УКР РУС  


 Головна > Публікації > Богослов'я  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 143 відвідувачів

Теги
педагогіка постать у Церкві Патріарх Алексій II монастирі та храми України Археологія та реставрація Ющенко церква і суспільство краєзнавство Католицька Церква Приїзд Патріарха Кирила в Україну Митрополит Володимир (Сабодан) Києво-Печерська Лавра шляхи єднання 1020-річчя Хрещення Русі Церква і політика українська християнська культура розкол в Україні Мазепа Голодомор милосердя УПЦ КП молодь Доброчинність Священний Синод УПЦ конфлікти іконопис забобони діаспора УГКЦ Вселенський Патріархат Президент Віктор Ющенко церковна журналістика церква та політика Предстоятелі Помісних Церков вибори автокефалія Церква і медицина секти Церква і влада комуністи та Церква






Рейтинг@Mail.ru






ПОПУЛЯРНО О БОГОСЛОВИИ: (2) Человек. Душа и тело

  18 травня 2008


Диакон Андрей Глущенко

 

Стандартные курсы православного догматического богословия начинаются, после вводных тем, изложением учения о Боге. Такой подход целиком оправдан, если речь идет об изучении догматики, например, студентом духовного учебного заведения. Но для того, кто далек от христианства, учение о Боге-Троице, «существенных свойствах» Божиих, свойствах Ипостасей и так далее может, естественно, показаться слишком абстрактным, необоснованным, «догматизированным».

Изучение точных наук (хотя богословие, безусловно, таковой не является) начинается с изложения очевидных, аксиоматических положений. Если задаться вопросом, что именно может послужить в этом плане своего рода начальными темами для богословия, ответ едва ли вызовет сомнения - это человек и мир. То и другое, безусловно, относятся к центральным темам богословия и подлежат богословскому осмыслению. И проще начинать с самого близкого и, отмечу заранее, самого загадочного. С самих себя.

Что такое человек с точки зрения христианского богословия? Высшее творение Божие, а по своему «составу» - душа и тело. Тело - материально, душа - нематериальна. Существование тела едва ли вызывает у современного человека сомнения, но некоторые полагают, будто наличие души настолько же бесспорным не является. На этом вопросе - на несостоятельности чисто материалистического взгляда на человека - мне хотелось бы поэтому остановиться подробнее.

С материалистической точки зрения все явления человеческой психики целиком сводятся к процессам, происходящим в головном мозге. Но в действительности мы наблюдаем в самих себе, в своем внутреннем мире две вещи, с материалистической точки зрения совершенно необъяснимые, и в то же время совершенно очевидные (несомненные, отмечу заранее, для каждого человека только по отношению к самому себе, но не к другим людям, для которых подобное допускается «по аналогии» с собой).

Первое - это уникальность личности. Каждый человек может задать себе следующий вопрос. «Почему именно я родился у тех родителей, у которых родился? Ведь вокруг себя я вижу тысячи людей, которые мною не являются. У них - не мое самосознание. Можно теоретически предположить, что и на месте того человека, которым являюсь я, мог бы оказаться другой. Не я. Он таким же образом делал бы сейчас то, что я делаю, думал бы о том же, но мною бы не был. Я же мог родиться, например, рабом в Древнем Риме, или же в крестьянской семье в Китае, и в настоящее время быть давно умершим».

Если же задаться этим вопросом серьезнее, то его необходимо будет поставить так: должен ли вообще я существовать? Должно ли появиться именно мое Я среди миллиардов людей, когда-либо живших, живущих или еще не родившихся? Является ли существование моего именно Я необходимым в силу каких-либо законов? Ответ очевиден: нет. Поскольку ни одна наука не предоставляет такого закона, который обусловливал бы это, принуждал бы появиться - не мое тело (его возникновение биология прекрасно и убедительно объясняет) - именно мою личность, одну-единственную и совершенно уникальную. Тем более не существует закона, объясняющего, почему мое Я должно было появиться именно в том месте и в то время, когда это произошло, должно быть связано именно с этим человеком, которым я являюсь.

Факт уникальности своей личности очевиден для любого человека, который серьезно задумывается над этим вопросом. Это - необъяснимая, чудесная данность.

Второе в нас самих, необъяснимое наукой - это очевидная несводимость психики человека к одним лишь процессам, происходящим в головном мозге. Да, с точки зрения науки явления моей психической жизни - мысли, эмоции, желания, память - в конечном счете являются только биофизикой головного мозга. Определенные его участки, например, отвечают за зрение, другие - за слух и т. д. Но поставим тогда вопрос: а чем отличаются те же мои зрение и слух друг от друга, взятые сами по себе - так, как я их воспринимаю? Неужели «местом» соответствующих центров в головном мозге? Такой ответ очевидно нелеп. Он еще глупее, чем если бы поставить вопрос: «в чем состоит отличие Четвертой симфонии Бетховена (op. 60) и его же Большой фуги (op. 137)» и ответить: «опусным номером», или «тональностью», или «тем, что симфония сочинена в 1806 году, а фуга - в 1817». Вопрос отличия зрения и слуха, скорее, равнозначен попыткам сравнить Четвертую симфонию и... Киевский метрополитен.

Далее, все процессы головного мозга с точки зрения науки являются измеряемыми. Красный и зеленый цвета сами по себе отличаются всего лишь длиной световой волны, а для моего глаза - реагирующими на них элементами сетчатки. Восприятие моим мозгом того или иного цвета поддается (теоретически) точному выражению: это биофизические и биохимические процессы, которые можно описать в категориях «что? где? когда? как? и сколько?»

