УКР РУС  


 Головна > Публікації > Доповіді та промови  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 222 відвідувачів

Теги
розкол в Україні Католицька Церква церква і суспільство педагогіка шляхи єднання іконопис конфлікти церква та політика Голодомор постать у Церкві Митрополит Володимир (Сабодан) Приїзд Патріарха Кирила в Україну Археологія та реставрація вибори Патріарх Алексій II автокефалія молодь українська християнська культура Києво-Печерська Лавра монастирі та храми України комуністи та Церква 1020-річчя Хрещення Русі Предстоятелі Помісних Церков УПЦ КП церковна журналістика забобони милосердя Церква і політика Вселенський Патріархат УГКЦ діаспора Церква і медицина Доброчинність Мазепа секти Священний Синод УПЦ Церква і влада краєзнавство Ющенко Президент Віктор Ющенко






Рейтинг@Mail.ru






Свобода выбора и проблемы духовного образования

  23 січня 2008


Протоиерей Александр Немчинов

Свобода - пожалуй, самая неоспоримая общечеловеческая ценность. И в тоже время, это понятие дискутивное, внутренне парадоксальное и противоречивое. Даже самые радикальные умы человечества, рассуждая о свободе, нередко обнаруживают слабость, сомнения и половинчатость. Рассуждения о свободе осложняются, прежде всего, тем, что здесь подразумеваются несколько порой взаимоисключающих понятий, из которых можно выделить три основные: свобода социальная, свобода воли и духовная или метафизическая свобода. Здесь нетрудно проследить, что если человеку дать полноту социальной свободы, то это неизбежно повлечет за собой освобождение инстинктов (назовем их так) своеволия, эгоизма, разрушительности, которые удерживаются в глубинах человеческой природы в силу тех или иных социальных ограничений. А это приведет к царству хаоса, который может быть преодолим только личностными волевыми усилиями. Поэтому вполне очевидно, что свобода социальная и свобода воли могут противоречить друг другу и быть взаимоисключающими.

Н. Бердяев метко сформулировал это так: «Свобода - не есть царство произвола и случая». И все же можно, пожалуй, выделить звено, объединяющее весь объем понятия свободы - это свобода выбора. Хотя и она внутренне парадоксальна. Невозможно, например, говорить о свободе выбора вслепую, а прозрение - это уже результат целого ряда ограничений. Невозможно назвать свободным человека, обделенного теми или иными качествами. Равно как не имеет свободы выбора человек непросвещенный, безграмотный, а что еще хуже, полуграмотный. Именно полуграмотность и лишает нас свободы выбора в духовном мировоззрении. То есть именно она ограничивает нас в метафизической свободе. Здесь хотелось бы обратить внимание на уровень религиозной грамотности нашего общества, в особенности молодежи. В отличие от советского времени, нынешним студентам и школьникам не навязывают никаких нравственных стереотипов, как, впрочем, и не сдерживают в свободе религиозного выбора. Но как раз единого нравственного стержня для них и не существует. Это факт, который мы не имеем права игнорировать и вынуждены признать бессилие сегодня что-либо здесь исправить. А значит, нужно искать подход с учетом всей сложности ситуации. К сожалению, мы вынуждены признать, что в посттоталитарный период мы так и не накопили достаточного опыта религиозного образования, духовного просвещения. Мало того, может быть, кому-то это покажется странным, но, на мой взгляд, актуальная ныне идея внедрения в учебную программу преподавания религиозной этики, как минимум, преждевременна. Вообще, сегодня сложно предложить единую концепцию религиозно-нравственного просвещения.

Во-первых, в одном учебном заведении сосуществуют люди совершенно различных религиозных взглядов (как среди учащихся, так и среди преподавателей), а во-вторых, потому что к принятию даже самой умеренной программы подавляющее большинство учащихся попросту не готово. Не говоря уже о том, КТО будет нести в учебные аудитории религиозные идеи. Здесь нас, христиан, могут справедливо обвинить в том, что, преподнося ученикам даже самые возвышенные идеалы Евангелия, которые, казалось бы, уже давно стали ценностями общечеловеческими, мы тем самым лишаем их свободы выбора по причине все той же общей неготовности. А учитывая то, что идея преподавания религиозной этики вторгается «инородным телом» в законодательство Украины, остается предположить, что она просуществует недолго, если не пересмотреть этот вопрос в самом корне. Хотя идея и интересная, но, повторяю, преждевременная.

Зато из имеющихся ныне средств остается нереализованным в должной полноте преподавание религиоведения. Именно эта дисциплина может помочь открыть человеку хотя бы некоторую свободу религиозного выбора, в случае, если она преподается достаточно профессионально. Ведь до сих пор нет единой программы предмета религиоведения, а существующие ныне варианты этих программ оставляют желать лучшего. Чаще всего дело бывает пущено на самотек. Но самое главное, - катастрофически не хватает квалифицированных преподавателей-религиоведов.

Острожская академия, которая готовит довольно сильные кадры в этой области, в масштабах всей Украины - капля в море. Кто сегодня преподает религиоведение в средних и высших учебных заведениях? - Вчерашние выпускники советских партшкол, причем чаще всего плохие выпускники, двоечники, которые объективно не могут выйти за рамки кое-как зазубренных ими штампов и понять различия между предметами «научного атеизма» и религиоведения. Или же люди, имеющие весьма сомнительное представление о полноте религиозной картины мира, которые на занятиях учат студентов медитировать, открывать «чакры», «третий глаз» и выходить в «астрал». В лучшем случае, наши религиоведы - это здравомыслящие люди, имеющие философское или историческое образованные, которые, увы, представляют собой лишь счастливое исключение. Но и они - не в обиду кому-то будь сказано - не являются достаточно квалифицированными специалистами узкого профиля. То есть ситуация, которая Библейским языком может быть названа: «слепой ведет слепого». О какой свободе выбора может здесь идти речь?

Еще несколько слов здесь необходимо сказать о том, что традиционные культурообразующие религии имеют многовековые традиции. И для адекватного восприятия истин, которые они проповедуют, необходим хоть какой-то культурный базис. А теперь посмотрим на направленность, например, в поп-арте, кинематографе за последние десятилетия.... Здесь, увы, наблюдается процесс массовой люмпенизации, опять же, в первую очередь, молодежи. Проповедовать человеку, имеющему под ногами «культурную почву» только лишь молодежных ночных клубов и дискотек, опасно тем, что он если и воспримет это, то, скорее всего, в ракурсе примитивной умозрительной сектантской фальшивки. Поэтому прежде чем говорить о преподавании религиозной этики, стоит, пожалуй, всерьез пересмотреть программу культурного и нравственного воспитания.

Выводы здесь могут быть следующими: навязывать религиозный стереотип, в особенности, детям, совершенно недопустимо. Не говоря уже о том, что это противоречит духу Евангельской свободы. Но и препятствовать кому бы то ни было обрести собственные религиозные взгляды преступно. Другое дело, что принять или не принять что-то человек может только тогда, когда знает, о чем именно идет речь. В противном случае выбор, сделанный вслепую, не может быть актом свободы. Именно исходя из этого, пожалуй, и следует строить концепцию религиозного и религиоведческого просвещения.