УКР РУС  


 Головна > Публікації > СІМ православних Я  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 92 відвідувачів






Рейтинг@Mail.ru






Психология любви / психология измены

  10 листопада 2008


Юлия Скрипник

Блудников же и прелюбодеев судит Бог
(Евр. 13:4)

О том, насколько страшным грехом является измена, говорить, пожалуй, излишне. «Верность - это обязательства перед партнером по браку, она является скрепляющим узлом не только брачного союза, но и любого другого. Верность Родине, воинскому долгу, идеалам всегда культивировалась... Измена всегда считалась позором и приравнивалась к предательству», - справедливо замечают авторы большинства статей на эту тему. Достаточно вспомнить христопродавца Иуду, или отцеубийцу Павлика Морозова, или подлость Ивана Мазепы по отношению к Петру, чтобы мерзость подобного деяния предстала пред нами со всей отчетливостью.

Само слово «измена» показывает нам, что осуждается в таком поступке человека, - его перемена, его «несоответствие самому себе», как отметил Честертон; его неумение «властвовать собой». То, что соотносится с понятием «измены», находится в сфере долга человека по отношению к самому себе как личности. Но слово, которым издавна обозначается именно измена супружеская - «прелюбодеяние» - обращает наш взор в несколько иную область. «Прелюбодеяние» в переводе на современный русский язык означает «преступление против любви», а такое рассмотрение вопроса вводит нас в сферу отношений уже между человеком и Господом, подводит нас к пониманию брака как Таинства (а значит - тайны), приближает нас к рассмотрению «последних» вопросов Жизни и Смерти.

Ненормальная норма

Для начала необходимо задуматься: а всегда ли и всякий ли брак находится в этой сфере таинственных религиозных отношений, всегда ли он является Малой Церковью или идет по пути к Ней? О том, что случаи «внерелигиозного» брака, мягко говоря, не так уж редки, пишет и известный богослов протопресвитер Иоанн Мейендорф в книге «Брак в Православии», при этом он подчеркивает, что брак, который «...рассматривается только как некое социальное явление, или юридический договор о собственнических правах, или как способ регуляции сексуальных отношений», является своего рода нормой для общества. Такая ситуация формировалась веками. Среди причин, способствовавших десакрализации брачной жизни, протоиерей Георгий Митрофанов называет и практически полное отсутствие в нашей Церкви агиографической литературы, воспевающей идеал семейной жизни, и распространенность в литературе светской образа «профанной» любви в браке и «истинной» любви «на стороне», и «наследие» советской эпохи: от «Манифеста коммунистической партии» (предполагавшего уничтожить семью как данность, а потому до предела облегчившего процедуру развода), до «невинных» детских садов. «Ведь что такое детское дошкольное воспитание, которое было неизбежно, в частности, для матерей-одиночек, а потом постепенно стало восприниматься как что-то само собой разумеющееся? - разъясняет отец Георгий Митрофанов. - Это преждевременный отрыв маленького ребенка от среды, в которой только и может произойти его формирование как личности на самых глубинных, основополагающих стадиях его развития. В условиях, когда ребенку до 5-6 лет вообще не нужно никакого коллектива, дети помещались в ситуацию, когда они не знали своей семьи», и в результате подобного воспитания формировались люди, «фактически не приспособленные к созданию семьи».

Словом, то, каким образом возник и существует современный среднестатистический брачный союз, - тема довольно обширная и требует отдельного рассмотрения. Здесь мы обращаемся к ней только для того, чтобы заметить: супружеская неверность при таком положении дел в обществе - явление весьма закономерное.

Зачем нужна любовь

Дело не только во внешних условиях, которые так или иначе накладывают отпечаток на нашу жизнь, - еще Достоевский высмеял тезис «среда заела», как абсолютно ложное объяснение всяческих перекосов и ненормальностей человеческого поведения. Суть в том, что внутри нас самих у всевозможных внешних «вредителей» находится мощный союзник - наша самость, или эгоизм, или мертвенность, или косность - имен много, но значение этого «объекта» было четко определено Христом: «Кто станет сберегать душу свою, тот погубит ее; а кто погубит ее, тот оживит ее» (Лк. 17:33). Итак, речь идет о той поврежденной грехом части нашего «Я», которая препятствует нашему приобщению к Источнику Вечной Жизни - Любви.

