УКР РУС  


 Головна > Публікації > Невигадані історії  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 116 відвідувачів

Теги
Патріарх Алексій II іконопис Києво-Печерська Лавра Археологія та реставрація Голодомор Священний Синод УПЦ 1020-річчя Хрещення Русі Ющенко шляхи єднання комуністи та Церква Митрополит Володимир (Сабодан) церковна журналістика автокефалія УГКЦ церква і суспільство вибори Мазепа Церква і політика Предстоятелі Помісних Церков монастирі та храми України розкол в Україні Приїзд Патріарха Кирила в Україну Церква і влада Католицька Церква молодь постать у Церкві забобони діаспора Церква і медицина церква та політика педагогіка краєзнавство Доброчинність Вселенський Патріархат милосердя секти Президент Віктор Ющенко конфлікти УПЦ КП українська християнська культура






Рейтинг@Mail.ru






История одного старого кладбища

  26 січня 2007



 

Виктория Сидорова

Этот материал начался с телефонного звонка: «Виктория, моя мама недавно побыла на старом русском кладбище (признаюсь, я даже не подозревала о его существовании в самом центре нашего города, хотя родилась и выросла в Чернигове - авт.) - там похоронены наши родственники и рядом несколько могил священников, забытых и заброшенных. Они не огорожены, надгробные плиты разрушаются, скоро не сможем даже прочитать их имена. Сообщи в епархиальное управление, может, там позаботятся об этих могилках в память о бывших служителях...»

 

Звонил мой хороший знакомый, человек верующий. Очевидно, что он искренне переживает, да и тема для небольшого журналистского расследования любопытная. Так что в один из январских дней мы отправились на это кладбище, чтобы записать фамилии усопших священников (наверняка информация о них сохранилась в архивах) и сфотографировать их могилки. Благо - зима в этом году снегом нас не баловала, так что откладывать разведку до теплых времен не пришлось.

Кладбище это находится в глубине за городским Дворцом культуры. Ворота открыты, людей среди могилок не видно вовсе. Мой спутник Константин Иванович говорит, что здесь не хоронят примерно в середины прошлого века. По-видимому, ухаживать за большинством могил уже некому... Когда-то здесь действовал храм, но уже давным-давно на его месте стоит одноэтажный домик, в котором разместились мастерские. Тут изготавливают надгробия и памятники.

Могилы, которые нам нужны, долго искать не пришлось. Они почти рядом со входом. Чтобы прочитать полустертые надписи, с некоторых плит сгребаем груды опавших листьев, а другие кем-то заботливо убраны. Читаем: протоиерей Михаил Алексеевич Барзелович, год смерти 1954, год рождения - 1888. И надпись на могиле «Мир праху твоему». Далее - протоиерей Федор Су-ди-ти-цын (чтобы не ошибиться, вожу пальцем по бороздкам букв), протоиерей Петр Андреевич Зеленецкий (год рождения - 1879, смерти - 1953). Современники преподобного Лаврентия!

Рядом видим прибранную могилку в аккуратной оградке. «А это мой дядя Корсаков Феодосий Кузьмич, протодиякон Троицкого собора, - рассказывает Константин Иванович. - Оградку поставил его сын. Корсаковы - это была целая династия. Мой прадед похоронен на том месте, где ныне возле кафедрального собора стоит памятник Леониду Глебову. Когда мы с мамой там бывает, обязательно оставляем цветы, хотя могила не сохранилась. Он служил в Троицком и Спасо-Преображенском соборе, а семья, как рассказывала мама, жила на квартире в коллегиуме. Она даже показывала комнату, в которой когда-то жила их семья». А ныне в помещении коллегиума находятся выставочные залы и административный корпус Национального исторического заповедника «Чернигов древний». Я бы даже не подумала, что там могли быть квартиры священников.

