного правительства сестры, находившиеся в Петроградских монастырях, решили перебраться из центра «революции» в спокойную и « солнечную» Бессарабию.

     17 августа 1917 года все находившиеся в Петрограде монахини уехали в Кишинёвскую епархию, по приглашению Владыки Анастасия, епископа Холмского, уже там обосновавшегося.

       Он предоставил леснянкам Шапкинский монастырь на реке Днестр в Бессарабии.

Вначале жизнь сестер там протекала мирно, но с развалом румынского фронта начались грабежи.

    Когда установилась румынская власть, грабежи прекратились, но возникли новые сложности: власти потребовали, чтобы сёстры приняли румынское подданство и чтобы церковная служба шла на румынском языке.

    Не желая согласиться с этими требованиями, руководительницы монастыря матушки Екатерина и Нина предпочли увезти сестёр в Сербию (Напоминаю, с 1907 по 1925 год монастырём руководили две игуменьи: Матушка Екатерина была духовной воспитательницей сестёр, а Матушка Нина – администратором - автор).

    Переезд в Сербию стал возможным благодаря приглашению сербского короля Александра и сербских церковных властей. и состоялась.

    Осенью 1920 года на речной барже, 62 леснинские монахини, прибыли в Белград, вывезя с Бессарабии свою главную святыню Икону Божией Матери.

Им сначала предоставили во владение Кувеждинский монастырь, а потом - древний монастырь Хопово, на Фрушкой горе, в котором они спокойно прожили больше 20 лет, до Второй мировой войны.

     Несмотря на трудности эмигрантского существования в Сербии, леснянкам удалось восстановить в изгнании некоторые из своих традиций: в 1920 году в Хопово открылся сиротский приют, за 20 лет через любящие руки хоповских сестёр прошло более 500 детей.

       Обитель стала пополняться новыми послушницами - и русскими, и сербками.

Надо отметить, что приглашая русских монахинь, в том числе и леснинских сестер в Сербию, Архиерейский Собор Сербской Православной Церкви надеялся на их помощь в восстановлении женского монашества в Сербии, исчезнувшего за время турецкой оккупации.

     В Хопово родилась и новая традиция, определившая главную задачу монастыря на многие годы в изгнании, - стать духовной опорой и «уголком отечества» для русских эмигрантов.

    Непосредственный свидетель этих событий Митрополит Евлогий Георгиевский в своей книге «ПУТЬ МОЕЙ ЖИЗНИ» так описал этот период жизни монастыря.

«Прибытие Леснинского монастыря имело для Сербии большое значение. Дело в том, что сербское женское монашество уже давно умерло.

    За последние века в Сербии не было ни одного женского монастыря, и сербы стали считать это вполне нормальным явлением. "Наши сербские женщины неспособны к монашеству", – говорили мне некоторые сербы из мирян. Действительность это суждение опровергла, монашество возникло вновь, лишь только появились женщины, способные к организации монастырей.

    Монастырь в Хопове, куда направили леснинских монахинь, был отдан им не в собственность, а на правах пользования церковным имуществом; так велось хозяйство и в других монастырях в Новой Сербии, т.е. в областях, которые достались Сербии после войны.

     Хозяйственной эксплуатацией их ведал эконом, представитель патриархии. Монахини работали в виноградниках, садах и огородах. Часть доходов оставалась в монастыре для удовлетворения потребностей монашеского общежития, все остальное отсылалось в патриаршую казну. Монастыри в Сербии рассматривались как доходная статья. Это положение дела сказывалось на подборе: во главе обителей стояли обычно хозяйственные, деловые монахи.

     Хопово быстро сделалось центром духовно-религиозной жизни. Монастырь стал привлекать паломников, потянулась к нему сербская и русская, главным образом интеллигентная, молодежь.

       О.Алексей Нелюбов, священник обители (мой земляк-туляк), пастырь прекрасной духовной жизни, привлекал в Хопово многих и вскоре стал любимым духовником притекавших в Хопово молодых интеллигентных паломников и паломниц. М.Екатерина, просвещенная и глубоко религиозная игуменья, всегда умела влиять и воодушевлять молодежь, и к ней тоже потянулись юные души, взыскующие руководства на путях духовной жизни».

      «К сожалению, экономическая система управления монастырем ограничивала м.Екатерину и расширяться ей было трудно.

          Она приняла в Хопово несколько сербок. Создалась сербская группа во главе с сербкой м.Меланией; вследствие разности понятий и нравов слиться с русским монашеским ядром сербки не смогли, к ним примкнуло несколько русских монахинь, и обособившаяся группа основала новый монастырь "Кувеждин", сербский.

         Одновременно стараниями епископа Досифея в Нишской епархии организовались кое-где маленькие сербские монастырьки. В одном из них подвизалась м.Диодора, круглый год ходившая босиком. Отсюда женское монашество перекинулось в другие епархии – словом, погибшее в Сербии женское монашество ожило».

Матушка Екатерина скончалась в 1925 году. Похоронена она в Хопово, где в 1946 году её мощи были обретены  нетленными.

        И с этого времени и до 1949г. все тяготы настоятельства несла на своих старческих плечах неутомимая и в тяжком недуге игуменья Нина (у неё был хронический туберкулёз спинного мозга).

        Ради объективнотсти, надо отметить, что в результате Первой мировой войны и крушения Российской империи Польша, наконец, стала независимой страной!          Вот, что сообщается в официальной польской истории Леснинской Божия Матери, культ которой был возрожден в католической Польши и продолжает в настоящее время развивается:

И тут наша история с обретением иконы Леснинской Божией Матери получила новое неожиданное продолжение.

 

        «После получения независимости в храм вернулись монахи паулане.

После длительных поисков в 1926 году, был отыскан образ, скрытый в монастыре сестер Бенедиктинок в Ломжи.

         Допросы показали, что последний епископ католического Янова – Бениамин Сзимански, большой почитатель самой Святой Девственницы, предусматривая политические репрессии после восстания 1867г., скрыл оригинал Матери Божьей Леснианской от русских властей в монастыре г. Ломжи, в боковом алтаре.

       Епископ умер, единственная посвященная аббатиса монастыря также, и как бы след иконы пропал, если бы не интенсивные поиски.

       Поэтому в 1927г. было принято решение о восстановлении культа Леснинской иконы Божией Матери.

        И вот 22 мая 1927 г. вышла из Сиедлеца необычная процессия, сам епископ вместе с толпой верных пешком принесли замечательный образ к Лесной.

          Процессия шла 3 дня, от 22 до 25 сентября 1927г.

В торжестве возвращения Божьей Матери принимало участие около 30 тысяч лиц. 

          Востановленный Леснинский храм стал любимым местом культа для жителей Холмщины, а Леснинская Божия Матерь оплотом их веры и единства с церковью.

         В дальнейшем культ Божьей Матери развивался в Лесной еще больше.

Так в августе 1963r в знак почитания икона была украшена 2 папскими коронами и торжественную коронацию иконы, осуществил кардинал Стефан Висзински, тогдашний Польский примас.

       Особенное оживление культа Божьей Матери отмечается с 1980 года.

К иконе Матери Божьей Леснианскией паломничают люди со всей Польши, доверяя ей свои хлопоты и жизненные проблемы».

     В 1981 году был утвержден специальный формуляр для храма с присвоением через Апостольскую Столицу иконе Божьей Матери нового названия – Мать Единства и Веры.

В 1983 г. в Лесной было отмечено 300-летие появления Божьей Матери.

По этому случаю в 1984г. святилище Леснянское было поднято в ранг Малой Базилики.

         Таким образом, возникает двойственное, и пока неразрешимое противоречие!     И сели не равные. Авторитет Римско-католической церкви и насельницы женского монастыря принадлежащего к Русской истинно православной церкви.

Леснинские сестры утверждают, что подлинная икона Божией матери все время хранилась в их монастыре и сейчас там находится. И это не оспаривается ни одной из православных конфесий.

       Поляки в свою очередь заявляют, что они владеют подлинной иконой Леснинской Божией Матери и подтверждают его документами, свидетельствами очевидцев и т.п..

И католическая церковь активно пропагандирует культ Леснинской иконы Божией Матери – «Мать Единства и Веры».

