УКР РУС  


 Головна > Публікації > Невигадані історії  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 114 відвідувачів

Теги
церква та політика Священний Синод УПЦ Церква і політика церковна журналістика автокефалія Митрополит Володимир (Сабодан) Доброчинність постать у Церкві Голодомор милосердя діаспора Мазепа 1020-річчя Хрещення Русі Приїзд Патріарха Кирила в Україну Вселенський Патріархат Предстоятелі Помісних Церков розкол в Україні УГКЦ українська християнська культура педагогіка комуністи та Церква іконопис Президент Віктор Ющенко вибори Церква і влада Києво-Печерська Лавра забобони Археологія та реставрація секти Церква і медицина шляхи єднання Патріарх Алексій II УПЦ КП краєзнавство монастирі та храми України конфлікти церква і суспільство Католицька Церква Ющенко молодь






Рейтинг@Mail.ru






Староста



Протоиерей Александр Авдюгин

Во времена хрущевские он был в членах комиссий, которые закрывали церкви. Нет, не инициатором и агитатором борьбы с «мракобесием», а лишь рядовым исполнителем, которые занимались переписью изымаемого церковного имущества, передачей его еще оставшимся приходам или в музеи, или присутствовали при сожжении все тех же «предметов культа, пришедших в негодность», «невостребованных» и «ненужных».

Власти он подчинялся безоговорочно. Эту подчиненность и сейчас можно увидеть, когда в храм или на церковный двор заходит кто-либо в военной или служебной форме. Если есть петлички или, тем паче, погоны, выражение лица старосты становится пугливо-подобострастным и он, как и в те, давно ушедшие времена, готов выполнять и исполнять...

- Филиппович, вы зачем открыли все кладовки и подсобку? - спрашиваю у старика, униженно заглядывающего в глаза зашедшим бутафорским казакам.
- Сказали, отец Александр.
- Да гони их отсюда! Пришли молиться, пусть молятся, а нет - то вот им Бог, а вот порог.
- Как же, как же, отец? Ой, неприятности будут!

Или, не столь давно, поменялся в налоговой очередной начальник. В служебном рвении он решил церковные приходы «проконтролировать» и необходимыми, с его точки зрения, налогами обложить.

Приезжаю в будний, неслужебный день в храм: суета на церковном дворе. Перепуганный Филиппович открыл свечную лавку, повытаскивал из кладовки недавно привезенный из епархии «товар» и виновато-подобострастно объясняется пред двумя тетками отнюдь не православного имиджа.

Спрашиваю, мол, дело-то в чем? Что за шум без настоятеля, и кто имеет право, кроме епархии (которая, к слову сказать, никогда этим не занималась) нас тут контролировать?

Две налоговые леди, брызжа слюною и потными лбами, начали доказывать свою значимость, нужность, необходимость и грозность. Филиппович с каждым их аргументом становился всё болезней, ниже и мертвее, плохо же ему стало совершенно, когда я (прости меня Господи!) гаркнул на зарвавшихся мытаревых баб: «Пошли вон отсюда!»

По-моему, неделю после этого случая староста на приход не приходил, ждал, когда арестуют или, по крайней мере, батюшку снимут «с должности».

Так ведь не только не приходил, еще и в епархию поехал владыке доложиться, что он власти подчинился, а такой-сякой протоиерей супротив был. Жаль, владыка не принял, пришлось ему секретарю объясняться.

***

А ведь были в прошлом интересные годы у моего нынешнего активного прихожанина! Почти 15 лет староста в городском храме. В том, куда свозили старенькую утварь, облачения, иконы и прочее немудреное, часто обветшавшее церковное имущество, закрываемых со скромной помощью Филипповича, храмов и церквей. Великой силой «служения» обладал он в те года, вплоть до снятия неугодных священников, распределения церковного дохода и даже панихидных продуктов.

Именно его докладные записки рассказывали о «тайных» крещениях и отпеваниях, которые в те времена обязательно регистрировались и вне храма настрого были запрещены.

Именно ему была поручена «миссия» нести в идеологический отдел горкома будущую священническую проповедь на ближайший праздник или воскресение на «утверждение».

И еще много было «обязанностей» у тогдашнего старосты...

И при всем этом, Филиппович - верующий человек. На всех службах - справа у окна. Причащается часто. Практически каждый день что-то по церковному хозяйству «колотится», да и возрождение нашего прихода не без его активного участия произошло. В изначальной «двадцатке» он одним из первых и в прямом, и в трудовом, и в прочих смыслах.

Но два-три раза в год, особенно в дни постовые, вспоминаются, видимо, Филипповичу времена прошедшие, когда СТАРОСТА «вязал и решил», и я опять жду нового искушения и неприятностей.

Давно он уже не староста и даже не председатель церковного совета (наименование какое-то советское), но забирать у него ключи от церковных подсобок не буду. Помрет старик.