По словам Константина Ивановича, русское кладбище продолжало функционировать до 60-х годов прошлого столетия. «Здесь когда-то была администрация кладбища, был многолетний смотритель, которого звали Антон, - говорит он. - И в Чернигове сложилась даже поговорка «Пошел к Антону», что означало - отошел в мир иной. Ныне большей частью кладбище заброшено и запущено». И в этот момент я замечаю зеленую деревянную оградку, за которой выстроились в ряд четыре металлических креста. За этим островком явно кто-то ухаживает. Подходим ближе: «Монахиня Евпраксия (Флерова) - 1955 год смерти, Евдокия Филипповна Флерова, Алексей Павлович Флеров (1866-1954)». Так ведь Алексей Павлович - основатель Черниговского педуниверситета, духовное чадо преподобного. По словам его невестки, Веры Аркадьевны, именно батюшка Лаврентий благословил будущего первого ректора на создание учительской школы в Чернигове. Так неожиданно мы нашли могилу А.П. Флерова.

Неспешно проходя среди могил, читаем фамилии усопших и рассматриваем памятники. Сколько еще среди них людей известных в свое время, даже выдающихся, о которых сегодня могут рассказать только архивные записи или краеведческие материалы. А сколько таких, чьи потомки живут-поживают себе в Чернигове, Киеве или Москве и не знают, где покоятся их родные. Похоронены здесь семейные пары, дети рядом с родителями. Одиночные могилы встречаются редко. Старинные имена и фамилии звучат для нашего уха, как звуки клавесина. Есть среди них и знакомые. «Неговская и Неговский», «Маркелов Николай Николаевич и Евфросиния Семеновна», «Андрушкова Елизавета Федоровна», «Михаил Максимович Друцкий», «Анастасия Ермоленко», «Семен Константинович Бордонос», «Зборовская Мария Антоновна», «Тычина и Тычина», «Отец Иоанн Буримов, протоиерей, умерший в 1900 году», его вдова и еще «Петр Буримов».

На одной из плит находим записку в целлофановом пакете: «Евгений Семенович и Галина Васильевна - потомки Буримовых просят летом посетить нас на улице 1 Мая, дом 51, квартира 2 (район Пяти углов). Мы живем в Киеве, будем в Чернигове во второй половине июня»... Эта записка могла пролежать здесь не один месяц и даже год, увидели ли ее те, кому она предназначалась? Или только такие любопытствующие, как мы, не поленились достать намокший листок из файла и прочитать эти строки?

Что же писали в те времена на надгробиях дорогих людей их близкие? На одной могиле читаем «Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю», а на соседней - «Блаженны милостивии, ибо помиловани будут» (семья Ляшенко). «Ты оставила о себе светлую вечную память в сердцах наших до конца жизни», «Учини душу рабы твоей в обители святых твоих». Находим надписи на церковнославянском языке - витиеватые буквы, больше похожие на затейливый узор, и на немецком (как на могиле Марии Вальтер, похороненной в 1841 году). Хотя кладбище и носит название русского, встречаются фамилии немецкие, украинские, польские, еврейские.

Обращаем внимание, что некоторые из надгробий «смотрят» совсем не в ту сторону, в какую им положено, т. е могилы оказались повернуты на 180 градусов. Как это объяснить? Кресты или памятники были переставлены? Но кем, когда, а главное, - зачем? Впрочем, известно, что некоторые наиболее добротные мраморные постаменты с этого кладбища в советские времена были использованы для памятников революционным лидерам. А другие поменяли нескольких «хозяев». Видно, как к старым постаментам были приделаны мраморные плиты с другими именами. А еще памятники могут поведать о профессии, роде занятий или социальном положении почивших. Например, «Протоиерей Прокофий Кокотюха и Николай Прокофьевич Кокотюха» или «Статский советник Николай Яковлевич Глазырин». А еще здесь наверняка есть адвокаты, врачи, коммерсанты. Кое-где на памятниках сохранились портреты или фотографии, с которых смотрят на нас лица из прошлого...

Встречаем памятники очень необычной, на взгляд современного человека, формы - в виде ствола дерева, но с отрубанными ветвями - тут покоится «Александр Иванович Тальвинский». Подобные я видела когда-то на территории Елецкого и Троицкого монастырей. Есть памятники в виде колонн, но больше всего тут крестов - больших и маленьких. Если походить подольше, можно встретить немало интересного, но... «Само время здесь выступило в роли вандала, - подводит итог нашей экскурсии Константин Иванович. - Могилы зарастают бурьяном, памятники разрушаются, надписи стираются. Скоро это старое русское кладбище совсем исчезнет»...