 

      Для тех, кто впервые узнает о ее существовании -краткая справка:

Русская Истинно-Православная Церковь (другое ее название – Катакомбная Церковь) как ветвь Поместной Российской Церкви организационно начала свое формирование в кон. 20-х – нач. 30-х гг. ХХ в.

      Она образовалась в результате отказа большинства епископата и духовенства Русской Церкви от сотрудничества с коммунистическим богоборческим режимом в СССР, на что пошла прообновленческая группа, возглавляемая митрополитом Сергием (Страгородским).

     В результате учиненного митр. Сергием под руководством ОГПУ-НКВД раскола, в СССР с того времени существовали параллельно официальная (“советская” или “красная”) церковь, которая в 1943 г. по приказу Сталина была оформлена в “Московский патриархат”, и независимая от богоборческого режима Истинно-Православная Русская Церковь (ИПЦ).

    Последняя в результате жестоких репрессий и преследований вынуждена была перейти на нелегальный способ служения, отчего у нее появилось другое название – Катакомбная Церковь.

         Но вернемся к продолжении непростой истории русского Свято-Богородицкого Леснинского женского монастыря.

          В начале Второй мировой войны Хоповской обителью завладели хорватские солдаты бывшие союзниками немцев. Эксплуатировавшим и притеснявшим сестёр, пытавшимся изгнать их из Хопово осенью 1942 года.

         Весной следующего года, притеснения начались уже от коммунистически настроенных сербских партизан, которые сожгли обитель, выгнали сестёр и пытались даже утопить их в реке.

        В 1943 году немецкие оккупационные власти с целью защиты монастыря от партизан, эвакуировали сестёр в Сербию.

Прибыв в Белград, они сначала были в карантине в богословском общежитии, а потом их переселили на окраину города и поместили в двух комнатах старческого дома.

       Жизнь сестёр в Белграде была бедной и трудной - и во время и после войны, под властью коммунистов.

      Старенькие и немощные пряли шерсть и вязали, оставаясь дома, а более сильные работали прислугами в русских и сербских семьях, ухаживали за больными, давали уроки и пекли просфоры для всего Белграда, отдавая заработок на содержание обители.

       В 1944 году сёстры перебрались в центр города, в богословское общежитие, где пережили несколько страшных бомбардировок.

      Потом началась тяжёлая жизнь под властью югославских коммунистов, которые несколько раз пытались выгнать сестёр из общежития.

      Обитель продолжала существовать, пользуясь большой любовью и русских, и сербов и сохраняя монастырский устав в безбожной стране.

      В монастыре ежедневно служили молебен перед чудотворной Леснинской иконой о помощи всем скорбящим и гонимым.

       Жизнь насельниц отягощалась ещё и тем, что за ними был установлен надзор полиции.

     В дальнейшем, рассорившись с советскими коммунистами, сербские власти стали преследовать и высылать в СССР сначала русских советофилов, а потом и всех русских без разбора.

     Престарелая игуменья Нина, до самой своей кончины в 1949 году, мужественно сопротивлялась властям, и монастырь был прибежищем для тех, кому коммунисты угрожали тюрьмой в Белграде или вывозом в СССР.

        Монастырские хроники так описывают случаи заступничества, и помощи сестрам со стороны Божией Матери.        «Во все годы скитаний, с самого момента отъезда с Холмщины в 1915 году, Леснинская икона всегда была с сёстрами.

 

         В самых, казалось бы, отчаянных ситуациях, когда монастырю грозило уничтожение, а самим сёстрам - смерть, они молились перед чудотворной иконой, и Царица Небесная всегда приходила на защиту. Таких ситуаций было много.

        В канун Покрова 1942 года хорваты хотели выгнать сестёр из Хопово и уже отвезли некоторых на станцию, но оставшиеся в монастыре провели ночь в молитве, и наутро пришёл приказ немецких властей: всех вернуть в монастырь.

       С тех пор неизменно весь монастырь причащается в день Покрова Пресвятой Богородицы, в память чудесной защиты Божией Матери.

        В среду на Страстной в 1943 году обитель сожгли и во время пожара бессовестно ограбили сербы-коммунисты, но храм, иконы и церковную утварь удалось спасти, а сестёр вывезли и приютили православные сербы из соседнего села.

       Весной 1944 года общежитие, где жили сёстры в Белграде, по их молитвам, уцелело среди страшных разрушений в обширном районе во время американских бомбардировок.

При выезде из Югославии в августе 1950 года, Леснинскую икону едва не отняли коммунисты - дважды: в Белграде и на границе страны, но по горячим молитвам сестёр, которые готовы были отказаться от переезда, если икона не поедет с ними, совершалось чудо и на древнюю икону налепляли пропускной билет».

        Смерть игуменьи Нины, (похороненной в Белграде) и возникшая опасность в 1949 году-высылки монахинь из Югославии в СССР выдвинула на первый план, новую талантливую и мужественную руководительницу монастыря..

        После смерти игуменьи Нины в 1949г., третей игуменьей монастыря стала княгиня Нина Николаевна Львова (после принятия монашеского сана матушка Феодора).

        О ней известно, что после гибели в ходе Первой мировой войне мужа, княгиня вначале 1920-х поступила в монастырь, с благословения митрополита Антония (Храповицкого).

      Разнообразные таланты и незаурядные административные способности монахини Феодоры, а она была одарённым музыкантом, знала разные рукоделия, и даже занималась пчеловодством, обеспечили ей успешное двадцатилетнее руководством Хоповским детским приютом.

       В то же время, умение сочетать эти таланты и способности с высокой духовной жизнью, сделали её надежной руководительницей и матерью -игуменьей, на чьи плечи, легла задача руководства монастырём, в тяжёлое послевоенное время в коммунистической Югославии, а затем начальный период жизни во Франции.

        И в 1950 году ей удалось спасти сестёр и святыню монастыря от репатриации и найти для них пристанище в Фуркё под Парижем.

       Прибыв в Париж, сёстры сначала поселились у гостеприимных католических монахинь, а в декабре 1950 года - в доме, арендованном в местечке Фуркё под Парижем.

      При доме, был небольшой каменистый участок земли, на котором вскоре возник огород с грядками клубники и кустами малины. Постепенно появились куры, козы и пасека.

      Сёстры шили облачения, плели чётки, писали иконы, делали свечи из своего воска, пекли просфоры и брали другие заказы.

     В Белграде богослужение совершалось без иконостаса, а в Фуркё был походный иконостас, присланный из Швейцарии Леонтием, епископом Женевским.

     Хозяева предоставили монастырю церковь.

    В Фуркё постепенно уходили из жизни старые монахини, своим подвигом сохранившие монастырь при немцах и при коммунистах в Югославии и перенесшие традиции русского монашества во Францию.

    Под мудрым руководством игуменьи Феодоры, новые послушницы воодушевлялись примером старших, и традиционный лик монастыря сохранялся неизменным.

    Традицию, родившуюся в Хопово - быть «уголком старой России», монастырь сохранил и во Франции. Сердечное участие монахинь ко всем, кто обращался к ним, и конечно, чудотворная икона Божией Матери привлекали в Фуркё множество паломников из разных стран Европы.

    Однако, переездом в Фуркё, странствия монастыря не завершились. Вскоре хозяева предложили сёстрам либо выкупить дом, либо покинуть его.

     Игуменья Феодора в середине 1960-х приложила много сил к тому, чтобы купить для монастыря имение в Провемоне и обосноваться в нём.

     Несколько лет собирали средства и вели переговоры об условиях продажи. Дело кончилось тем, что хозяева отказались продавать дом, и в 1965 году леснянки начали поиски нового пристанища.

      Два года поиски продолжались безуспешно, но игуменья Феодора и сёстры твёрдо верили, что Божия Матерь, сохранив их от опасностей двух мировых войн и коммунистического гнёта, Сама укажет место, где им пребывать.

     Так и случилось. Проезжая весной 1967 года по сельской дороге в Нормандии, монахини увидели на перекрёстке статую Божией Матери и поняли, что здесь находится избранное   Владычицей место их нового пристанища.

     Её чудесной помощью, пожертвования поступали из всех приходов Зарубежной Церкви, и вскоре сёстры купили старинное поместье Провемон, в котором был большой дом, много служб, обширный парк с прудом и речкой, и - главное - большая церковь, правда, католическая.

