УКР РУС  


 Головна > Публікації > Точка зору  
Опитування



Наш банер

 Подивитися варіанти
 банерів і отримати код

Електронна пошта редакцiї: info@orthodoxy.org.ua



Зараз на сайті 106 відвідувачів

Теги
педагогіка шляхи єднання Священний Синод УПЦ Доброчинність Києво-Печерська Лавра церква і суспільство Церква і політика вибори Вселенський Патріархат УГКЦ Голодомор Митрополит Володимир (Сабодан) комуністи та Церква Предстоятелі Помісних Церков милосердя українська християнська культура секти автокефалія Католицька Церква молодь діаспора УПЦ КП забобони розкол в Україні іконопис монастирі та храми України Мазепа церква та політика Приїзд Патріарха Кирила в Україну постать у Церкві Археологія та реставрація церковна журналістика конфлікти Церква і медицина Церква і влада 1020-річчя Хрещення Русі Патріарх Алексій II Ющенко краєзнавство Президент Віктор Ющенко






Рейтинг@Mail.ru






Заметки паломника

  27 December 2007


Анастасия Бондарук

Эти записки родились после рассказа моей подруги о ее паломничестве. Именно она пережила то, о чем речь пойдет ниже.

«Вообще-то я паломник без стажа. Все мои немногочисленные путешествия по святым местам до этого в основном совершались с близкими друзьями или семьей. Поэтому поездка в составе группы из 30 человек, да еще за границу, стала для меня большим событием. Забегая наперед, могу сказать, что через шесть дней, к концу путешествия, я поняла: паломничество в группе незнакомых людей - особый вид православного подвига.

«Женщина в храме да умолчит...»

Когда я встречала эти строки из послания на дверях храмов, было немного непонятно: неужели на службе из всех прихожан порядок нарушают только женщины? Но когда я поближе познакомилась с Лидией, поняла: женщину уговорить замолчать гораздо труднее.

Увидев нашу героиню в аэропорту, про себя отметила - демонстративная псевдоправославность. Длинная мешковатая юбка, сверху - бесформенная рубаха, на голове - длинный платок. Она шла с гордо запрокинутой головой, оглядывая окружающих «с высоты своего полета» (вернее с высоты полета самомнения). Но самым главным было выражение лица: с блуждающей блаженной улыбкой, как-бы говорящее: «Дорогие мои, вы еще ничего не знаете. Я вас научу». То, что женщины, одетые более элегантно (т.е. всех остальных из нашей группы), считаются, по ее мнению, религиозно незрелыми, она выражала в течение всей поездки.

Лидия сразу попыталась взять духовное руководство группой в свои руки...

Для этого она совершила несколько неудачных попыток одолеть штурмом священника, который был назначен руководителем. Потерпев поражение на этом фронте, она мгновенно провела передислокацию. Конечно, слабым звеном оказались женщины. Им Лидия объяснила, что батюшка попался «не молитвенник» (как она это определила -непонятно), поэтому в каждом новом храме она и группа поддержки оставались после общего молебна, чтобы провести другую молитву в узком кругу. Конечно, они часто терялись, отставали... и все это вылилось в бунт. Лидия громко скандировала: «Нас обманули! Это не духовная поездка! У нас нет времени на молитву!» Да, график был действительно напряженным, но знали мы о нем заранее.

В автобусе Лидия сидела рядом со мной. Экскурсовода она не слушала, т.к. читала молитвослов. Когда я перед причастием достала свой молитвослов, она радостно и громко воскликнула: «Ну вот, наконец, и ты решила помолиться». Я почувствовала себя язычницей, только, что обращенной в христианство, причем публично.

Конечно, можно сказать, что человек просто взял на себя большой подвиг. Скорее всего, так и есть. Жалко только, что это никак не отразилось на отношении Лидии к ближним. Стоя в очереди к святыням, Лидия могла растолкать стоящих в очереди монахов, чтобы пробиться первой. Когда нам подавали еду, «бросалась всем телом» на официанта, перекрывая доступ другим. Однажды, когда часть нашей группы вместе со священником спустилась в назначенное время к трапезе, оказалось, что Лидия уже подняла группу на благодарственные молитвы. Но, самое интересное, что есть фактически было уже нечего. Когда ее приверженцы указали ей на столь прискорбный факт, она громко ответила: «Ой, да завтрак был такой... Мне от него просто плохо...». По-видимому, это были слова утешения.

Это просто отстой ...

То, что у богатых свои причуды, я тоже ощутила в поездке. Юрий (назовем его так) и сын путешествовали часто и по всему миру. Поэтому они «наметанным глазом» определяли, что комфортабельный автобус, который мне так понравился, - отстой, гостиницы - «три звезды», обслуживание - хуже некуда. Я искренне ответила, что меня об этом не предупредили, поэтому мне показалось, что все хорошо. Сын снисходительно и с жалостью посмотрел на меня. Они с отцом никак не могли понять, почему нельзя везде ездить, а нужно много ходить пешком. Мои объяснения, что в паломничестве должна потрудиться не только душа, но и тело, наткнулись на искреннее удивление: «Зачем же себя так утруждать, если можно все устроить?»

А в целом, это были милые и приятные люди. Как, впрочем, и все остальные из нашей группы, но... у каждой пташки свои замашки. Особенно если у этой пташки шенгенская виза, и она постоянно летает за границу, так как занята в съемках рекламных роликов в качестве гримера...

Ира была не только пташкой, но и штучкой. Основным отличием от других была ее уверенность в том, что ей постоянно нужно «отбиваться» от настойчивых проявлений мужского внимания. По крайней мере, она постоянно нам на это жаловалась. Что это было за внимание, как это происходило, когда и где, знала только Ира. Нам было лишь известно, что ей это все порядком надоело, что мужчины ценят только ее тело и не хотят видеть ее душу. Если это так и было, то неудивительно. Ведь первое она упорно открывала, а второе скрывалось в глубинах.

Я - пророк Илия

Игорь Лаврентьевич имел вид очень экзотичный. Длинная рубаха, перехваченная толстым, почти борцовским поясом. Сумка-торба, посох. Все это дополняла лохматая седая борода.

С посохом Игорь Лаврентьевич ходил везде. По своей наивности я решила, что ему трудно передвигаться, старалась быть рядом и помогать на трудных спусках и подъемах. Каково же было мое удивление, когда на скользких ступеньках одного из храмов он взял посох под руку и по-молодецки спустился вниз. Он много рассказывал о путешествиях в такие страны, о которых я даже не мечтала. Тогда я поняла, если бы он хотел одеться по-другому, ему бы ничто не помешало. Но ему так нравилось...».

Надеюсь, читатель простит меня за ироничное описание чужих характеров. Конечно, в поездке люди проявляли с себя и с другой стороны. Но это уже совсем другая история...

Автор: Анастасия Бондарук