Согласно святоотеческому учению, Любовь исцеляет человека, отсюда и слово «целомудрие» - «мыслить целостно», «быть целым». Любое установленное Церковью Таинство - это путь, по которому мы идем к этому исцелению. Для призванных к браку (разговор в данном случае идет исключительно о них, а не о монашествующих) осуществление брака как Таинства является столь же важным, как и участие в любом другом Таинстве Церкви. Митрополит Каллист (Уэр) находит в Таинстве брака «прямое выражение способности человеческой личности быть образом и подобием Святой Троицы. Сотворенная быть иконой триединого Бога, человеческая личность создана для взаимной любви, а значит, прежде всего, - любви мужчины и женщины». В таком браке происходит мистическое соединение двух существ в одно - «...оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут одна плоть» (Быт. 2:24). Это Духовно-Душевно-Телесное единение - и есть любовь, действующая по образу и подобию Любви Божией, соединяющей в одно целое Дух, Душу и Тело каждого человека. Таким образом, стремление к любви диктуется не просто тягой к наслаждению или инстинктом продолжения рода, а неумолимой потребностью в Жизни, в Существовании. Таково Божие установление, и потому каждый брак, не стремящийся с помощью благодати Божией исполнить это установление, подвергается опасности измены.

Почему изменяют

Как бы ни уверяли нас глянцевые журналы и даже некоторые именитые психологи в том, что измена естественна и неизбежна для полигамного самца-мужчины и идущей на все для наиболее здорового потомства самки-женщины, опыт убеждает в обратном. Ни особого удовлетворения, ни особого здоровья для себя и своих детей прелюбодеи не получают. Напротив, другие не менее именитые ученые приводят ошеломляющие данные о серьезности психофизических расстройств, которые поражают изменившего человека и потомство такого союза.

Вне компетенции науки исчерпывающе ответить на главный вопрос, наиболее терзающий как тех, кому изменили, так порою и тех, кто совершил этот страшный шаг: почему? Ответ этот можно получить, лишь следуя логике вышеизложенного учения о браке.

Трагизм измены в том, что она всегда (не считая пошлостей, вроде стремления к «плотским удовольствиям» или «к мести за обиды» и т. п., что обычно составляет лишь «вершину айсберга») - выражение непреодолимой потребности в Другом, с которым может абсолютно осуществиться мое единение; неудержимого стремления к жизни. «Делаю ставку на жизнь, поэтому не могу отказаться от связи», - так говорит о мистических корнях измены греческий богослов Христос Янарас.

Любое недо-соединение, любое неабсолютное сращение двоих в одно - будь то на уровне тела, или души, или духа, что выражается во всевозможных семейных конфликтах, - поражает нас, как молния, так как является непосредственным опытом распада и смерти. Но нашей искаженной грехом природе проще отреагировать на эту боль еще большим отдалением, выстроить дополнительный барьер, чем идти по крестному пути преодоления себя и постепенного преображения отношений. Зачастую мы начинаем (пусть неосознанно) утешать себя иллюзией, что «с другим человеком все будет, как надо»... Но реальность неумолима: настоящая любовь никогда не дается сразу, она всегда - достижение, всегда результат умерщвления своей самости. Недаром говорят, что тайна любви - не в любимом, а в способности любить, и, соответственно, отказ (сознательный или бессознательный) формировать в себе такую способность есть погружение в стихию смерти.

Страх и вина

Мы боимся спадов, мы боимся сложностей и проблем, мы боимся их решать и бороться с ними в духе любви, потому что это так же сложно, как умирать со Христом - а умирать страшно.