     В сентябре 1968 года Владыка Антоний, архиепископ Женевский и Западно-Европейский, торжественно освятил церковь, принявшую к тому времени православный облик.

     В Провемоне, как и в Фуркё, монахини устроили огород, фруктовый сад и пасеку. Радуясь деревенской тишине собственного поместья, сёстры в то же время горевали, что из-за удалённости от Парижа они потеряют контакт с русскими эмигрантами.

     Но этого не произошло, наоборот, количество гостей увеличилось: большая монастырская гостиница дала возможность принимать паломников не только из Франции, но и из других стран.

     В 1976 году Матушка Феодора умерла и похоронена у главного храма обители. в Провемоне.     Ее характеризуют как исключительно способную к наукам. Она, ещё в России, окончив гимназию в совершенстве владела: русским, сербским, английским и французским языками и много занималась самообразованием, особенно богословием.

      Четвёртой игуменьей Леснинского монастыря стала монахиня Магдалина, в миру графиня Нина Павловна Граббе,

 

     Матушка Магдалина поступила в монастырь в Белграде в конце Второй мировой войны и сразу же стала вносить серьёзный вклад в обеспечение монастыря, получая плату за частные уроки.

     Среди её учеников был сын французского консула, что дало ей возможность достать визы для нескольких русских и тем спасти их от высылки в СССР, а потом вывезти во Францию весь Леснинский монастырь.

    Благодаря глубоким познаниям в патристике, литургике, истории Церкви и умению передавать свои знания интересно и доступно, Матушка Магдалина имела духовных чад всех возрастов, национальностей и общественных сословий..

     Игуменья Магдалина была знатоком святоотеческой литературы и аскетики.

Высоко ценя её знания, духовенство епархии советовалось с ней по богослужебным и пастырским вопросам, за помощью к ней обращались переводчики святоотеческих памятников.

    Скончалась она в 1987 году от рака. Могила её находится у главного храма в Провемоне

   После кончины Матушки Магдалины архиепископ Антоний назначил игуменьей монастыря казначею Афанасию (в миру Елену Павловну Гуттенберг), чьё игуменство совпало с падением советской власти, и в монастырь стали приезжать паломники и послушницы из России, ценя традиции дореволюционного русского женского монашества, утраченные на родине.

     Первые впечатления монашеской жизни она получила в Марфо-Мариинской обители в Москве, куда попала в раннем детстве из тюрьмы, где оказалась с матерью-дворянкой после ареста отца, офицера царской армии, вскоре расстрелянного большевиками.

    Немецкие родственники матери выписали их обеих в Германию, и там Елена получила образование, а потом работала в киноиндустрии.

    Побывав дважды замужем и вырастив двух сыновей, она поступила в монастырь св. Марии Магдалины в Гефсимании, но постоянная угроза войны и отсутствие духовно руководства побудили её оставить Святую Землю, и с благословения архимандрита Корнилия из монастыря преп. Иова Почаевского в Мюнхене она поступила в Леснинский монастырь, переехавший тогда в Провемон.

    Благодаря знанию иностранных языков и опыту канцелярской работы, она сначала помогала казначее монастыря, а потом и сама стала казначей.

Игуменья Афанасия правила монастырём всего шесть лет, будучи уже в преклонном возрасте и слабого здоровья, к тому же вскоре после назначения игуменьей она заболела раком и ушла на покой в 1993 году. Скончалась она в 1999 году и похоронена на монастырском кладбище.

     В эти годы совершилось церковное прославление преп. Амвросия Оптинского, с чьего благословения монастырь был создан, и прошёл Архиерейский Собор Русской Зарубежной Церкви, постановивший прославить свят. Иоанна Шанхайского, который много помогал Леснинскому монастырю и благословил покупку имения в Провемоне.

         В 1993 году, владыка Антоний отпустил тяжело заболевшую игуменью Афанасию на покой, назначив шестой леснинской игуменьей монахиню Макрину, регентшу и уставщицу монастыря..

       Игуменья Макрина, (в миру Мавра Карповна Холмова) , родилась в 1937 г. на Псковщине

    Покинув СССР во время Второй мировой войны, семья Холмовых чудом избежала насильственной послевоенной репатриации из Германии и уехала в Марокко, где Мавра получила среднее образование и работала портнихой.

     Она с благоговением относилась к католическим монахиням, которых изредка встречала во французской колонии, но думала, что гонения на Церковь в СССР полностью уничтожили русское православное монашество.

     И вдруг в их город приехал православный священник и спросил в русской церкви, не желает ли кто-нибудь из девушек посвятить себя служению Богу в монашестве.

Ответом Мавры стали хлопоты о заграничном паспорте для отъезда во Францию, в Леснинский монастырь.

    В Фуркё Мавру встретила непривычная жизнь, которая казалась райской тем, кто пережил войны и гонения, но на самом деле была нищенской и тяжёлой.

    Кроме других послушаний, сестра Мавра сразу же получила послушание на клиросе и вскоре стала регентом.

    В 1960 году, в день св. великомученика Артемия, когда отмечалось 75-летие монастыря, свят. Иоанн Шанхайский постриг её в рясофор. В мантию её постригли в Провемоне, в день праздника иконы Пресвятой Богородицы «Всех скорбящих Радосте», в чью честь Владыка Иоанн выстроил собор в Сан-Франциско.

Матушка Макрина хранит в обители леснинские традиции и порядки Владыки Иоанна, его свободный и творческий подход к уставу, отчего богослужения действительно являются сердцевиной, средоточием монастырской жизни.

     Росту авторитета Леснинского монастыря способствовал и Владыка Серафим.

    В том же 1993 году он поселился при Леснинской обители. Епископ Серафим (в миру протоиерей Игорь Дулгов, 1923-2003), занял Западно-европейскую кафедру РИПЦ. При этом епископ Серафим пожелав именоваться «епископом Леснинским».

    Это было впервые в истории Русской Церкви, когда епископскую кафедру нарекли в честь женского монастыря, что смутило многих, и титул Владыке Серафиму вскоре поменяли на    «Брюссельский и Западно-Европейский», но монастырь он не оставил, и для леснинских сестёр навсегда остался своим.

     Пребывание Владыки Серафима в Провемоне привлекло к монастырю многих его духовных чад и любимую им молодёжь.

     Владыка помогал сёстрам принимать паломнические группы и членов молодёжных организаций из всех стран русского Зарубежья, а в последние годы - и из России.

      Он принимал участие во Втором Архиерейском Соборе, состоявшемся в монастыре в 1994 году, а также в духовных и церковно-певческих съездах, которые проводились при монастыре ежегодно с 1996 по 2000 годы.

     В ноябре 2003 года владыка Серафим умер. Погребён он на монастырском кладбище в Провемоне, среди любимых им леснинских сестёр. 

                                                                 (конец 3 части)

        (В качестве анонса. В четвертой части читатель узнает, как живет монастырь в настоящее время? Почему он считается духовным центром русской эмиграции?

Над какими вопросами богословия и насущного бытия работают сестры? Почему с каждым годом в монастырь прибывает все больше паломников? И почему посетив Францию с туристической визой, лучше побывать в Леснинском монастыре, чем поехать в Диснейленд...)

ч.4  День сегодняшний

          Тихая, рамереная жизнь монахинь Свято-Богородического Леснинского женского монастыря продолжала вплоть до 17 мая 2007г.

          В этот день был подписан «Акт о каноническом общении Русской Православной Церковью Зарубежом и Русской Православной Церковью Московского Патриархата».

          Принятие этого решения буквально взорвали тихую, размереную, устоявшуюся за 80 летний период , жизнь православных в Западной Европе и Севрной и Южной Америке.        
Чтобы неподготовленный читатель мог понять логику действий Леснянских сестер, надо в качестве дополнительной информации, что такое РПЦЗ и другие православные конфесии за границей Российской Федерации? И как русское православие «дожилось» до такого разброда и шатания?

          И существенно повлияла на жизнь и дальнейшее развитие Леснинского монастыря, поскольку монахини во главе с игуменьей Макриной не признали этот документ, и вышли из РПЦЗ.

