УКР РУС  


 Головна > Публікації > З глибини душі  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 236 відвідувачів

Теги
Президент Віктор Ющенко вибори автокефалія Доброчинність комуністи та Церква монастирі та храми України молодь Вселенський Патріархат Митрополит Володимир (Сабодан) Археологія та реставрація Священний Синод УПЦ церква і суспільство шляхи єднання забобони Голодомор Ющенко Церква і медицина постать у Церкві українська християнська культура Церква і влада УПЦ КП конфлікти діаспора Приїзд Патріарха Кирила в Україну секти УГКЦ Предстоятелі Помісних Церков Церква і політика педагогіка Мазепа іконопис Києво-Печерська Лавра Католицька Церква Патріарх Алексій II краєзнавство милосердя розкол в Україні 1020-річчя Хрещення Русі церковна журналістика церква та політика






Рейтинг@Mail.ru






Дедушка

  09 лютого 2010


Оксана Иванюк, Харьков
Эта заметка возникла под влиянием статьи «На пороге смерти» о старенькой бабушке, доживавшей свой век с родней. Захотелось поделиться опытом, как мои родители относятся к маминому отцу, и как он относится к ним.

В доме моих родителей живет дедушка. Живет, а не доживает.

Он до последнего держался за свой дом. И лишь год назад, когда оставили последние силы и перестали видеть глаза, согласился переехать к младшей дочери, «умирать», как он сказал. Но согласился пожить до весны, чтобы не пришлось нам «по морозу землю долбить и на кладбище мерзнуть». Он даже сейчас нас жалеет больше, чем себя. А потом привык к новой комнате, салатам из любимых помидор, теплому махровому халату, в который поместится три таких дедушки, и  умирать расхотелось.

Он очень не хотел быть кому-либо в тягость. Но у моих родителей свой резон: «Когда ты наших детей нянчил, ты нам в тягость не был. Значит, и теперь не будешь», - сказал отец, как отрезал, раз и навсегда.

Дедушкин телевизор слышно даже на улице, потому что слышит он тоже не очень хорошо, но повышать голос друг на друга нельзя, а то дедушка может расстроиться. В доме установилась какая-то удивительная, хоть и не очень тихая, атмосфера, брат называет ее «благостная».

Дедушке не мешает бытовой шум, и даже небольшое застолье. Папины внучатые племянницы иногда приходят и бренчат на старом пианино, а дедушка просто делает звук в телевизоре громче и спокойно констатирует факт: «Діти в гостях». И, улыбаясь, уточняет: «Це Шурині чи Сашині?". Он всегда был такой: спокойный, несуетный, степенный. Но он слушает новости и волнуется, как-то нам приходится в кризисные времена?

Дедушка каждый день придирчиво проводит рукой по щеке, не слишком ли отросла щетина? И папа или брат «приступают к торжественному ритуалу», бреют деда. Если дедушке хочется чего-то, он деликатно спрашивает: «А кваса в нас случаймо нема?» или «А селедочка вже закончилась?» и только в одном он неизменно требователен, вода в чашке должна быть очень холодной, а чай - очень горячим.

Дедушка ждет следующей весны, когда можно будет снова выйти на улицу, лечь на кровать под виноградом и сжать в руке первые листья смородины, чтобы почувствовать запах лета.

А потом придет лето, и опять мы будем соревноваться за право первым принести ему ранние ягоды смородины или клубничку. А он будет сидеть на своей кровати под виноградом, укутав ноги пледом, и беззлобно ворчать: «Та шо ви ото його мені несете. Та їжте самі, воно мені вже не дуже й хочеться. Та я ж оце наївся і не голодний». А потом будет аккуратно брать в ладошку ягоды и с удовольствием съедать пару штук.

«За кадром»

Конечно, «за кадром» остается ежеутренняя смена белья, постоянная работа обогревателя в дедушкиной комнате (ему холодно, если в комнате меньше, чем +27), постоянное «дежурство» кого-то дома, потому что трижды в день надо приготовить покушать и подать это все. И то, что на кухню дедушка идет, опираясь на две мамины руки, и что через бортик ванной папа переносит его на руках.... За кадром остаются обычные хлопоты, которые утомляют иногда, но выполнять их в нашей семье считается почетным, как знак высочайшего доверия. И высшей похвалой служит дедово авторитетное: «Харош борщ!».

Дедушка просто живет, потому что за свои 92 года заслужил немного спокойной и беззаботной жизни. А мои родители знают, что никогда они не будут в тягость своим детям.