В нашем сознании живет образ любви непрекращающейся, неменяющейся, неослабевающей. И каждый спад, каждый конфликт приводит или к тому, что мы замыкаемся в себе, пока не утихнут страсти, или стремимся во что бы то ни стало поставить на своем,  а после этого снова стремимся наладить связь, зачастую так и не осознав причин той или иной ссоры, ничего не изменив и не исправив. Мы забываем, что в таком случае со временем снова столкнемся с теми же трудностями и снова прикоснемся к смерти... Эти «адовы круги» можно наблюдать практически в любой семье.

Мы боимся показаться сентиментальными и глупыми, а потому с легкостью отказываемся от «незначительных» проявлений нежности и заботы, от маленьких безумств и приятных мелочей, которые царица-мученица Александра Романова называла «ежедневным хлебом любви». Нас много что гнетет внутри, но мы почему-то боимся подойти к священнику или близкому человеку и задать свои личные вопросы. Мы предпочитаем говорить ни о чем, тчательно маскируясь.  Мы забываем, что, пожалуй, только так - глупо и неловко - может проявляться и поддерживаться живое трепещущее чувство...

Мы боимся «потерять контроль» над нашей «половинкой», и не стесняемся в средствах для «управления». Кто не сталкивался в своей жизни с семьями, где таким «регулятором» была супружеская близость?

В зависимости от ситуации, она служит или поощрением, или средством «уладить» какой-либо конфликт, или добиться желаемого: так - проще, чем общаться, узнавать друг друга, прощать... Мы забываем, что «игры» в этой области человеческих отношений - недопустимы. «Испокон века люди чувствовали: если Бог послал земные блага, не грех сесть вместе за пиршественный стол - но под страхом позора и срама необходимо, чтобы совместное вкушение яств и напитков, „радующих сердце человека", знаменовало и символизировало нечто, выходящее далеко за пределы простой чувственной услады. <...> Тот же закон имеет еще большую силу в применении к брачному ложу. Самая плотская ласка, чтобы не стать несносной мерзостью, должна знаменовать и символизировать самое духовное, что может быть: безоговорочное взаимное прощение и безоговорочное взаимное доверие. Супруги, которые приближаются друг к другу, чего-то не простив, припрятав камень за пазухой, практикуют блуд в браке», - предупреждает известный ученый и богослов С.С. Аверинцев. Но мы о тайнах пола часто даже не задумываемся - нами движет страх, что и здесь нужно будет учиться жертвенности и чуткости, что-то преодолевать в себе, что-то отдавать без остатка...

Любую добродетель мы пытаемся «обезвредить», лишить ее невыносимо острого, изменяющего нашу природу, жала. Терпение мы превращаем в слепое выжидание, понимание - в равнодушное соглашательство, послушание - в механическое выполнение каких-либо требований, воздержание - в изощренную пытку супруга, и так - во всем. Так, по капле, из наших отношений уходит жизнь.

Мы боимся, что наш брак разрушится. Мы забываем, что брак не держится штампом, представлениями об идеале, морализмом, он действенен одной любовью. Мы забываем, что все наши усилия без искренней и постоянной молитвы могут ни к чему не привести только по одной причине: мы, как фарисеи, считаем, что любовь - это заслуженная награда за наши старания. И только Господь учит нас, что настоящая любовь - всегда - свободный дар, а всякое требование и принуждение разрушает ее гораздо быстрее, чем все вышеописанные трудности.

Проститься или простить

Прелюбодеяние - ситуация, когда Церковь со скорбью констатирует право пострадавшего супруга расторгнуть даже венчанный брак. «Однако даже в таких экстремальных случаях говорится лишь о том, что супруг имеет право развестись, а не о том, что он обязан это сделать», - уточняет Александр Бабицкий, автор многочисленных статей о православной семье.

Следует заметить, что духовники православных христиан крайне редко советуют своим чадам идти на развод даже в такой ситуации. Обычно развод неизбежен только в том случае, если пострадавшего человека захлестывает невыносимая ненависть - тогда  расставание выбирается как меньшее зло по сравнению с возможным большим. Чаще всего советуют простить...