       Итак, Русская Православная Церковь заграницей (слитное написание заграницей — в соответствии с уставными документами РПЦЗ) — с 17 мая 2007 года самоуправляемая часть Русской Православной Церкви Московского Патриархата.

Возникла в 1920-е годы как русская православная эмигрантская церковная организация, вышедшая из административного подчинения Московскому Патриархату вследствие революции 1917 в России и гражданской войны; объединяла ряд епископов Православной Российской Церкви, оказавшихся в изгнании и эмиграции, которые не пожелали подчиниться Временному Патриаршему Синоду во главе с митрополитом Сергием (Страгородским), считая его несвободным в своих решениях в условиях атеистических и политических гонений на церковь и находящимся в порабощении у большевистского режима.

       В СССР рассматривалась властями и официальной пропагандой как контрреволюционная, антисоветская монархическая «эмигрантская религиозно-политическая группировка»; в литературе Московского Патриархата обычно именовалась «карловацким расколом».

          Никаких догматических отличий в вероучении и практике РПЦЗ никогда не было, что связано с тем обстоятельством, что её руководство всегда видело своей наипервейшей задачей сохранение православного вероучения и практики в неизменности и чистоте.

        Ввиду такой консервативной линии, РПЦЗ всегда жёстко осуждала всё, что она рассматривала как отступления от чистоты православия, как-то софианство, сергианство, экуменизм. Всегда с крайней враждебностью относилась к «латинству» (римо-католичеству).

         В послевоенные годы в богословии и идеологии РПЦЗ получила развитие концепция катехона; роль «Удерживающего» в смысле веры, отводилась преимущественно русским царям, что послужило одним из обоснований для канонизации в РПЦЗ ( первыми в православии!) последнего русского монарха в 1981 году.

         В РПЦЗ были переработаны традиционные принципы канонизации в лике мучеников — первоначально, бежавшим из СССР протоиереем Михаилом Польским, который, исходя из признания «советской власти» в СССР по существу антихристианской, полагал «новомучениками российскими» всех православных христиан, убиенных представителями государственной власти в СССР и Советской России; притом, согласно такой трактовке, христианское мученичество смывает с человека все ранее бывшие грехи.

        И вот 17 мая 2007г., после длительных и зачастую тайных переговоров, от основной массы прихожан зарубежной церкви, в московском Храме Христа Спасителя Патриарх Московский Алексий II и Первоиерарх РПЦЗ митрополит Лавр подписали Акт о каноническом общении РПЦЗ и РПЦ, гласящий, что «Русская Православная Церковь Заграницей <...> пребывает неотъемлемой самоуправляемой частью Поместной Русской Православной Церкви».

      Но все красиво и празднично выглядело только в официальных отчетах РПЦ, а в действительности среди православных ранее числившихся за РПЦЗ начался массовый отток в другие самостоятельные церковные объединения и организации. Причем «уходили» не только рядовые прихожане, а митрополиты, епископы и прочий церковный клир

                Вот характерные примеры:        Украина. Правящий архиерей Таврической и Одесской епархии РПЦЗ епископ Агафангел (Пашковский) и ряд клириков отказались признать вхождение в состав Московского Патриархата, в связи с чем, епископ Агафангел был запрещён в служении Архиерейским Синодом РПЦЗ.

      15 июня 2007 официально было распространено Заявление епископа Ирийского Даниила, викария Председателя Архиерейского Синода, окормляющего единоверцев, гласящее, что епископ Даниил полагает «союз с Московской Патриархией пока что преждевременным»; Сам же Даниил говорил следующее:

      
«Я всегда приветствовал улучшение отношений между Русской Православной Церковью Зарубежной и Московской Патриархией, но я не сторонник объединения нашей церкви с Московской Патриархией.

      Мы были независимыми около восьмидесяти лет, и у нас есть новая миссия: сделать Православие доступным людям Рассеяния и приобщить к Православию новых обращенцев. В то время, как Московская Патриархия может признать нашу независимость я опасаюсь, что они могут ее уничтожить и захватить нас полностью.

     Некоторые из тех, кто против такого объединения говорят, что Московская Патриархия лишена благодати или Апостольского преемства, но я никогда этого не говорил. Однако я нахожу союз с Московской Патриархией пока что преждевременным.

     Если нам предстоит быть захваченными и подчиненными Москве, то я предпочитал бы окончить свою жизнь прежде этого».

Говоря современным языком, епископ Данил прямо обвиняет РПЦ Московского Патриархата, в рейдерском захвате РПЦЗ, после узких кулуарных переговоров с высшими чинами РПЦЗ и отказывается этот факт признать и подчинится.

    Часть православных приходов, отвергших Акт, перешли в юрисдикцию греческой Архиепископии Константинопольского Патриархата и Русской Истинно-Православной Церкви (Лазарь (Журбенко)). В том числе и монахини Леснянского монастыря, но об их точке зрения будет далее.

      Другая часть приходов, отвергших Акт, созвала собрание своих представителей, на котором определила состав Временного Высшего Церковного Управления Русской Православной Церкви Заграницей (ВВЦУ РПЦЗ) во главе с епископом Агафангелом (Пашковским)

     Как отмечают сами клирики РПЦЗ, после Акта смысл существования РПЦЗ как административно обособленной структуры в рамках РПЦ становится совершенно неясен, а ситуация с течением церковной жизни в Северной Америке, где существует признаваемая Московским Патриархатом и некоторыми иными Церквами в автокефальном статусе Американская православная церковь, противоречит каноническим нормам и обычаям.

     В интервью, опубликованном 14 мая 2008 года, нареченный Первоиерарх РПЦЗ Илларион (Капрал) признал, что к сожалению, у некоторой части клира и паствы нет доверия к иерархам Русской православной церкви.»

     Но кроме РПЦЗ, в Противовес сталинской РПЦ в самом СССР существовала и Катакомбная церковь.

    Катакомбная церковь это собирательное название тех представителей российского православного духовенства и православных общин, которые в 20-е годы XX века вышли из-под юрисдикции Московского патриархата, обвинив его в сотрудничестве с советскими властями, и заняли нелегальное положение.

                Основатели Катакомбной церкви

     Среди основателей Катакомбной Церкви традиционно выделяют митрополита Иосифа (Петровых), архиепископов Феодора (Поздеевского) и Андрея (Ухтомского).

    Вокруг них сформировались, соответственно, движения «иосифлян», «даниловцев» и «андреевцев», состоявшие из части архиереев, духовенства и мирян, не признавших Декларацию митрополита Сергия 1927 года о лояльности церкви по отношению к советской власти. Так же «истинно-православные» часто называли себя «тихоновцами», по имени патриарха Тихона, не признавшего советской власти.

    Социальную основу его составляли крестьяне -единоличники, отказавшиеся вступать в колхозы и, как правило, подвергавшиеся раскулачиванию и ссылке в Сибирь. Подавляющее большинство единоличников исповедовали взгляды «истинно-православных» и находились под влиянием катакомбного священства и проповедников.

    Общим во взглядах различных катакомбных групп было стремление их членов как можно меньше контактировать с советским обществом и государством. Катакомбная церковь очень напоминала раннее старообрядчество.

     Священников, не признававших Декларацию митрополита Сергия, продолжали репрессировать, они не могли легально осуществлять церковные службы.

     В результате собрания проходили подпольно, в условиях строгой секретности. Преследования «истинно-православных» продолжались с разной интенсивностью все годы Советской власти — прежде всего в годы коллективизации, сталинизма, а затем в 60-х годах, после хрущевского указа 1961 года о борьбе с тунеядством.

     По нему были сосланы и посажены тысячи «истинно-православных», отказывавшихся официально устраиваться на работу (и, как правило, работавших по договорам). Де-факто кампания по борьбе с тунеядством и была направлена, прежде всего, против разного рода раскольников (от старообрядцев до баптистов).

       В 1961—1962 годах были арестованы почти все активные члены «катакомбных» общин.

   На ссылке большинство «истинно-православных» продолжали отказываться от официального трудоустройства, что вело к суду и отправке в лагерь. 

       К началу 70-х годов большинство оставшихся в живых «истинно-православных» вышли на свободу — однако движение было обескровлено.

