УКР РУС  


 Головна > Публікації > Доповіді та промови  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 185 відвідувачів

Теги
Священний Синод УПЦ УГКЦ Києво-Печерська Лавра Церква і влада Ющенко комуністи та Церква Доброчинність церковна журналістика шляхи єднання монастирі та храми України Вселенський Патріархат Голодомор забобони милосердя УПЦ КП секти краєзнавство Мазепа українська християнська культура молодь педагогіка Археологія та реставрація автокефалія 1020-річчя Хрещення Русі Церква і політика Приїзд Патріарха Кирила в Україну церква та політика Митрополит Володимир (Сабодан) постать у Церкві Церква і медицина іконопис Предстоятелі Помісних Церков Католицька Церква Президент Віктор Ющенко вибори Патріарх Алексій II церква і суспільство діаспора конфлікти розкол в Україні






Рейтинг@Mail.ru






Свобода выбора и проблемы духовного образования

  23 січня 2008


Протоиерей Александр Немчинов

Свобода - пожалуй, самая неоспоримая общечеловеческая ценность. И в тоже время, это понятие дискутивное, внутренне парадоксальное и противоречивое. Даже самые радикальные умы человечества, рассуждая о свободе, нередко обнаруживают слабость, сомнения и половинчатость. Рассуждения о свободе осложняются, прежде всего, тем, что здесь подразумеваются несколько порой взаимоисключающих понятий, из которых можно выделить три основные: свобода социальная, свобода воли и духовная или метафизическая свобода. Здесь нетрудно проследить, что если человеку дать полноту социальной свободы, то это неизбежно повлечет за собой освобождение инстинктов (назовем их так) своеволия, эгоизма, разрушительности, которые удерживаются в глубинах человеческой природы в силу тех или иных социальных ограничений. А это приведет к царству хаоса, который может быть преодолим только личностными волевыми усилиями. Поэтому вполне очевидно, что свобода социальная и свобода воли могут противоречить друг другу и быть взаимоисключающими.

Н. Бердяев метко сформулировал это так: «Свобода - не есть царство произвола и случая». И все же можно, пожалуй, выделить звено, объединяющее весь объем понятия свободы - это свобода выбора. Хотя и она внутренне парадоксальна. Невозможно, например, говорить о свободе выбора вслепую, а прозрение - это уже результат целого ряда ограничений. Невозможно назвать свободным человека, обделенного теми или иными качествами. Равно как не имеет свободы выбора человек непросвещенный, безграмотный, а что еще хуже, полуграмотный. Именно полуграмотность и лишает нас свободы выбора в духовном мировоззрении. То есть именно она ограничивает нас в метафизической свободе. Здесь хотелось бы обратить внимание на уровень религиозной грамотности нашего общества, в особенности молодежи. В отличие от советского времени, нынешним студентам и школьникам не навязывают никаких нравственных стереотипов, как, впрочем, и не сдерживают в свободе религиозного выбора. Но как раз единого нравственного стержня для них и не существует. Это факт, который мы не имеем права игнорировать и вынуждены признать бессилие сегодня что-либо здесь исправить. А значит, нужно искать подход с учетом всей сложности ситуации. К сожалению, мы вынуждены признать, что в посттоталитарный период мы так и не накопили достаточного опыта религиозного образования, духовного просвещения. Мало того, может быть, кому-то это покажется странным, но, на мой взгляд, актуальная ныне идея внедрения в учебную программу преподавания религиозной этики, как минимум, преждевременна. Вообще, сегодня сложно предложить единую концепцию религиозно-нравственного просвещения.

Во-первых, в одном учебном заведении сосуществуют люди совершенно различных религиозных взглядов (как среди учащихся, так и среди преподавателей), а во-вторых, потому что к принятию даже самой умеренной программы подавляющее большинство учащихся попросту не готово. Не говоря уже о том, КТО будет нести в учебные аудитории религиозные идеи. Здесь нас, христиан, могут справедливо обвинить в том, что, преподнося ученикам даже самые возвышенные идеалы Евангелия, которые, казалось бы, уже давно стали ценностями общечеловеческими, мы тем самым лишаем их свободы выбора по причине все той же общей неготовности. А учитывая то, что идея преподавания религиозной этики вторгается «инородным телом» в законодательство Украины, остается предположить, что она просуществует недолго, если не пересмотреть этот вопрос в самом корне. Хотя идея и интересная, но, повторяю, преждевременная.

Зато из имеющихся ныне средств остается нереализованным в должной полноте преподавание религиоведения. Именно эта дисциплина может помочь открыть человеку хотя бы некоторую свободу религиозного выбора, в случае, если она преподается достаточно профессионально. Ведь до сих пор нет единой программы предмета религиоведения, а существующие ныне варианты этих программ оставляют желать лучшего. Чаще всего дело бывает пущено на самотек. Но самое главное, - катастрофически не хватает квалифицированных преподавателей-религиоведов.

Острожская академия, которая готовит довольно сильные кадры в этой области, в масштабах всей Украины - капля в море. Кто сегодня преподает религиоведение в средних и высших учебных заведениях? - Вчерашние выпускники советских партшкол, причем чаще всего плохие выпускники, двоечники, которые объективно не могут выйти за рамки кое-как зазубренных ими штампов и понять различия между предметами «научного атеизма» и религиоведения. Или же люди, имеющие весьма сомнительное представление о полноте религиозной картины мира, которые на занятиях учат студентов медитировать, открывать «чакры», «третий глаз» и выходить в «астрал». В лучшем случае, наши религиоведы - это здравомыслящие люди, имеющие философское или историческое образованные, которые, увы, представляют собой лишь счастливое исключение. Но и они - не в обиду кому-то будь сказано - не являются достаточно квалифицированными специалистами узкого профиля. То есть ситуация, которая Библейским языком может быть названа: «слепой ведет слепого». О какой свободе выбора может здесь идти речь?

Еще несколько слов здесь необходимо сказать о том, что традиционные культурообразующие религии имеют многовековые традиции. И для адекватного восприятия истин, которые они проповедуют, необходим хоть какой-то культурный базис. А теперь посмотрим на направленность, например, в поп-арте, кинематографе за последние десятилетия.... Здесь, увы, наблюдается процесс массовой люмпенизации, опять же, в первую очередь, молодежи. Проповедовать человеку, имеющему под ногами «культурную почву» только лишь молодежных ночных клубов и дискотек, опасно тем, что он если и воспримет это, то, скорее всего, в ракурсе примитивной умозрительной сектантской фальшивки. Поэтому прежде чем говорить о преподавании религиозной этики, стоит, пожалуй, всерьез пересмотреть программу культурного и нравственного воспитания.

Выводы здесь могут быть следующими: навязывать религиозный стереотип, в особенности, детям, совершенно недопустимо. Не говоря уже о том, что это противоречит духу Евангельской свободы. Но и препятствовать кому бы то ни было обрести собственные религиозные взгляды преступно. Другое дело, что принять или не принять что-то человек может только тогда, когда знает, о чем именно идет речь. В противном случае выбор, сделанный вслепую, не может быть актом свободы. Именно исходя из этого, пожалуй, и следует строить концепцию религиозного и религиоведческого просвещения.