Обилие осуждающих сентенций в отношении измены не означает, что Евангелие не несет в себе откровения о прощении и этого греха. Все Священное Писание пронизано брачной символикой, причем это отнюдь не беспечальный брак чистого Жениха и чистой Невесты, а скорее, по выражению Аверинцева, «брак с недостойной, но любимой женой, которая не будет Им оставлена». Прощению учат нас и святые отцы: «...если твой брат соблудил, не поноси его обидными словами, не насмехайся над ним», - увещевает святитель Иоанн Златоуст.

«Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф. 5:27-28). Кто из нас может похвалиться тем, что остался чист от прелюбодейного взгляда? «...Когда прелюбодеянием называется всякое похотное воззрение, это означает, что на религиозном основании мы не имеем более права осуждать совершившего само деяние», - резюмирует Ф.Н. Козырев и в подтверждение приводит еще одно высказывание Христа, прозвучавшее при встрече с прелюбодейкой: «Кто из вас без греха, первый брось на нее камень» (Ин. 8:7). Однако «в христианском обществе бросание камней должно прекращаться не потому, что недостижимо смотрение на женщину без вожделения, так что все „не без греха", а потому, что достигается это лишь благодатною помощью Святого Духа, <...> научающего нас вместе с тем и истинному состраданию, так что осуждение ближнего из внешне недопустимого естественно становится внутренне невозможным» [5]. Если наше прощение основывается не на такой внутренней потребности, если, «прощая», мы только «исполняем долг» и загоняем себя в рамки формализма, демонстрируя свою порядочность, то наше «прощение» бессмысленно.  Отец Владимир Зелинский, рассужая о проблеме прощения, приходит к следующему выводу: «Прощение - это, может быть, самая трудная из заповедей брачной жизни, потому что оно требует отказа от того, от чего человеку труднее всего отречься - от собственного лелеемого страдания».

В любом случае, готовой формулы, по которой необходимо строить свое поведение, не существует. Сложно прощать, приводя тем самым свою душу на крест, сложно любить, прорастая друг в друга, сложно сопротивляться сильнейшему искушению изменить, когда так тянет поверить в соблазнительную сказку о «вечном счастье без труда». Жизнь всегда намного сложнее, чем мы думаем, потому что она непрерывно требует от нас «раскрыться», требует преображения всего нашего существа. Она постоянно обнажает нас, возвращая в исходную ситуацию беспомощности, чтобы мы ощутили над собой Суд Божий, Который только и может выносить свой приговор в таких сокровенных вопросах, Который знает, что «все за всех виноваты», и воздает каждому справедливо и милосердно.

Литература:

1. Аверинцев С. Брак и семья: несвоевременный опыт христианского взгляда на вещи. - www.benjamin.ru
2. Бабицкий А. Венчание - а стоит ли торопиться? - www.womenclub.ru
3. Бахмат Ю. Юрий и Кира. Как прощают измену... Из архива В.В. Быкова (получено в 1999 г.) - www.pravmir.ru
4. Каледа Глеб, протоиерей, профессор. Домашняя Церковь. - М.: Зачатьевский монастырь, 1997.
5. Козырев Ф.Н. Церковь и пол. Размышление второе:О седьмой заповеди. - www. kiev-orthodox.org
6. Кругом измена. - www.izmen.net
7. Мейендорф Иоанн, протопресвитер. Брак в Православии. - М.: Путь, 1995.
8. Митрофанов Георгий, протоиерей. Агиографический образ и историческая реальность семейной жизни в Русской Православной Церкви. - www. kiev-orthodox.org
9. Николаев Сергий, иерей. Развод // За советом к батюшке, М., Даниловский благовестник, 2002.
10. Осипова М. Что толкает супругов на измену. - psy.rin.ru
11. Сигов К. Таинство любви: герменевтика обещания и прощения. Доклад на Пятой Международной богословской конференции РПЦ «Православное учение о церковных таинствах». - www.orthodoxy.org.ua
12. Супружескую измену можно предотвратить. - www.medicnews.ru
13. Честертон Г.К. В защиту обетов - www.kuindzhi.livejournal.com
14. Яннарас Христос. Вариации на тему «Песни Песней» (эссе о любви). - www.21v.ru

За публикацию материала выражаем признательность журналу «Живой родник»

Автор: Юлия Скрипник