     К 1990-м годам не осталось в живых ни одного «катакомбного» архиерея, чьё преемство восходило бы к епископату указанных общин и не подлежало бы сомнению.

   Однако и смысла в секретном положении уже не было. Когда гонения полностью прекратились, все адекватные церковные «катакомбники» вышли из тени и открыто исповедовали Православие.

     Сохранившиеся же «катакомбники» примкнули к другим юрисдикциям (в основном к РПЦ МП и к РПЦЗ), некоторые существуют на акефальном положении.

    Сегодня большая часть «катакомбных» общин не связана друг с другом и какими-либо зарегистрированными церквями, объединяясь лишь вокруг своих наставников.

Общая численность «катакомбных» общин в РФ сейчас на 2008 год, насчитывает несколько тысяч человек.

     В настоящее время к Катакомбной церкви себя относят: Русская Катакомбная Церковь Истинно Православных Христиан, Российская православная автономная церковь, Истинно-православные христиане-федоровцы, Русская Истинно-Православная Церковь, Российская Автокефальная Истинно-Православная Церковь, Истинно-Православная Катакомбная Церковь, Истинно-Православная Церковь (Московская митрополия), Российская Истинно-Православная Церковь (Московская архиепископия), Православная Российская Церковь (Истинно Православная Церковь), Православная Российская Церковь (Высшее церковное управление), Апостольская Православная Церковь и ряд других общин.

Исторически, большинство из них не являются «катакомбниками», так как преемственно связаны либо с РПЦЗ, либо с различными группами, отколовшимися от Московского Патриархата.

      Также, о своей подлинной преемственности от оригинальной Катакомбной церкви заявляет Русская Катакомбная Церковь Истинно Православных Христиан, однако факт её преемства от «андреевских» иерархов ставится под сомнение представителями некоторых остальных юрисдикций. Представители РКЦ ИПХ считают это клеветой и высказывают аналогичные обвинения в адрес своих оппонентов.

      Вот на фоне таких непростых политических событий появилось и заявление Леснинских сестер.

            «Заявление сестер Леснинского Свято-Богородицкого монастыря РПЦЗ о переходе монастыря под омофор РИПЦ»19.04/02.05.2007г.

           Дорогие о Господе благодетели и друзья нашего монастыря! Христос Воскресе!

         
Оповещаем Вас, что под праздник Преполовения, 19.04/02.05.2007г., наш монастырь принят под омофор Русской Истинно-Православной Церкви.

       Начиная с вечерни праздника мы поминаем Высокопреосвященнейшего Тихона, Архиепископа Омского и Сибирского, Председателя Архиерейского Синода, как нашего правящего архиерея.

        Многим из вас хорошо известно наше несогласие с объединением РПЦЗ и Московской   Патриархии и наше нежелание следовать такому пути. Наше решение было принято не легкомысленно, но после долгого размышления, со многим советом, после многих молитв, скорбей и слёз.      Искренне и от всего сердца благодарим всех многочисленных друзей и доброжелателей, самых разных направлений, из самых разных юрисдикциях, выразивших нам в эти последние месяца поддержку и пытавшихся помочь нам прийти к правильному решению в избрании нового пути для монастыря. Мы понимаем, что наше решение может быть неприемлимым для вас.

      Просим вас поверить, что мы поступили по совести, что по другому решить не могли, чтобы не предать наше прошлое и наших покровителей, учителей и предшественниц.

      Мы никого за собой не зовём, никого не осуждаем, никого не считаем "безблагодатными" или "вне Церкви". Наше время действительно сложное и лукавое и очень трудно безпристрастно разобраться и в чем-нибудь определиться, и мы не считаем себя вправе судить тех, кто решили эти вопросы по другому. Большинство сестёр поддержало наше решение. Никого не принуждали к этому. И сёстрам, решившим иначе, мы поможем устроиться в других монастырях.

      Некоторые из вас выражали опасения о той или иной юрисдикции, обращая наше внимание на недостатки, ошибки или нарушения различных иерархов.

Поясняем, что мы выбирали не архиереев лично симпатичных нам, но Церковный Организм и Путь, наилучшим образом и наиболее последовательно хранивший и продолжавший учение и традиции РПЦЗ.

      Одновременно со слухами о нашем неприятии соединения с Московской Патриархией в последние месяцы ходили слухи о немедленном переезде монастыря в Россию. мере наших сил и возможностей.

       Действительно, со времени появления наших приходов в России и поступления к нам сестёр из России, мы начали думать о возможности открытия там подворья и предпринимали шаги в этом направлении.

       Об этом молились и мечтали наши матушки, сознательно сохранив наш монастырь русским, с церковнославянским богослужебным языком и традициями, и мы надеемся в будущем открыть хотя бы маленький скит в России.

       С другой стороны, мы сознаём весь риск и все опасности, связанные с жизнью и устройством какого-либо дела в современной России, особенно для неопытных инностранцев, и никак не думаем бросать всё в Провемоне и насильно везти сестёр в неведомый край.

      Мы намерены продолжать нашу монашескую жизнь в стенах нашей обители по

      Многим известны сложности, связанные с юридическим оформлением нашего имения. Храм, дома и земля в Провемоне официально принадлежат т.н. "Обществу Друзей", в котором состоят духовенство и миряне разных юрисдикций: все, кроме сестёр монастыря. Мы не исключаем, что наш пребывание в ИПЦ может привести к притязаниям на это имущество, к тяжбам, к юридическим и финансовым неприятностям.

      Многие адвокаты и нотариусы неоднократно нас уверяли, что, так как монастырь в течение многих лет платил налоги на недвижимость от своего имени и на свои средства содержал имение, оно фактически принадлежит нам и выселить нас невозможно. Но, конечно, неопределенное положение волнует сестёр, и мы просим вашей поддержки и ваших молитв.

     Со дня своего основания, в инославной среде, на окраинах России, наш монастырь был открыт для всех, искавших истину и путь к Богу, и таким монастырём, Бог даст, останется навсегда.

    Все паломники к нашим святыням, в первую очередь к нашему чудотворному образу Леснинской Божией Матери всегда будут желанными гостями, и всех мы готовы принять по мере возможностей и в соответствии с нашим монашеским уставом.

    В вопросах об участии в нашей богослужебной жизни и в церковных таинствах мы будем руководствоваться указаниями наших архиереев.

    В новых условиях наша жизнь неизбежно изменится. Мы не знаем, сможем ли мы служить Божественную Литургию каждый день, так как пока только один о. иером. Евфимий (Трофимов) остаётся с нами.

     Мы намерены продолжать совершать весь богослужебный круг, но вынуждены будем считаться с меньшим количеством сестёр и с необходимостью обеспечивать монастырь материально. Финансово монастырь достаточно обеспечен, но пожертвования всегда являлись большим подспорьем, и мы совсем не знаем, на какую помощь и пожертвования мы можем надеяться в будущем.

    Когда женская обитель в Сан Франциско отделилась от РПЦЗ, сестёр обвинили в похищении средств, пожертванных именно на монастырь Зарубежной Церкви, а не на них лично.         Смиренно просим Ваших молитв за нас на нашем новом пути. Вл. Мит. Филарет, считавший наш монастырь своей летней резиденцией, заповедал нам "хранить, что имеем".

    Мы смеем надеяться, что нам жертвовали с желанием поддержать монашествующих, независимо от их юрисдикционной принадлежности.

          Этот завет мы и стараемся исполнить. Недавно почивший Вл. Мит. Виталий, дважды созывавший архиерейские Соборы в стенах нашей обители, окончил свои дни в изгнании и нищете, и мы не страшимся подобной участи.

        Ощущение всегдашнего Покрова Пресвятой Богородицы в Её святом образе, хранящееся у нас письмо св. прав. Иоанна Кронштадтского с обещанием не оставлять наш монастырь, явление свят. Иоанна Шанхайского смотрителю его часовнис напоминанием о необходимости помочь Лесне, недавнее известие об обретении нетленных мощей нашей основательницы, приснопамятной Игумении Екатерины, вселяют в наснадежду и укрепляют в вере о попечении и молитвах за нас на небе. Просим и ваших святых молитвах за нас грешных.

             С глубокой благодарностью и всегдашней любовью о Господе,

Игумения Макрина с сестрами

              А вот официальная реакция воссоединевшейся части РПЦЗ с РПЦ в 2007г. монахиням «бунтовщицам». 

