Муж моей подруги - добрейшей души человек. Будь он верующим, наверняка являл бы собой пример благочестивого и нестяжательного христианина. Но отношение к Церкви у него очень сложное. Афган, взявший в жертву его юность и жизни друзей, тяжелобольная сестра и извечная социальная несправедливость - все это по-своему повлияло на его душу и мешает примириться с «немилосердным» Богом.
В середине 90-х выпало на его долю еще одно испытание. Как и тысячи других украинцев, в один ужасный день он потерял работу, прежний статус, а вместе с ними и спокойную жизнь. Своеобразное утешение стал искать в алкоголе и со временем пристрастился так, что ни о чем другом уже думать не мог. Дошло до того, что бывший инженер и прекрасный конструктор разучился связно говорить, а рука все равно тянулась к бутылке...
«Не могу больше, ничего не помогает»
Подруга моя сражалась за мужа, как могла. Водила по врачам, искала работу, отвлекала какими-то домашними хлопотами, занятиями с детьми. Несколько лет длилась эта борьба, но результатов никаких не было, и подруга сдалась. «Не могу больше, ничего не помогает, - вздохнула как-то она, глядя на меня печальными глазами. - Решила я кодировать своего Николая. Что с ним поделать? Пропадает... Да и он уже не против. Что скажешь?».
Я, конечно же, знала, что должна была ответить: «Нет-нет, ни в коем случае! Наш батюшка не благословляет. Кодирование - это грех, насилие над личностью! Он сам должен справиться с этим. А ты в церковь ходи, молебны заказывай. Бог поможет...» - но, глядя в ее измученное, почти черное от горя лицо, мой формально-правильный ответ застрял в горле. И я промолчала. Но промолчала не с осуждением: «Всем вам, грешникам, гореть в огне», - а согласно: «Спасай, дорогая, свою половинку»...
Больше к этой теме мы никогда не возвращались. То, что помощь медиков была успешной, стало понятно совсем скоро: Николай посветлел, поправился, нашел хорошую работу и даже сделал небольшую карьеру. Семья вернулась к нормальной жизни, и я за них искренне радовалась, но на сердце поселилась тоска. Чувство вины, нарушения какого-то общепринятого правила не давало покоя и терзало душу. Ведь при моем молчаливом участии мои друзья выбрали кодирование, а я знаю, мне говорили: кодирование - это грех...
Значит, пусть лучше пьет, да?
Прошло два года. Однажды, получив «Седмицу», я просматривала список главных новостей и вдруг увидела заголовок: «Лучше кодирование, чем гибель от пьянства». Не веря своим глазам, перешла на указанную страницу и там ознакомилась с коротенькой заметкой, посвященной как раз «моей» теме. В ней известный священник протоиерей Димитрий Смирнов, отвечая на вопрос, можно ли кодировать алкоголиков, говорил о том, что кодирование - разрешенная Минздравом методика и ничего в ней, противоречащего Христианству, нет. «Боязнь кодирования - просто суеверие... Люди не понимают, не знают, а огульно это отрицают. Значит, пусть лучше пьет, да? Но даже если он закодируется, какое-то время не будет пить, он же на это время дольше проживет! Поэтому, если человек согласен, то и очень хорошо... А если он у вас погибнет от пьянства, то вы будете отвечать перед Богом. Потому что он хотел вылечиться, а вы ему препятствовали. Это очень небезопасно для вашей души. Он же не к колдунам обращается!».
Не формализм, а сострадание, участие, милость
Я прочитала эти строки и даже перекрестилась. Отец Димитрий не только снял тяжесть с моей души, но и еще раз подтвердил, что главный закон Христианства - Любовь, и что в отношении к ближним Господь заповедовал не формализм, а сострадание, участие, милость: «Любите друг друга», «будьте милосердны», «как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними».
Чтобы у читателя не возникла мысль, будто я ратую за всеобщее кодирование алкоголиков, сразу поясню: я против кодирования. Все-таки это «не наш метод». Но его можно применять, когда других вариантов спасти человека, нет. Он - последняя соломинка, которую можно подать погибающему, когда его собственных сил на борьбу с «зеленым змием» уже не хватает.
Пока силы и желание победить пагубную страсть имеются, нужно обратиться к специалистам.
Например, в нашей стране есть Троицкий православный центр реабилитации для алкозависимых. Он располагает целой сетью региональных отделений, в том числе, наркологических.
Кому консультаций и бесед недостаточно, может пройти четырехмесячный курс реабилитации в единственном в Украине православном специализированном центре по борьбе с алкоголизмом и наркоманией, который успешно действует при мелитопольском монастыре святого Саввы Освященного. Там лечение анонимное, конфиденциальное и проводится на благотворительной основе.
Если мой рассказ поможет кому-то вернуться к нормальной жизни, я буду счастлива.
Всем страдающим от пьянства желаю сил и Божией помощи. А их родным повторю свое мысленное пожелание, данное некогда любимой подруге: «Спасайте, дорогие, свои половинки».
Контактная информация:
Троицкий центр: (044) 566-46-36; 8-063-590-35-02;
Монастырь св. Саввы Освященного: (06192) 6-73-77. О центре: http://www.savva.org.ua
«Он (метод кодирования) - последняя соломинка, которую можно подать погибающему, когда его собственных сил на борьбу с «зеленым змием» уже не хватает.»
Это утвердение – опасное заблуждение или ложь! И первая, и последняя «соломинка» - Бог! Минздрав много чего «разрешает» (и прививки, и контрацепцию, и использование эмбрионального «материала»). Но даже среди специалистов существуют диаметрально противоположные мнения по этим вопросам! Церковь не может и не должна вдаваться в «технические» детали, но Она может и должна дать духовную оченку явлению и вразумительно сказать в данном случае, что в Ее арсенале методик манипулирования сознанием человека нет! Методика, основанная на страхе, ничего общего с Любовью не имеет, она лишь укрепляет почву нашего маловерия и других грехов, сопуствующих ситуациям, «когда не могу больше, ничего не помогает». Никто из святых кодированием не лечил, и не нужно думать, что мы умнее их, и придумали что-то новое! И не снадобьями они помогали, а обращением к Подателю всяческих благ. Душевредно считать, что для достижения благой цели любые, даже сомнительные, средства хороши. Возьмите статистику о количестве кодированных, вычтите количество срывов, учтите рецидивы в более тяжелой форме, вычтите, если сможете, количество исцелений «под ширмой» кодирования, но по другой природе (напр.: чудо «немилосердного» Бога, явленное неверующему по искреннему пожеланию верующего), и получите картину эффективности этого метода. При всем нашем желании из горького источника сладкая вода не потечет, по телевизору мы в Литургии не поучаствуем и по радио не позавтракаем! Все это самообман. И если кому-то «помогло кодирование?», то нужно называть вещи своими именами и говорить, что это Милость Божия, а не «метод». И если к Нему есть прямой путь, не нужно исподволь агитировать людей идти окольными! Враг и без нас найдет возможность «подсказать». Абсурдно звучит «метод не наш, но его можно применять, когда других вариантов спасти человека, нет». Естественно, что для тех, для кого нет Бога, и «других вариантов спасти человека, нет», а « в церковь ходи, молебны заказывай. Бог поможет...» - это всего лишь «формально-правильный ответ»! По вере нашей нам дается!
версія для друку
Коментарі до статті:
Всі коментарі (1)