И здесь становится очевидным, что реально мы живем вовсе не в том мире, что нам описывает наука. Я живу не в мире колебаний газовой смеси, имеющих определенные частоты, интенсивность и продолжительность, но в мире звука. В мире музыки, например. Я, опять-таки, живу не в мире электромагнитных колебаний, имеющих определенные частоты, интенсивность и продолжительность, но в мире света и цвета. Глядя на два цвета, например, на красный и фиолетовый, длины волн который относятся 2:1, я не вижу никакого числа «два». Я не могу в своем восприятии этих цветов указать хоть на что-то, что было бы для красного в два раза больше, чем для фиолетового (хотя с точки зрения физики все отличие между ними сводится только к различию длины волны).

Возможно ли описание того, чем отличаются для меня зрение, слух, вкус, боль друг от друга - языком физики, химии, биохимии, биологии, анатомии? Очевидно, что нет. Представим себе глухого от рождения, но гениального ученого, который досконально исследовал процесс реагирования человеческого организма на звук - от барабанной перепонки до последней клетки головного мозга на ее молекулярном уровне. Но знает ли этот ученый, что такое звук - так, как звук знает ребенок, не имеющий представления ни о колебаниях, ни о барабанной перепонке? Описать, что такое звук в нашем восприятии, ни одна естественная наука принципиально не может.

С другой стороны, не менее очевидно, что наука предоставляет нам истинное, объективное знание о мире (пусть, как мы убедились, и ограниченное). Она в том числе предоставляет убедительные объяснения того, как мое тело реагирует на окружающий мир.

Нет необходимости сомневаться в реальности этого мира. А сам факт существования науки и достижения ею поразительных успехов показывает, что мир не только реален - он также рационален в своем устройстве. В нем действуют строгие законы, поддающиеся познанию. И когда я рассматриваю окружающих меня людей с чисто научной точки зрения, я вижу лишь материальные тела, в которых происходят только материальные процессы. Но когда я рассматриваю способ восприятия мною самим этого мира (и людей в нем), я не вижу никаких процессов подобного рода. И «по аналогии», причем совершенно оправданно, я могу заключить, что и другие люди не сводятся к одной материи, как не свожусь к ней (что совершенно очевидно) целиком я.

Итак, что именно мы узнаём, просто глядя на самих себя?

Человек является сочетанием двух уровней: «телесного» и «душевного». С одной стороны, человек - это материальное тело, такое же, как и другие материальные тела (состоящее из такой же материи и подвластное тем же самым законам), отличающееся разве что высшим уровнем структурной сложности. С другой стороны, все явления «душевной» жизни человека - как они воспринимаются им самим - принципиально невозможно свести к одним лишь процессам, происходящим в теле, и невозможно объяснить, исходя только из них. В то же время эти явления с «телесными» процессами взаимосвязаны, всегда существуют наряду с ними.

Христианское богословие утверждает о человеке именно это: онтологическую двусоставность. Он - душа и тело, две сущности, совершенно отличные друг от друга и друг ко другу несводимые, но в то же самое время существующие друг для друга. Ни тело, ни душа поодиночке не являются человеком. Тело - целиком материально, и в этом плане оно не отличается от тел животных (разве что большей сложностью). Душа - полностью нематериальна. Она не состоит из элементарных частиц, не имеет массы, цвета, формы. Соответственно, она по определению не может быть предметом изучения для физики, химии или биологии. С точки зрения этих наук - души нет. И здесь естественные науки совершенно правы: душа принципиально не может быть ими познана, ими «увидена». Если бы последнее произошло, это означало бы, что душа - материальна, и следовательно человек - это только тело, только материя.

Душа и тело, будучи полностью отличны, в то же время целиком и едины. Они не самодостаточны. Без души, без ее мира чувств, эмоций, мышления, восприятия прекрасного и уродливого, доброго и злого - тело «человека» было бы телом обезьяны, чуть более развитой чем остальные. Без тела душа человека - это призрак, существующий неестественным способом. Именно поэтому христианское богословие говорит о телесном Воскресении Спасителя и о будущем телесном воскресении всех людей. Даже состояние святых, упокоившихся сейчас в Господе, не является совершенным. Так или иначе это - состояние смерти, которое требует своего преодоления в воскресении, в воссоединении с телом, но телом бессмертным. Мы не говорим пока о «богословии воскресения» - одной из «последних» богословских тем. Речь идет о том, на что указывает христианская вера в телесное воскресение: душа - не самодостаточна, она - не полноценный человек, без тела ее существование «призрачно».

Далее, христианское богословие говорит, что человек является творением Божиим. Действительно: мы «замкнуты» в пространстве и времени. Человек не абсолютен, не вездесущ, не вечен, не всеведущ. Мы - часть этого мира.

Тело является творением Божиим в том же смысле, что и другие живые существа (животные, птицы, рыбы). Оно возникло и живет в соответствии с законами природы (законами, заданными природе Богом). Но возникновение души является чудом, чудесным действием Божиим. Душа возникает из ничего. Действительно, поскольку личность человека несводима к чему-либо материальному и не может быть объяснима чем-либо в этом мире, личность не может быть «продуктом» мира материи, возникшим в нем по определенным законам. С другой стороны, появление души, новой уникальной личности вовсе не противоречит законам природы. Не противоречит просто потому, что с точки зрения науки никакого уникального самосознания не существует. И законы природы просто не распространяются на то, чего с их «точки зрения» нет.

Таким образом, мы видим, что в учении о составе человека христианство говорит о достаточно ясных, простых, даже очевидных вещах, которые каждый человек легко может увидеть в самом себе.

Нашей следующей темой будет «начало» и «конец» человека: возникновение человеческого рода и его цель в этом мире.

Автор: Диякон Андрій Глущенко