          Этот документ похож на развед. доклад, типа Юстас ( Штирлиц) – ЦЕНТРУ (НКВД-ГПУ-МГБ-КГБ г.Москва)

«СЕСТРЫ ЛЕСНИНСКОГО БОГОРОДИЦКОГО МОНАСТЫРЯ (РПЦЗ ЗАЯВИЛИ О ПЕРЕХОДЕ В ЮРИСДИКЦИЮ РИПЦ "

Москва, 8 мая 2007 г.

                2 мая 2007 г. насельницы Леснинского Богородицкого монастыря (Провемон, Франция) выступили с заявлением о переходе своей обители, находящейся в юрисдикции Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ), в ведение так называемой Русской истинно-православной церкви (РИПЦ), главой которой является Тихон (Пасечник), именующий себя «архиепископом Омским и Сибирским».

                Причиной перехода послужило нежелание сестер обители подчиниться решениям IV Всезарубежного Собора РПЦЗ (май 2006 г.) и Архиерейского Собора РПЦЗ (май 2006 г.) о восстановлении единства Поместной Русской Православной Церкви.

Леснинский Богородицкий монастырь основан в 1885 г. в местечке Лесна (современная Польша). После революции 1917 г. обитель была эвакуирована в Бессарабию, затем в Югославию, а в 1950 г. во Францию.

               Главная святыня монастыря – Леснинская икона Божией Матери (XVII в.). В настоящее время обитель возглавляет игумения Макрина.

«Архиепископ Омский и Сибирский» Тихон (в миру Пасечник Леонид Алимпиевич), родился в 1948 г. в Казахстане. В 1970 г. окончил Харьковский инженерно-строительный институт.

                С 1985 г. проживает в Омске. Был женат. Воцерковление его проходило в омской катакомбной общине. В 1993 г. овдовел.

             В 1998 г. принял постриг в рясофор с именем Тихон и с одновременным рукоположением во иеродиакона. В 1999 г. епископом Ишимским и Сибирским Евтихием (РПЦЗ) рукоположен во иеромонаха и назначен в омский приход.

                В 2000 г., после октябрьского Собора РПЦЗ, перешел в не признанную никем РИПЦ. (Иное название РИПЦ: «лазаревская» ветвь РПЦЗ (В) – самоуправляющееся объединение епархий РПЦЗ (В) в странах бывшего СССР; Синод РИПЦ создан в 2002 г. по благословению находившегося на покое первоиерарха РПЗЦ митрополита Виталия (Устинова; † 2006), в том же году отменившего свое решение.)

               В 2002 г. Тихон (Пасечник) рукоположен во «епископа Шадринского» «архиепископом» Лазарем (Журбенко; † 2005), который к тому времени был запрещен в священнослужении Архиерейским Синодом РПЦЗ (1995).

                   В июне 2003 г. Тихон (Пасечник) стал «епископом Омским и Сибирским», в июле 2005 г. – главой РИПЦ»

                    А вот комментарий от пресс-центра РПЦЗ. Тут уж без военной выдержки и сухости.

Сами, находясь в разбрате, склоках и борьбе за имущество и пожертвования прихожан, в разрыве ранее единой РПЦЗ на «карманные» церкви, называется, отвели, называется «душу» обвинив леснинских монахинь почти во всех смертных грехах».

                    "В Церкви, и только в Церкви возможен подлинный, открытый, соборный диалог"

Епархиальный Совет Западно-европейской епархии Русской Православной Церкви Заграницей выступил с обращением по поводу перехода Леснинской обители в так называемую "Русскую истинно-православную церковь".

                   В обращении его авторы еще раз оповестили священнослужителей и паству Русской Православной Церкви Заграницей о том, что, "к великой скорби всех чад Русской Церкви, сестры Леснинской обители покинули ограду Церкви и ушли в раскол, присоединившись к полностью неканоничной группе – так называемой "Русской истинно-православной церкви со своим архиепископом Тихоном".  Печально, что их решение готовилось в молчании, отмечается в документе. ….

              Епархиальный Совет призвал всех верных чад Русской Православной Церкви Заграницей горячо молиться о возвращении сестер Леснинской обители в лоно Матери-Церкви:               "Пресвятая Дева, Чудотворная Икона Божьей Матери Леснинской оказывается теперь в плену нечестивых раскольников. Захват ими нашей любимой обители очевиден.

            Переход в другую законную церковную "юрисдикцию" сопровождался бы отпускной грамотой от правящего архиерея

           Но об этом не ходатайствовали ни игуменья монастыря, ни духовник. Поэтому вы можете сами судить, что таким образом монастырь уходит от Церкви, а не "переходит" в другую Церковь".

              Авторы документа расценивают происшедшие в Леснинской обители события как ее захват (вот уж действительно как в русской пословице, вор или по современному «рейдер» первый кричит держи вора – автор) : для этого им "стоило только соблазнить нескольких монахинь с надеждой получить Чудотворную Икону, ограду, территорию, имущество находящегося во Франции уже более шестидесяти лет монастыря".           В обращении подчеркивается, что монастырь в течение более чем полувека жил "благодаря постоянным молитвам, трудам, попечительству бесчисленного количества русских эмигрантов, которые берегли эту обитель как зеницу ока" и процветал, "давая всем чадам Русской Православной Церкви Заграницей, особенно в Западной Европе, возможность посещать то место, которое являлось для них духовным сердцем всей нашей епархии".

            Текст обращения заканчивается призывом ко всем православным: "Просим молитв всех верных о вразумлении заблудших сестер и верим, что Пресвятая Богородица не допустит, чтобы Ее Чудотворный Леснинский Образ оставался в руках раскольников, попирающих само понятие о Церкви Христовой".

                 Но пока американские прихожане молятся за монахинь Леснинского монастыря, а руководство РПЦЗ разрабатывает планы по захвату монастыря под свое начало и согласовывает их, с соответствующими управлениями ФСБ, нам пришло время рассказать читателям о его повседневной современной жизни.

              И понять, почему сюда так влечет паломников?            Вот выдержки и работы Т.Веселовой «Лесна - русская странница» http://www.cofe.ru/blagovest/article.asp?heading=36&article=11405

            Сегодня наша собеседница - казначея Богородице-Леснинского монастыря во Франции, бакалавр искусствоведения монахиня Евфросиния (Молчанова).

           Всегда ощущала себя русской

- Матушка Евфросиния, вы родились в Нью-Йорке. В каком возрасте вы осознали, что вы русская? И каков был ваш путь в монастырь?

- Русской я была и ощущала себя всегда, а по-английски заговорила только в детском садике.

Большую роль в моей жизни сыграла церковная школа, куда мы пошли в четыре года и учились до шестнадцати лет….

          Занятия проходили каждую субботу с девяти часов утра до трех часов дня.

Преподаватели в нашей школе были очень хорошие, работали безвозмездно - настоящие подвижники.

            В те годы учебные пособия в большинстве своем были дореволюционные либо обычные советские учебники. У меня была та же азбука, по которой учились наши сверстники в Советском Союзе. Но в нашей школе преподаватели заклеивали те страницы, где был портрет Ленина.            С азбукой и букварем легко было справиться, сложнее - с учебниками для старших классов. Ксероксов в то время не было, и потому их переписывали наши учителя, родители, приходские батюшки, заменяя те предложения, где упоминались слова «пионеры», «партия»... Это был колоссальный труд.

           Помню, как однажды я из любопытства расклеила страничку, смотрю, там, на картинке какой-то дядя держит детей за ручки. Я спросила маму, кто это. Она ответила: «Это злой дядя, который убивал батюшек», - и заставила меня немедленно заклеить страницу.

 

- А кто из духовенства были вашими наставниками?

- Активное участие в нашем духовном воспитании принимал Архиепископ Филарет (Вознесенский), будущий Первоиерарх Русской Православной Церкви Заграницей. Он был первым моим духовником. Владыку я запомнила со дня его приезда в Нью-Йорк. …..

         Еще мы очень любили отца Владимира Шатилова. Мы подробно изучали историю Ветхого и Нового Завета, церковную историю, Вселенские Соборы, церковнославянский язык, все праздники, очень подробно изучали Литургию.

           Поэтому когда я пришла в монастырь, то прослыла «богословом». А ведь это - благодаря нашей церковной школе.

           Таких школ, как наша, в Нью-Йорке было пять. Но наша школа была самой большой - около ста учащихся. …….

- Когда вы впервые задумались о служении Богу?

- На многих из нас - тогда еще детей - оказал большое влияние Владыка Филарет. В те годы он каждое лето ездил в Леснинский монастырь во Францию, отзывался о нем как о старом добром русском монастыре. …..

           Там, в монастырях (на Святой Земле – автор), я впервые увидела молодых сестер и поняла, что монастырь - это не просто благочестивый старческий дом, но реальная возможность служить Богу.

            Но до воплощения в жизнь моей мечты прошло несколько лет. За это время я побывала и в Гефсиманском монастыре на Святой Земле, и в греческих обителях, заканчивала искусствоведческий факультет Колумбийского университета. Но какой конкретно монастырь выбрать - все еще не знала.

           - Как же вы попали в Лесну?

- На это была воля Божия. Казалось бы, когда я приехала в Леснинский монастырь, обитель находилась не в лучшем состоянии. А мне как-то сразу там понравилось: службы шли чередой, соблюдался распорядок дня, словом - все было так, как того требует монастырский устав.

              И я поняла, что мы, молодые, нужны в монастырях, ведь самой молодой в то время была наша нынешняя игуменья матушка Макрина. Поехала в больницу к матушке Магдалине, попросила ее благословения и дала обет, что к Успению буду в монастыре. И как раз за два дня до Успения на следующий год, завершив образование, приехала и вот уже двадцать пять лет тружусь в обители.- Как долго в зарубежных монастырях послушницы ждут пострига?

 

- Это зависит и от человека, и от ситуации. Раньше, например, в монастыри поступало много благочестивых вдов, и их постригали довольно быстро.

             Другое дело - молодые послушницы. Я пришла в монастырь в двадцать два года, спустя три с половиной года меня постригли в рясофор, а в мантию только в тридцать лет. И этот постриг, должна сказать, считался рекордно быстрым. В наших монастырях к желанию принять монашество относятся очень серьезно.

             За годы, проведенные в обители, я имела возможность много наблюдать за вновь пришедшими трудницами и послушницами.

             Могу сказать, что если человек серьезно настроен духовно, если у него сносный характер, он может легко продержаться в монастыре года два: разобраться в себе, в жизни - и почти каждому человеку время пребывания в монастыре пойдет на пользу.

            И только после этих лет, когда новизна восприятия исчезает, человек начинает задумываться, действительно ли монашество - это его путь, действительно ли этот монастырь - его дом. И прежде чем давать согласие на постриг, надо спросить себя, понимаешь ли ты, что ЭТО будет каждый день все годы твоей жизни, что все ЭТО - навсегда.

             С монашеством нельзя играть, нельзя шутить. Человек должен отдавать отчет себе и Богу в том, что делает. Он должен понимать, что постриг, особенно в мантию, - это завершение определенного этапа в жизни человека. И монашество - это свидетельство завершения одного жизненного этапа и начала иной жизни.

            - Сколько сейчас монахинь в Леснинском монастыре?

- Всего в нашей обители около двадцати монахинь и послушниц. Самой старшей – девяносто два года, а самой молодой – двадцать шесть. Большинство - русские или, что гораздо чаще, русского происхождения, но родившиеся уже за границей. Одна из русских - наша матушка игумения Макрина.».

            А вот рассказ современного паломника в Леснинский монастырь. (Православие.Ru) Беседу вела Ирина ЯКОВЛЕВА            «Леснинский женский монастырь находится в живописном местечке Провемон недалеко от Парижа.

 

             Побывавшая в нем петрозаводчанка Галина делится своими впечатлениями об обители, привлекающей исключительное внимание русских людей, которым суждено жить и молиться на чужой земле.

       - Расскажите о насельницах монастыря?

- В момент моего паломничества в обители было 22 сестры вместе с послушницами.

Некоторые из них приехали из Воронежа, Курска, Украины, есть мать и дочь из Прибалтики.

             Сестра Анна – англичанка, у нее медицинское образование. Она ухаживает за больными. Есть старенькие монахини из Германии по происхождению русские, дети эмигрантов.

Мать Ефросиния, правая рука игуменьи родом из Америки. В пять лет ей стало известно, что она русская.

            Получив высшее образование, работала в одном из Нью-Йоркских музеев, но замуж не выходила, так как всегда мечтала о монашеской жизни.

             Есть совсем молоденькая девушка, послушница Василисса. Ожидая в аэропорту самолет, чтобы лететь, домой после паломничества в Леснинский монастырь, она читала книгу о святителе Николае Чудотворце, и так зачиталась, что самолет улетел без нее.

              Так и осталась пятнадцатилетняя девчонка в монастыре с великой радостью, испросив материнское благословение уже по телефону.

              Некоторые из сестер по-русски говорят с трудом, но все богослужение в храме совершается на церковно-славянском языке.

               А где сейчас находится чудотворная Леснинская икона Божьей Матери?- В церкви, по виду католической. К сожалению, власти не позволили установить на ней крест.         Каждый вечер икону переносят крестным ходом и с пением в домашнюю церковь, находящуюся в главном здании обители.

 

- Как вас приняли в обители?

            - Сначала я работала в саду, а потом на кухне.

Попала я в монастырь во время Петрова поста. На обед часто подавали чечевичную каша, из крупы, напоминающей гречку, помидоры, зелень, иногда мед.

              Некоторые пользуются добротой и гостеприимством матушки, и порой подолгу живут в монастыре, скрываясь от полиции, если, например, у кого-то просрочены документы.

              Здесь очень теплые отношения и между сестрами. Я на себе испытала эту любовь, когда, работая в саду, растянула руку. За мной так заботливо ухаживали. Каждого здесь накормят и кров предоставят. Меня поразила атмосфера нелицемерной любви. Даже если кто-то из сестер проявляет порой нерадение, все разрешается любовно.

- Кто из священников окормляет обитель?

             - В монастыре два священника: отец Николай – духовник и отец Христо, болгарин по происхождению.

          - На какие средства живет обитель?              -Только на пожертвования, в основном, русских эмигрантов. Раньше в обители был большой огород. Но со временем его пришлось уменьшить, так как здоровых и молодых среди насельниц становилось все меньше.

 

               Но до сих пор в обители есть сад, в котором растут яблоки, груши, малина. В монастырском хозяйстве есть пожертвованный благодетелями автомобиль и небольшой трактор, с помощью которого сестры вывозят мусор.

             Продукты в основном закупаются на рынке. В большие праздники сестры продают, сделанные ими вручную свечи, четки и разное другое рукоделие.

           - В чем, на ваш взгляд, своеобразие Леснинского монастыря?- Судьбы сестер трагические, многие из них попали в эмиграцию совсем маленькими.

 

            Кое-кто родился уже на чужбине. Я слушала их рассказы со слезами на глазах и удивлялась, как же они любят Россию и болеют за нее.

              Мне кажется, что миссия Леснинской иконы Божьей Матери – быть в изгнании, нести свет Православия инословным и согревать сердца людей, оторванных силой обстоятельств от Родины»

                В заключение автор считает уместным особо остановится на насельнице Леснинского монастыря, выполняющей там обязанности садовника – эмигрантки из России - Вознесенской Юлия Николаевны.          Чем интересен нам будет монастырский садовник? А тем, что Юлия Николаевна известный русский писатель. Вот ее краткая биография:

 

                Родилась в Ленинграде в 1940г. Подлинная фамилия Юлия Николаевна Окулова. Училась в Театральном институте, после рождения сына учебу прекратила. В 1960-70-е — видная участница неофициального культурного движения, поэт.

Участвовала в организации акции 14 декабря 1975 г. на пл. Декабристов (Сенатской), в ряде демонстраций и голодовке протеста художников-нонконформистов.

            Проводила литературные вечера в своей комнате в коммунальной квартире. В июня 1976 года участвовала в подготовке первого номера журнала «Часы» (стр. 303).

                Стихи публиковала в журналах «Часы», «37» (стр. 297), «Мария», в самиздатских журналах «Грани», «Третья волна», «Вестник РХД», «Посев» (в т.ч. и статьи).

Впервые была арестована в 1976 г. за изготовление антисоветских надписей в Ленинграде, отпущена. В декабре того же года была вновь арестована и приговорена к 5 годам ссылки в Коми. За нарушение режима ссылки (посещение Ленинграда) получила в 1977 г. два года лагерей. В 1979 г. участвовала в издании первого в СССР феминистского альманаха   «Женщина и Россия», в подготовке журнала «Мария».

              В 1980 г. эмигрировала. В настоящее время живет во Франции, печатается в России.

Является атором очерках "Записки из рукава" (1979), "Женский лагерь в СССР" (1980), "Ромашка белая" (1982), книге "Женский декамерон" (1987), основанных на документальном материале, рассказывает об унизительном положении женщин в советских лагерях. А так же Повести "Звезда Чернобыль" (1987)

                Но ряд ее книг «Мои посмертные приключения» и «Путь Кассандры, или Приключения с макаронами» и «Паломничество Ланселота» выдержали несколько изданий, стали бесспорными бестселлерами в России и во всем мире. В своем творчестве, развивающемся на ниве православного предания, мировой философии и литературы, Вознесенская по новому и дерзко анализирует наше прошлое. Без страха заглядывает и в будущее. 

                 Как писатель Вознесенская, безусловно, человек острого взгляда и проницательного ума, позводляющие ей браться за очень непростые, но вечные темы.

                 А вот «Как и почему Вознесенкая Ю.Н. написала книги о православной религии, читатель узнает из интервью самой писательницы.

                «Феномен Юлии Вознесенской»

Юлия Вознесенская родилась в 1940 году, русская писательница, диссидентка. В 1976 была приговорена к 5 годам ссылки. В 1980 эмигрировала в Германию. Последние годы живет в Леснянской Свято-Богородицкой женской обители во Франции.

— Юлия, вы говорите об очень серьезных вещах, о последних временах, о смерти в таком «легком жанре», часто даже с юмором, и всюду выдерживаете удивительно бодрый тон. Как вам это удается?

— Я ненавижу расслабленность, характерную для современной западной литературы.

             У меня есть категорическое убеждение, что в состоянии уныния, опьянения, расслабления человек не имеет права заниматься творчеством. И как бы талантливо и виртуозно человек ни писал при этом, его унылое состояние души, переданное читателям, зачеркивает всю ценность его творений.

             К сожалению, унылое и бесплодное мировоззрение насаждается сейчас и в православной среде. Я убеждена, что это зараза, с которой нужно бороться.

Из-за этого я и заставила себя вернуться к писательству. Я уже бросила это занятие, стала считать его бесплодным. Пять лет ничего не писала. Все эти годы я жила в Леснинском монастыре во Франции.

              И там я встретилась с матушкой Афанасией. Она мне рассказала о реальном посмертном испытании, которое она пережила во время клинической смерти.

Я ей сказала: «Матушка, это надо записать». Она принесла мне тетрадку, где история эта была записана. Я ей сказала: «Матушка, вы так хорошо рассказываете, но пишете вы очень плохо».

— «Тогда ты напиши».

— «Благословляете?»

— «Благословляю». И так я стала писать «Посмертные приключения».

             Хочу сказать, что теперь я всю свою жизнь до монастыря оцениваю, как жизнь «в минусе», в том числе и диссидентство, и все, написанное до монастыря.

            А в художественном смысле я ориентировалась на К.С. Льюиса, его «Письма баламута» и «Хроники Нарнии».

— Теперь у вас тысячи благодарных читателей, особенно среди молодых людей. Но я знаю и монахов, которые читали ваши книги ночи напролет, даже во время подготовки к экзаменам в Духовной академии...

— Думаю, это неслучайно. Потому что за моими книгами в жанре «фентэзи» скрывается Лесна, мой любимый монастырь.

              В «Кассандре» все герои имеют прототипов. Все матушки, игуменья монастыря, дядя Леша, его жена, дети — со всеми я встретилась в Лесне.

              Там я получила свое новое писательское призвание.              Что я только ни пыталась там делать: вышивала покровы, разводила сад, построила часовенку-киот в лесу.

 

                Но призвание к монашеству — это редчайшее дарование, и мне стало понятно, что все эти послушания другие могут сделать лучше меня, а я должна писать, поскольку занимаюсь этим всю жизнь.

              И, честно говоря, я питаю надежду искупить новыми книгами все написанное мною прежде.

            — Ваши книги очень бодрые, я бы даже сказала радостные, несмотря на страшный сюжет: первая — о встрече с адскими силами после смерти, вторая — о воцарении воплощенного зла на земле.

               И еще они о том, что именно христианство очеловечивает человека и что любовь спасает в любых обстоятельствах. Даже после смерти.

                 — Только в христианстве человек становится самим собой. Вся моя жизнь была борьбой за свободу, за истину, за человека. И я верю, что «кончается всегда все хорошо». Потому что я видела и вижу множество чудес в этой жизнью

                 — Я знаю, что в последнее время вы написали еще несколько книг, которые ждут выхода в свет. О чем они и в каком жанре написаны?

                 Это «Паломничество Ланселота», продолжение «Кассандры»

— И, конец в ней хороший — это конец света. Но ведь нам обещано, что все хорошо кончится. Апокалипсис хорошо кончается.

                     Поэтому и все наши маленькие истории хорошо кончаются. Хотя мы иногда не хотим этого видеть».

(Беседовала Людмила Ильюнина)

                Книги Ю.Н. Вознесенкой можно найти и бесплатно скачать здесь:»

«Мои посмертные приключения

                  Если кратко сказать о книге, то это получится так: «Что такое мытарства души, что ждет нас после смерти, какие искушения подстерегают нас – об этом рассказывают «Мои посмертные приключения» – собрание крупиц духовной мудрости и опыта многих людей».

                А если боле пространно, надо признать, что книга очень интересная и познавательная. Ее надо прочесть всем, кто задумается о смысле жизни на земле и своем посмертном существовании.

                 Она – не подделка с "Божественной комедии", а новая повесть о судьбе одной души.

Повествование ведется через призму одной личности дает книге ощущение личного рассказа: мои посмертные приключения.

               Наиболее талантливо и ярко описаны бесы, мытарства и ад. А уж Ад и вся остальная "темная сторона" получились очень изобретательно и живо.

Особенно – ад, его разные, переменчивые обличья: от трудового концлагеря до глазурного курорта. Действительно, если вдуматься, это все – один и тот же ад, безбожная пустота, лишь внешне чем-то прикрытая. И никаких кипящих в котлах грешников!

            А вот новое - возможность посмертного покаяния в аду – вопрос спорный с точки зрения церковного учения о изменяемости и неизменности участи души до дня Страшного Суда.

             Также является новым и утверждение, что существует – пограничная "обитель" между раем и адом, где размещаются "нерешенные души" которые молятся и ведут монашеский образ жизни. Вот, ссылка на книгу.

                    http://www.koob.ru/voznesenskaya_y_n/moi_posmertnie_priklucheniya            Остальные вышеназванные книги Вознесенкой, сильно отличаются от «Моих посмертных приключений». Это уже похоже футуристические романы - повествующие о временах господства на земле Антихриста Лжемессии.

 

          «Путь кассандры или Приключения с макаронами»

http://www.litportal.ru/genre216/author4118/download/book18227.html

«Паломничество Ланселота

http://nikolsky.w777w.ru 

             Ну и наконец, для тех, кто намеревается посетить Францию, даю на всякий случай координаты монастыря. Может, кто лично из Хайвеевцев там побывает и сможет дополнить этот очерк, своими личными, свежими впечатлениями.

COUVENT DE LESNA

1, rue du Moulin

Provemont, 27150 Etrepagny, FRANCE

Тел: 33 (2) 32 55 82 66; факс: 33 (2) 32 27 31 75

 

 

   











УВАГА! Публікації розділу "Моніторинг ЗМІ" не обов'язково збігаються з точкою зору редакції сайту "Православіє в Україні", а є відбиттям суспільних подій і думок з метою поліпшення взаєморозуміння та зв'язків між Церквою й суспільством. Статті подаються в редакції першоджерела.